Море, остров, девушка
Шрифт:
— Все? То есть... даже если... вы...
— На работе или в ванной, — улыбнувшись, прервала его она. — Да, даже тогда.
Это было не совсем то, что Дариус имел в виду. По озорному взгляду Харриет стало ясно, что она все отлично поняла. На мгновение в памяти всплыло, как края его халата соблазнительно распахнулись. По безмолвному обоюдному согласию они решили об этом не вспоминать.
— Почему вы решили работать добровольцем на спасательной станции? — спросил Дариус,
— Из-за отца. Моя мать умерла, когда я была совсем маленькой, и папа растил меня один. Я любила смотреть, как его лодка спускается на воду. Эти брызги казались такими волнующими! Он был рыбаком, и я часто ходила в море вместе с ним. Отец купил мне маленькую яхту и научил управлять ею. Минуты, проведенные с ним в море, были самыми счастливыми в моей жизни, и, конечно, мне захотелось пойти по его стопам.
— Рыбак? Он ловил сельдь?
Харриет рассмеялась:
— Да. Другой рыбы здесь тоже хватало, но сельди было особенно много. Так остров получил свое имя[1].
— Вам никогда не хотелось уехать отсюда?
Она скорчила рожицу:
— Никогда! Нет ничего лучше, чем Херрингдин!
— Вы уверены. Неужели все так просто?
— Да, просто. Это самое прекрасное место на земле, и всегда таким будет. Если только что-нибудь не испортит его.
Дариусу не надо было спрашивать, что Харриет имеет в виду. В его власти нанести тот ущерб, о котором она говорит, и они оба отлично это знали.
Они ехали вдоль берега, откуда можно было любоваться заходящим солнцем.
— Раньше я ничего подобного не видел.
— Никогда не видели закат?
— Не такой, как здесь. Я редко бывал на море. Обычно я смотрел на закат с борта самолета.
— Остановите машину, — предложила Харриет.
Дариус затормозил, и все вышли на берег, глядя, как вода становится красной, мерцая бликами. Никто не произнес ни слова. Это было лишним. Харриет взглянула на Дариуса и прочитала на его лице то же, что и при первой встрече — восторг, наслаждение красотой. Наконец он с сожалением вздохнул:
— Нам пора идти.
— Вы можете увидеть его из дома, — заверила она.
— Ну да. Но почему-то на берегу все выглядит иначе.
Пока они шли к машине, Дариус оценивающе разглядывал Харриет. Ее скромное голубое платье не было ни дорогим, ни эффектным, но предупреждало окружающих так же, как строгий купальник. Светло-каштановые волосы мягкими волнами спадали на плечи. Харриет была расслаблена и наслаждалась вечером. Дариус тоже расслабился.
Еще одно новое впечатление. Когда он в последний раз проводил время с другом?
«С двумя друзьями», — сообразил мужчина, почувствовав, как Фантом тычется носом ему в ладонь.
—
— С нетерпением жду этого, — ответила Харриет.
Дариус и Фантом посмотрели на нее, потом друг на друга. Дариус смиренно пожал плечами, и Харриет готова была поклясться, что пес повторил это движение.
— Женщинам надо все четко объяснять, — сказал Дариус псу.
Тот гавкнул, соглашаясь.
— Значит, речь шла о чем-то особенном для Фантома? — спросила она.
— Для кого же еще? Кейт поломала голову над его ужином. Я предупредил ее, что он почетный гость.
Харриет засмеялась:
— Я вижу, вы быстро учитесь.
Кейт ждала их на пороге, излучая радушие. Для Фантома были расставлены миски с угощением, на которое он с удовольствием накинулся. Харриет прошла за Дариусом в большую гостиную, где у стеклянных дверей в сад был накрыт стол на двоих. Сад переходил в тот самый пляж, на котором они впервые встретились.
— Помните? — спросил Дариус, наполняя ее бокал вином.
— Конечно, и думаю, что вы тоже никогда этого не забудете. Вы так и не прислали мне счет за костюм.
— Что ж, может, я не такое чудовище, как вы считаете.
— Считала. Раньше. Я не могу считать плохим человека, который хорошо относится к Фантому.
— О, вы заметили, как я стараюсь ублажить его! Очень рад. Я понял, что не заслужу вашего расположения, если не завоюю расположение Фантома.
Харриет серьезно отнеслась к этой идее:
— Понимаю. А вам важно получить мое расположение?
— Я не могу позволить вам быть моим врагом. Это непрактично.
— Вы хотите быть практичным, — сказала она. — Должна заметить, мистер Фэлкон, что я разочарована. Вы неправильно все истолковали. Я ожидала большего от «самого зловещего мужчины Лондона».
— Пожалуйста, не надо, — взмолился Дариус. — В моей жизни было достаточно сложностей, пока я притворялся, что являюсь таковым. Теперь... — Он пожал плечами. — Но что я неверно истолковал?
— Я никогда не была вашим врагом.
— Правда? Неужели я вам поверю после того, как вы пригласили человека для охраны Фантома? О да, я слышал об этом. А потом вы с презрением говорили обо мне и даже шутили, что не будете меня спасать.
— Что ж, вы отомстили мне тогда, в пабе, не так ли? А я не позволила вам утонуть. — Харриет спохватилась, заметив его насмешливый взгляд. — О! Вы решили надо мной посмеяться?
— Думаю, да, — сказал Дариус, улыбаясь и поднимая бокал. — Мир?
Она поинтересовалась, склонив голову набок: