Море волнуется два…

Свободная Елена

Я подскочил, едва мазнув плечом по полу. Огляделся. Магов, похоже, приложило как следует. А вот пара эльфов начали осыпаться пылью, как древние статуи, которые извлекли из земли, сохранявшей их целыми. Они развеивались под порывами неизвестно откуда взявшегося морского бриза...

Достойная смерть, ничего не скажешь. Тем более, что наследник главы Крадущихся в Тени уже в безопасности под защитой клана. Можно надеяться, что они воспитают его не хуже.

Эти мысли вертелись в голове, пока я бежал через зал в ту сторону, куда отбросило Николетту. Девчонка, неловко оскальзываясь

руками по остаткам разбитого алтаря, села и закрыла лицо ладонями. Что с ней?! Плечи вздрагивают, как от рыданий. Сердце сжалось на мгновение, пока до меня не дошло, что ее трясет от нервного смеха.

Услышав мои шаги, она подняла лицо и протянула руки. Темные дни! Тонкие кисти в обрывках рукавов я мог бы обхватить одной ладонью. Легко поставил ее на ноги.

— Ника, ты как? — нервно сглотнул я, ощупывая сумасшедшую девчонку на предмет повреждений.

Неожиданно эта ненормальная, прижалась ко мне всем телом, крепко обнимая за талию и прижимаясь щекой к груди. Сердце заколотилось, как бешеное. Я замер, умоляя Океан прекратить уже это издевательство — ее близость, запах, щекочущие шею растрепанные волосы отключали голову абсолютно.

— Знаешь, Кемстер, женщина — не всегда подарок, — усмехнулась девчонка, заглянув мне в лицо. — Но всегда сюрприз... Поэтому, кажется, самое время сообщить тебе кое-что...

— Я люблю тебя, — неожиданно для себя выпалил я, и ошалело уставился в ярко-аквамариновые глаза дочери Океана, которая... только что сказала то же самое... — Что?!

Видимо, неслабо меня приложило тем камнем. Или я что-то не понял. Может... Да темные дни! Не может этого быть!

— Что — что? — переспросила она, расплываясь в счастливой улыбке.

— Я... — горло до боли сдавило.

Повторить не получалось, как и поверить своим ушам. Так и стоял и смотрел на нее, как последний дурак, которого хватило только на бестолковые поглаживания по плечам.

— Я люблю тебя, Ловец, — еще шире улыбнулась она. — Просто хочу, чтоб ты знал.

Я сморгнул. Марена никуда не исчезла, только, кажется, крепче прижалась ко мне. Тело оказалось умнее и отозвалось на близость девушки вполне однозначно. Улыбка Николетты сменилась на понимающую и такую... что сомнений в том, что она прекрасно чувствует, что со мной происходит, не осталось.

— Кажется, — осипшим от волнения голосом пробормотала она, — мне тоже ничего не послышалось?

Приоткрытые губы стали последней каплей, переполнившей чашу моего терпения. В глазах потемнело, и я смял их жадным, собственническим поцелуем. Моя! Только моя! Что бы там не решил ее божественный предок и Великая Праматерь, ее я им не отдам...

Глава 18

Николетта

Вот уж не думала, что от простого поцелуя может настолько снести крышу! Я-то уже представляла, как придется ему что-то объяснять про сны, про то, что испугалась, если вот сейчас все закончится, а он так и не узнает, про то, что... А он...

Не сумев сдержать стон, я вцепилась мертвой хваткой в рубашку Ловца. От возбуждения

и предвкушения чего-то невероятного, слегка потряхивало, а страх перед той огромной силой, которая будто вжимала нас друг в друга только добавлял остроты ощущениям...

Кемстер целовался, как безумный, как голодный, как в последний раз... царапая щетиной, стукаясь зубами, прикусывая губы... Его руки лихорадочно шарили по моей спине, спускаясь ниже и возвращаясь к плечам... Как будто он все еще пытался убедиться, что все это происходит на самом деле... или как будто меня в любую секунду могли у него отнять...

— Н...ника, — бормотал он срывающимся шепотом. — Моя... сумасшедшая... Нет, это я... кажется... да как же... неужели?.. темные дни!.. Я же...

Я и предположить не могла, что в нем кипят такие страсти, но с радостью отвечала на каждое прикосновение еще более откровенными ласками.

Под моими пальцами его тело замирало, напрягаясь до невероятной твердости, а когда я скользнула ладонями под ремень штанов, из его груди вырвался стон...

Это был лучший поцелуй в моей жизни, и я очень рассчитывала на продолжение!

— Ч...что ты делаешь? — ошарашенно прохрипел он, с трудом отстраняясь и заглядывая мне в глаза.

— А это не очевидно? — улыбнулась я непослушными губами.

Лицо горело, дыхание рвалось, а сердце колотилось где-то в горле, но разве это повод останавливаться на достигнутом? Мне, может, тоже требовались доказательства реальности происходящего, и посерьезнее поцелуев. Даже если таких...

— Бескрайний Океан... — простонал он сквозь зубы, подхватывая меня на руки. — Дай мне сил вытерпеть! Только не здесь... только не так...

О! Хорошо, что напомнил! Сколько прошло времени? Мы же все еще в этом разбойничьем логове! Кем быстрым шагом покинул разрушенный нашими общими усилиями зал. Я крепче обняла его за шею и прижалась щекой к груди. Слушая, как колотится его сердце, попыталась убедить себя: "Все хорошо... Это правда, это все происходит на самом деле".

Поверить получалось с трудом, но от мужчины резко пахло потом, солью и еще чем-то очень родным и знакомым. На мгновение я позволила себе прикрыть глаза, но тут же требовательно сжала его плечо:

— Давай, отпускай меня, я уже сама могу идти. Да так и быстрее будет!

Кемстер резко затормозил и медленно поставил меня на пол, настороженно вглядываясь в каждое движение.

— Эй, ты чего? — я потянула его дальше по коридору. — Нам же надо уходить...

Мужчина помотал головой, стряхивая оцепенение и беря себя в руки.

— Ты права, пойдем, — твердо проговорил он, снова надевая свою хмурую отстраненную личину. — Там Алекс и Фил должны были уже закончить с остальными.

Как холодной водой окатил. Да что ж такое!.. Возмущаться и выяснять отношения на ходу, конечно, не очень удобно, а когда их даже нет, еще и глупо. Но я прекрасно понимала, что второй раз его раскочегарить будет еще сложнее, поэтому прояснять ситуацию нужно сразу. За столько лет (кстати, а сколько?) Ловец прекрасно научился скрывать свои чувства, что, конечно, не удивительно, только никак не упрощает мою задачу...