Монтенегро
Шрифт:
Извилистый пролив, соединяющий огромное озеро с морем, растянулся на двадцать миль, берега были низкими и песчаными, с пышной растительностью. Вода в избытке и удушающая жара превратили эти земли в настоящую оранжерею.
Отражение яркого солнца от поверхности залива слепило глаза и затрудняло видимость на большие расстояния, поэтому впередсмотрящий с трудом смог найти вход в пролив, прикрытый небольшими островками, но преодолев эти трудности и миновав узкую воронку входа, «Дракон» без дальнейших проблем поплыл по водам озера, настолько мутным,
Встревоженный Хусто Волосатый решил отправить вперед шлюпку, чтобы измеряла глубину, и продвигался очень медленно, хотя ему и кричали с носа, что глубина вполне достаточная.
— А что это тут плавает в таком случае? — сердито спросил он. — Похоже на жир, весь корпус измазан. Да сколько бы грязи не выбрасывать в озеро, все равно она не должна собираться вот так, если только здесь не мелководье.
Волосатый рулевой имел достаточно причин для беспокойства, поскольку течение сталкивалось с приливом, и нефтяные пятна, плавающие на поверхности воды, скапливались в бутылочном горлышке у входа и создавали впечатление мелей.
Несомненно, первопроходцы этих мест не знали об этом уникальном явлении, и неудивительно, что они принимали все меры предосторожности.
— Не нравится мне это место! — снова проворчал Хусто Волосатый, нервно выдергивая волоски из ноздрей. — Не нравится мне здесь, черт меня дери! Сам не знаю, как нас угораздило заблудиться среди этого чертова озера!
Капитану Леону де Луне пришлось признать, что и он не имел точных представлений об озере, но покидая Санто-Доминго, надеялся, что первой остановкой станет волшебная деревня Кобинакоа с домами на сваях, которую так расхваливал её первооткрыватель Алонсо де Охеда, и виконт не собирался сдаваться, когда до нужного места уже рукой подать.
— Уж если здесь смог пройти Алонсо де Охеда, то и мы пройдем! — заявил он. — Не вижу причин для беспокойства — если не считать этих черных пятен на воде. Пролив достаточно широк и глубок.
Они черепашьим темпом продолжали продвижение, поставив лишь фок и бизань, поймав достаточно ветра лишь для того, чтобы еле-еле перемещать неуклюжий «Дракон». А когда наконец увидели широкие воды озера, то прямо на них под всеми парусами шел корабль, изящный, как белый альбатрос, летящий над озером.
— Вот они!
— Но это невозможно!
Даже Турок не мог поверить, что такой тяжелый и неуклюжий старый корабль как «Дракон» сможет догнать резвое «Чудо».
— Убрать флаг, бросить якоря, пушки к бою!
Все помчались исполнять приказ, и всего за несколько минут вооруженный до зубов фламандский корабль застыл посреди пролива в готовности уничтожить любого, кто попытается выйти в открытое море.
По обоим бортам выставили кулеврины, бомбарды и катапульты, а на случай если этого будет недостаточно, капитан де Луна подготовил четыре шлюпки с солдатами, готовыми броситься на абордаж.
Впередсмотрящий на «Чуде» первым поднял тревогу:
— Впереди корабль! — крикнул
Капитану Моисею Соленому понадобилось не больше тридцати секунд, чтобы осознать опасность и приказать рулевому развернуться, а марсовым — поставить нужные для этого маневра паруса.
Корабль накренился и через несколько мгновений развернулся к капитану де Луне кормой и начал стремительно удаляться обратно в озеро.
Несколько минут спустя Сьенфуэгос, Бонифасио Кабрера и дон Луис де Торрес появились на капитанском мостике, чтобы взглянуть на уменьшающийся на горизонте силуэт «Дракона».
— Кто они и чего хотят? — встревоженно поинтересовалась донья Мариана Монтенегро.
— Не знаю, сеньора... — с обычной бесстрастностью ответил Балабол. — Но их поведение не выглядит дружелюбным.
— С чего вы так решили?
— Ни один моряк не встанет на якорь посреди пролива без причины.
— И как им следовало поступить?
— Уйти отсюда или бросить якорь с правого борта и оставить проход свободным.
— Может, они хотят с нами поговорить.
— Тогда бы подняли соответствующий флаг, — он многозначительно помолчал. — А я ни одного флага не заметил.
— Так это пираты?
— Мы тоже не поднимаем флаг, но мы не пираты.
— Никогда не слышал о пиратах в этих морях, — вмешался дон Лус де Торрес. — Наверное, это корабль из королевского флота.
— Без флага и опознавательных знаков? — удивился капитан Соленый. — Вряд ли. Это против правил.
— В таком случае, каков ваш совет?
— Приблизиться, но держаться вне досягаемости пушек.
Так они и сделали. Матросы держали паруса наготове, чтобы при малейшей опасности развернуть корабль. Они остановились на расстоянии чуть более мили от «Дракона», не спуская с него глаз.
«Дракон», впрочем, пока не проявлял никаких признаков угрозы. Он просто ждал, пока «Чудо» приблизится на расстояние выстрела. Тем не менее, еще издали можно было разглядеть черные жерла пушек, готовых в любую минуту плюнуть огнем и смертью.
Донья Мариана приказала поднять белый флаг, но ответа не получила.
— Нас явно хотят потопить, — пробормотал дон Луис.
— Но почему? — удивился Сьенфуэгос. — Что мы им сделали?
— Я отправлюсь на переговоры, — сказал хромой Бонифасио, который всегда вызывался добровольцем в любом деле. — Попробую разузнать, кто они такие и чего хотят.
Сьенфуэгос решил его сопровождать. Они спустили на воду шлюпку и под нестерпимо палящим солнцем неспешно двинулись в направлении загадочного корабля, не спуская глаз с его палубы, откуда в любую минуту могли ударить из пушек.
Приблизившись почти на пушечный выстрел, они остановились. Хромой замахал платком, громко крича и жестикулируя.
— Эй, на корабле! Мы можем поговорить?
Молчание.
— Что будем делать?
— А я почем знаю? Но если останемся здесь, то в конце концов они нас догонят и перережут.