Море волнуется два…
Шрифт:
— Кем, — позвала я, пока мы практически бежали по темным и каким-то совершенно нелогичным, с моей точки зрения, коридорам. — Если ты что-то не понял, всегда можно переспросить... Словами, через рот...
Я споткнулась и чуть не пропахала носом пол, но Ловец успел среагировать, хотя нарочно в мою сторону не смотрел. Не разжимая рук, поставил меня поустойчивее и внимательно посмотрел в глаза:
— Летта, я... — он поджал губы, упрямо нахмурился и продолжил: — то, что произошло в зале, и потом... Я знаю, что Гертруда ничего тебе не рассказывала
Он замолчал, тяжело дыша, а у меня снова возникло безумное желание его поцеловать.
— Что — но, Кемстер? — настойчиво переспросила я, до жути боясь услышать какую-нибудь благоглупость про то, что у него принципы или еще что-нибудь в этом роде.
— Я думаю, что ты просто испугалась, — на одном дыхании быстро проговорил он.
— Чего испугалась? — я почувствовала, что начинаю злиться. — Этого остроухого недомерка? Или умереть? Нет, ну смерти я, конечно, боюсь, я ж нормальная... Но это тут причем?! Ты можешь нормально объяснить?
— А ты хочешь сказать, что действительно... любишь меня? — запнувшись, рявкнул он, тоже заводясь.
Правда, из-за моих расспросов или из-за того, что я решила ими озадачиться в разгар побега, было не очень понятно.
— Хочу! — орать я тоже умела неплохо. — И скажу! Прямо сейчас! Я люблю тебя, Кемстер Джехен!
— Да что ты? — язвительно уточнил он. — Прям вот так просто?! Марена влюбилась в Ловца? Может, еще и на брак согласишься?
— Может, и соглашусь!
Как-то это не очень было похоже на предложение руки и сердца, о которых я мечтала (да и вообще, представить, кого бы устроило подобное, было сложно), но стало хотя бы понятно, чего он так переживает.
Как же! Взрослый опытный суровый мужчина влюбился в девчонку из другого мира! Да еще признался, слабость проявил... Некстати в памяти всплыл один из давних снов...
Мы сидим на обрыве, свесив ноги вниз. Очень далеко внизу плещется неизменный прибой, но мне не страшно. Дети и очень старые люди к высоте и вечности относятся иначе. Мне лет семь или восемь, но присутствие рядом взрослого, покрытого шрамами, мужчины с огромным устрашающим мечом за спиной, совершенно не смущает.
— А кем ты работаешь? — спрашиваю я.
Ветер с моря треплет мои длинные волосы, бросая их в лицо мужчине. Он отфыркивается, явно смущенный вопросом, но я терпеливо жду, внимательно следя за барашками волн. Они, один за другим разбиваются о подножье нашей скалы. Море сегодня удивительного ярко-аквамаринового цвета. Совсем как мои глаза.
— Я наемный убийца, — наконец, неохотно отвечает он.
— Ого, — уважительно хмыкаю я. — Это ты кого угодно можешь убить?
— Нет, — еще больше смущается мужчина. —
— А... — озадаченно тяну я, задумавшись, на кого может указать океан и чем, если у него нет даже пальцев.
В то же время, наверное, поэтому ему как раз наемный убийца нужнее. А мне? Пока никого убивать мне не требовалось, но бабка Гутя, тетя Кали и тетя Лилит часто говорили про то, что им надо. Конечно, когда думали, что я не слышу. Наверное, я молчала очень долго, потому что мой собеседник заговорил сам.
— А почему ты спросила? — неловко спрашивает наемный убийца, явно не привыкший к прямоте и детям.
— Интересно, — пожимаю я плечами, обтянутыми белой футболкой, но тут же вспомнив что-то, поворачиваюсь и смотрю ему прямо в глаза: — а ты меня сможешь защитить?
— Смогу, — не задумываясь, кивает он.
— Ты не подумай, — я считаю, что моя улыбка должна его успокоить. — Мне не нужна защита от какой-нибудь ерунды! Всем, кто меня сейчас дразнит, я и сама могу в глаз дать... Я так, на будущее...
Воспоминание вспыхнуло в голове и пропало, а я с тяжелым вздохом посмотрела в не сильно изменившееся за прошедшие годы лицо.
— Кемстер, — голос был каким-то чужим, но я откашлялась и настойчиво продолжила: — я правда тебя люблю, хотя совсем не знаю, какой ты... ну, настоящий, — он дернулся, как будто я сказала что-то, чего, по его мнению, говорить не стоило. — И я думаю, что действительно соглашусь, если ты... предложишь по-нормальному.
Напряженное лицо Ловца исказилось, как от боли. Он шагнул ко мне, обнимая и крепко прижимая к себе.
— Ника, — хрипло пробормотал мужчина мне куда-то в макушку, как будто оттаивая. — Прости дурака... Триста лет, а такое со мной впервые... Как поверить?... Ты такая... не такая, как я думал...
— Сомнительный комплимент, — фыркнула я ему в грудь, мысленно охнув от цифры. — Но ты тренируйся, однажды получится.
Он усмехнулся, касаясь губами моих волос:
— Обязательно. Только я хочу, чтобы ты знала, твое согласие, оно... может помочь тебе смягчить гнев Океана, а мне — справиться с проклятием...
Я с недоумением посмотрела на него. Как-то не похож он на проклятого...
Ловец
— Я правда тебя люблю, хотя совсем не знаю, какой ты... ну, настоящий.
Отец Бескрайний Океан! А ведь она права! Николетта же ничегошеньки о тебе не знает, ни о проклятии, ни о том, как его снять. И не издевается она над тобой, а просто хочет побыстрее выбраться... Что ты вообразил себе, старый дурак? Распсиховался, как будто тебя обманули. Что она там еще говорит?