Мост
Шрифт:
Это было слишком знакомо. Чересчур знакомо.
Нахмурившись, она оглянулась на машину, в которой сидела старуха, держа голову Моста на коленях.
— Она мертва, — отрезала Чандрэ.
— Что? — взгляд Сурли метнулся вверх, тёмные зрачки стали размером с острие булавки. Ситцево-ореховые радужки его глаз сделались шире и ярче. — Что, di’lantente a’guete, это значит? Мертва? Как она может быть мертва? Мост?
В глазах мужчины появился страх.
— Она не может быть мертва, — сказал он более твёрдо, словно вызывая её на спор. Он снова повернулся
Чандрэ тихонько щёлкнула, сжимая пистолет, который держала в руке.
Она посмотрела на Анале, женщину-видящую, которая пришла из отеля со старухой и человеческой девушкой, затем на Деймона, видящего из её собственной команды. Зелёно-голубые глаза Анале в темноте улицы выглядели жёстче. Чандрэ наблюдала, как она окидывает взглядом неосвещённое пространство между зданиями, ища угрозы и, казалось, не замечая их троих у задних дверей Башни. Но даже так, Чандрэ понимала, что слова Сурли подействовали и на Анале, даже если они не уменьшили бдительность её света, пока она стояла на страже.
Какие бы ни были проблемы у Сурли с Мостом, он не единственный, кто так отреагировал на известие о её смерти. Если выяснится, что Мост убита, у них начнётся полномасштабная паника. Мало того, что видящие будут горевать о потере своего посредника — многие посчитают, что война закончилась.
Они решат, что Дренги победили.
Чандрэ гадала, сколько людей даже в их собственном лагере переметнётся на другую сторону, ища защиты от Тени, когда это произойдёт. Она гадала, сколько из них объяснит это следованием за новым любимцем Тени, Грозной Войной.
Но мысль о Касс вызвала в её сердце достаточно острую боль, чтобы стиснуть зубы.
Отвернувшись от Сурли, Чандрэ молчала, пока ей не удалось стряхнуть с себя это чувство.
— Возвращайся к работе, брат, — пробормотала она, щёлкнув пальцами. — Твоя кузина добивается больших успехов, чем ты.
— Потому что она какой-то мутант, — пробормотал Сурли.
— Я слышала, что ты хорош в этом, брат… неплохо управляешься с машинами, — усмехнулась Чандрэ. — Даже Мост, кажется, так думала. Ты предотвратил комп-атаки в Китае, не так ли? В одиночку? Или это было просто хвастовство? Попытка произвести на неё впечатление?
— Машины здесь другие, — пробормотал Сурли. Бросив на неё мрачный взгляд, он добавил: — Значит, Мост сказала тебе об этом, да? Она сказала тебе, что именно так мы и познакомились? Что китайское правительство подарило мне ночь с ней в качестве награды?
Глядя на него, Чандрэ почувствовала, как напряглись её плечи. После недолгой паузы она подняла пистолет, который держала в руке, и направила его ему в лицо.
— На твоём месте, брат, я бы не была так легкомысленна, — холодно сказала она. — Это может привести к тому, что тебя здесь пристрелят… и не только я. Не все из нас так снисходительны к тому, что наша посредница была использована в качестве раба теми собаками, на которых ты работал. Единственная причина, по которой я ещё не пристрелила тебя — это то, что старая леди, похоже, думает, что ты можешь быть полезен.
Сурли закатил глаза, щёлкнув на неё.
— Ты говоришь
И всё же слова Чандрэ — или, может, её пистолет — похоже, сделали своё дело.
Свет и глаза Сурли снова сфокусировались на открытой панели. Отделяя желеобразные усики, свисающие из разбитой оболочки, он беззвучно шевелил губами, пересчитывая их.
Щупальца слабо мерцали в глубокой тени под альковом здания, источая собственный внутренний свет. Чандрэ чувствовала, как свет мужчины-видящего переплетается с тамошним присутствием — он пытался заговорить с ними, чтобы пройти через защитные барьеры, закодированные в их свете, и добраться до механизма двери.
Им действительно повезло, что их численность мала.
Военные перед зданием не ожидали угрозы от горстки видящих и одного подростка-человека.
Данте, шестнадцатилетняя хакерша, которой Чандрэ только что дразнила Сурли, подняла глаза от второй консоли по другую сторону двойных дверей. Встретившись взглядом с Чандрэ, Данте одарила её улыбкой, показав в темноте ослепительно белые зубы.
Чандрэ ответила на улыбку слабым щелчком и покачала головой, прежде чем жестом вернуть человека к работе.
Она знала, что задача Данте состояла в основном из мёртвых контуров, но эти контуры связаны с органикой, которую Сурли до сих пор пытался пробить своим aleimi. Тот из них, кто первым сумеет взломать шифр безопасности, скорее всего, выполнит работу другого.
Как и большинство компьютерных задротов, они соревновались.
Что бы там ни говорил Сурли об Элли, он, похоже, твёрдо решил не допускать, чтобы его обошла «червячка», каким бы гением она ни была в области машин.
Чандрэ не могла не найти это слегка забавным.
С другой стороны, она не чувствовала особого желания препятствовать этому соперничеству. Им нужно открыть двери как можно быстрее.
Они втроём стояли у подножия высокого офисно-жилого комплекса, известного как Восточная Башня Госсетта. Чандрэ знала, что комплекс принадлежал — и, возможно, до сих пор принадлежит — какому-то богатому человеку, одному из тех магнатов, которые несколько десятилетий назад попадали в заголовки газет.
Чандрэ не могла вспомнить имя конкретного червяка, который владел этим набором зданий, но она предположила, что это больше не имело значения, учитывая все обстоятельства.
Пока оба компьютерных гения работали, её беспокойство начало просачиваться в руки и ноги, в нервы под кожей, вплоть до кончиков пальцев. Чандрэ устала, нервничала, дёргалась от каждой тени и понятия не имела, что они здесь делают, и что ждёт их внутри 75-этажного здания.
Она только знала, что они должны попасть внутрь, и быстро.
Когда Тарси втягивала их в это дело, она не вдавалась в детали.
«Балидор сможет справиться с Дитрини, — послала Тарси Чандрэ, проникнув в их тихую конструкцию своим раздражающе спокойным голосом. Её говор просачивался в её слова даже в сознании Чандрэ. — Ты мне больше нужна здесь. Мост тоже нуждается в тебе».