Монстры

Говард Роберт Ирвин

Клинт был еще слишком мал, чтобы воевать, но он помнил Вьетнам. Эта страна становится сильной… Порой после меткого выстрела находит такое приподнятое настроение! Можно притвориться, будто стреляешь в того, чья смерть сделает собственную жизнь лучше.

Привлекая внимание друга, Барли щелкнул пальцами, потом махнул рукой вправо, растопырив два пальца. Клинт замер, ожидая движения в указанном направлении, дуло карабина направлено чуть к земле по ходу движения. Барли Джон тихонько отошел в сторону и исчез среди сосен, чтобы прикрыть Клинта. Он спугнет лося, Клин выстрелит первым, а

потом Барли Джон добьет зверя, если потребуется.

Жемчужно-серый свет предвещал скорый снег. Клинт почувствовал, как время замедляет свой бег, — так происходит всегда, когда палец готов нажать на курок. Мясо, колбаса, стейки на зиму. Лосиная тушенка. Он прижал приклад карабина к плечу и затаил дыхание.

Справа опять послышался щелчок, на этот раз более громкий, и Барли Джон бросил камень. Следом мелькнула шкура бросившегося наутек лося, и Клинт выстрелил, плечом ощутив отдачу старого карабина "Ругер", в ту же секунду поняв: что-то здесь не то.

Он наверняка попал в цель, потому что раздался жуткий визг, так мог кричать большой орел или ястреб. Но кто бы это ни был — Клинт точно знал, что не лось, — он свалился в зарослях рододендронов у просеки.

— Черт! — воскликнул Барли, выскочил из укрытия и бросился к кустам.

Клинт бежал следом за ним, двигаясь на удивление быстро и проворно для такого толстяка. Подстреленный зверь свалился недалеко, в тридцати или сорока футах от охотников.

— Никакой это не лось, — проговорил Клин. — Может, медведь.

— Нет. Скорее, обезьяна.

— Здесь обезьяны не водятся…

На секунду они замерли, уставившись друг на друга.

— Снежный человек, — тихонько выдохнул Барли Джон.

Клинт кивнул. Но это не может оказаться правдой, ведь верно?

— Прикрой меня, — шепнул Клинт. — Если он двинется — стреляй.

Держа карабин наготове, направив дуло вниз, Клинт приближался к кустам, пронизанным бледными лучами солнца.

На боку лежало большое существо с огромным брюхом. Клинт внимательно разглядывал свою жертву. Брюхо не брюхо, но никакой это не медведь. Не было и в помине густого медвежьего меха, растительность на теле существа скорее напоминала грубую щетину. Вместо лап оказались руки и ноги. На коленях и локтях — жилистые неровности рубцовой ткани, вокруг пальцев рук и ног тоже.

Более громадного толстяка Клинт не встречал. Впрочем, ни один человек не мог быть столь велик ростом. Навскидку казалось, что в нем восемь футов [45] роста, а веса — фунтов пятьсот [46] . Клинт медленно вытянул руку и ткнул его в живот стволом карабина.

Никакой реакции.

Затем Клинт обошел добычу кругом, краем глаза заметив, что Барли Джон все еще прикрывает его.

— Старина не мал ростом, — проговорил Барли Джон.

45

Около 2 м 50 см.

46

Около 230 кг.

— Снежный человек. Как ты и предполагал. — Клинт приставил

дуло к голове толстяка, прямо к виску. Ничего. Ни один мускул даже не дрогнул.

— Думаешь, он все еще дышит?

— Считаешь, стоит пощупать пульс? — фыркнул Клинт. — Да этому ублюдку в рот дыня легко поместится.

Он поднял карабин и прицелился.

Барли Джон опустил винтовку и спросил:

— Что это ты делаешь?

— Проверяю, — ответил Клинт и выпустил пулю громадине в зад. Никакой реакции. — Друг, — выдохнул Клинт, — полагаю, мы на полпути к богатству и известности. Вот здесь, перед нами, настоящий живой снежный человек.

— На самом деле, — как раз сейчас Барли Джон выказал крайне редкую независимость суждения, — перед нами настоящий мертвый снежный человек. Вот только у меня назрел вопрос.

Клинт уже представлял себе, как дает интервью Джерри Спрингеру или участвует в выпуске "20/20" [47] , описывая непростую многодневную охоту на обезьяну-убийцу.

— Какой такой вопрос? — спросил он.

— Как мы вытащим этого чувака из леса, не разделав на куски?

47

"20/20" — информационно-аналитическая программа на канале ABC.

В конце концов им удалось дотащить громадное мертвое тело до старого внедорожника Клинта с помощью волокуш, ста футов веревки и беспрестанной брани. Четыре мили лесных троп дались нелегко. Лося они просто освежевали бы и разделали на части.

Когда Клинт вырулил с заброшенной лесной дороги службы охраны заповедника на внутриплатное шоссе 224, которое как раз проходило через их городок Свиден, уже совсем стемнело. Собственно, шоссе являлось единственной дорогой в Свидене, не считая нескольких узких гравийных проселков, убегавших от шоссе прямо в леса. Клинт съехал на обочину, остановился и вышел из машины, чтобы перевести привод джипа на два колеса. Было холодно, луна не светила, а дыхание в свете звезд вырывалось облачком пара.

Снежного человека они привязали к крыше джина. Ветер трепал шерсть убитого, и, пока они выезжали из леса по грунтовке, пальцы его сжались в кулак. Клин решил, что движение было просто рефлекторным. Разве можно не вздрогнуть, получив пулю в зад, даже если пребываешь в отключке?

Он залез обратно в машину, где, задумчиво разглядывая лес, курил Барли Джон.

— Выброси сигарету до того, как мы подъедем к дому. Марджи терпеть не может идущий от меня запах курева. Ей кажется, что вонь от окурков вгрызается в меня, словно воронье в спелую пшеницу.

— Но ведь не ты же куришь, — мягко возразил Барли Джон.

— Для Марджи это не имеет значения. Она говорит, что мы подаем детям плохой пример.

Барли Джон глубоко затянулся, затем старательно затушил окурок в пепельнице и сунул в карман штормовки.

— Клинт?

— Да?

— Есть вопрос.

— Выкладывай.

Клинт с трудом вписался в крутой поворот шоссе 224. Привязанный к крыше груз был столь тяжелым, что металл поскрипывал, а джип терял баланс.