Монстр

Фел Франсетт

Иден вернулась во второй половине дня, Доминик проинформировал её, что к ним приедут гости, и она должна подготовиться к роли гостеприимной хозяйки. Она недавно приняла душ и теперь сидела в синем атласном халате, когда он зашёл к ней. Она почувствовала его присутствие мгновенно, и постаралась расслабиться. Пытаясь игнорировать его, Иден сосредоточилась на своем отражении. Она наложила на лицо минимум косметики. Подчеркнула глаза жидкой подводкой, немного натягивая веки, добиваясь эффекта кошачьих глаз. Тушь сделала ресницы пышными, а румяна придали её лицу немного невинности. Она почувствовала, как он смотрит на неё, как наблюдает за каждым её движением. Иден видела, как дрожат ее руки, когда взяла тюбик помады YSL.(Ив Сен Лоран)

–

Я предпочитаю красный - глухо сказал он, и она, как ни старалась не встретиться с ним взглядом в зеркале, её глаза сами нашли его. Его лицо не отражало никаких эмоций, когда он, молча, шагнул в её сторону грациозной львиной походкой. И эта грация пугала её. В такие моменты она ощущала себя жертвой, которой уже не убежать от хищника. Её сердце забилось сильнее, и это она ненавидела в себе больше всего, то, как он влиял на неё таким образом. Он остановился позади неё, и она замерла с прямой, как шомпол, спиной, вздох сорвался с её губ, когда он прикоснулся к ней. Это было похоже на ласку, его большая рука прошлась по её шее. Напряжение нарастало, и воздуха в легких, кажется, не хватало, Иден смотрела смущенно. Его рука скользнула ей под её атласное платье, она почувствовала, как возбуждается от его прикосновений и этого жадного взгляда. Было до боли мучительно наблюдать за ним и то, как его рука скользнула к груди и сжала её очень сильно.

Он наблюдал за выражением её лица. Его зеленые глаза тщательно следили за ней, оценивая её, и он жаждал её реакции, как хлеба насущного. Иден боролась, что бы сдержать эту реакцию в себе. Она отказывалась разделить с ним это желание. Но он был мастером в этой игре, кукольник, который управлял своей марионеткой. И Доминик сделал следующий шаг, потянув за соски большим и указательными пальцами. Губы Доминика дрогнули, когда из неё вырвался вкусный, маленький стон. Он наклонился и скользнул языком по её шее, и когда она вздрогнула, он сильно укусил её за ушко.

– Красный, моя зверушка - сказал он хрипло,- Тот, который я смогу увидеть на своем члене.

Он поцеловал её в плечо и встретился взглядом в зеркале.

– Не заставляй меня ждать.

Он ушел, оставив Иден одну. Она смотрела на женщину в зеркале с молчаливым укором, понимая, насколько Доминик был разным. Ничего не поменялось за те четыре года, пока они были вместе.

Она мучилась в первый год их брака, жила с надеждой в сердце, что в их союз все-таки придет любовь. Когда мамы не стало, Доминик стал её семьей, и она тешила себя надеждой, что и у них будут дети. Но эти мечты быстро развеялись. Доминик Амстронг женился на ней только ради её тела. Теплого, податливого тела, которым он может манипулировать между дорогим, хлопковым бельём. Он может управлять её телом, как пожелает. И её тело всегда принимало его, не так ли? Отрицать было бесполезно, когда доказательство было между её ног. Как такое возможно, делиться сокровенным без любви. Неужели виноват брак, который так влечет их друг к другу? Такая трогательная страсть и всё? Она не хотела себя так чувствовать. Иден не нужна ему. Лицемерие причиняет ей ужасную боль.

***

Доминик был ценителем красивых вещи. У него была отдельная комната в особняке, наполненная редкими артефактами, которые он собрал за все эти годы. Некоторые из этих вещей были приобретены не совсем законно, но, в конце концов, они были у него. Деньги всегда заставляли мир вращаться, и это было ключом ко всему, и люди всегда становились более сговорчивыми, когда видели их. Его маленькая жена - вот кому он удивлялся, так это ей. Она продала ему себя за каких- то жалких полмиллиона долларов. Он смотрел, как она вошла в эту комнату, провожая ледяным взглядом. Он знал каждый сантиметр этого грешного тела, трахнул и осквернил её во все отверстия. Он знал расположение каждой родинки на её теле, он обводил их контуры тысячи раз. Он знал, как сладок

её вкус, то, как он пожирал её естество. Какая это была пища богов, и он все никак не мог насладиться ею сполна. Голод и похоть, которые он почувствовал при первой встрече, мгновенно проявили себя, и в тот момент решилась её судьба. Он понял, что отказаться от неё уже не сможет.

У них с братом были одинаковые вкусы в женщинах, и Доминик даже не был удивлен, что Лукас увлекся Иден. Черт, он был слишком поражен, когда увидел её в первый раз. Ей было девятнадцать, как раз подходящий возраст для брака. В ту ночь, четыре года назад, он помнил, как она была одета. На ней были темные джинсы и топ. И в этот самый момент, она зацепила Доминика. Он вспомнил бар и тот сигаретный дым, который витал в воздухе над толпой. Причина, по которой он оказался среди этих жалких людей, была очень проста: он хотел утопить в выпивке все те проблемы, которые свалились на него. И в этот самый момент, на сцене появилась она. Он вспомнил о её волосах, которые были чуть выше плеч.

Её кожа была цвета меда, она светилась под мягким касанием света сцены. Доминик помнил, как, сидя в темном углу бара, выпрямился в кресле. Её энергия манила его, и он готов был сорваться с места, подбежать к ней, припасть к её рту и запустить в него свой язычок. Он вспомнил, как она пела с придыханием. О, этот божественный звук заставлял его представлять секс. Она была похожа на джазовую певицу, и как сирена соблазняла толпу низким, прокуренным голосом. Когда она внезапно исчезла со сцены, он не сразу понял, что случилось. Он несколько раз моргнул, как будто возвращался из самого лучшего оргазма в жизни. Когда он вернулся домой, то чувство неудовлетворенности никуда не пропало. И стоя под душем, он мастурбировал, как какой-то подросток, после просмотра первого в жизни порно фильма.

Она была, как навязчивая идея, и он знал, что она будет его. Она была тем редким артефактом, который он хотел получить любой ценой. После этого случая, он усердно работал. Он обзвонил весь город и узнал, что она повязла в долгах, которые ей оставила мать, он хотел, что бы она полностью загнала себя в угол. И Доминик терпеливо выжидал этого момента, чтобы набросится на неё, как хищник. И все получилось, вот только была небольшая проблемка под названием «Лукас».

Она была последним развлечением Лукаса, но в отличие от предыдущих пороков, на эту девчонку стоял строгий запрет. К счастью, Грегори и Миллисент Армстронг пришли в ужас, когда Лукас объявил о браке. Одновременно Доминик узнал, что его брат хочет часть наследства. И так же, как и тогда в молодости, старейшина семейства решил убрать беспорядок, причинённый Лукасом, отправив Доминика разбираться. Беспорядком оказалась Иден. Ирония, как показалось Дому. Никаких усилий, но, в итоге, он поимел многое.

Хотя, неожиданное изменение планов застало его врасплох. Его губы немного поднялись верх, но не достаточно, что бы изобразить хоть какую-то улыбку. Брак. Это было бы смешно, не будь она столь серьёзна. Он бы назвал это блефом, но сейчас его волновали только собственные нужды, оказавшиеся слишком велики. Психологическая травма, которую он получил в подростковом возрасте, сказывалась на необходимости полного обладания редкого красивого предмета, и Иден пополнит его редкостную коллекцию. Она могла бы предоставить ему условия, и он был готов на всё, лишь бы обладать ею. И она сама пришла к нему без протеста. Она была согласна раздвигать ноги перед ним каждую ночь за определенную сумму денег.

Двое мужчин, которые находились в комнате, были его особыми гостями этим вечером. Брюс Барретт - единственный человек в мире, которого он может назвать лучшим друг, сидел в нескольких сантиметрах от него, откинувшись на кожаную спинку кресла. В то время как Брэндон Джейкобс, его ВП, занял еще одно кресло в другом конце комнате. Доминик пригласил их на ужин и предложил лучшее из коллекции ликеров. Это являлось его гордостью. И, положа руку на сердце, Иден была ещё одним способом, подкармливающим его эго.