Монстр
Шрифт:
Обезьянка проглотила ягоду, искоса посматривая на своего товарища по клетке — самца такого же размера, возраста и наружности.
— Теперь смотрите, — через плечо бросил Ник Кэпу. Он обратился ко второму капуцину:
— О'кей, Сайрес, принеси её! Принеси!
Сайрес сидел на корточках, горестно переводя глаза с Ника на Спарки и обратно.
Ник показал ему кусочек огурца, побуждая к действию.
— Принеси мне дубинку, и ты получишь огурец! Сайрес повернулся, отошёл прочь и уселся у стенки с надутым видом.
Ник посмотрел на
— Вы видите, доктор Капелла! Протест против несправедливости в чистом виде! — Он выпрямился, сияя от удовольствия, и схватил свой планшет, чтобы сделать несколько кратких записей. — Вы знаете, как оно у капуцинов. Огурцы… это нормально, но виноград — о! — они за него умереть готовы! Сайрес притащит дубинку за огурец, если Спарки получит огурец; но если Спарки получает виноград — эй, это нечестно, я так не играю!
Ник, толстяк в очках, в средней школе наверняка слыл тупицей. Если припомнить, его считали таковым в университете.
Кэп улыбнулся и намекнул:
— Мне следовало принести виноград?
— А? — Ник понял намёк. — Ох, прошу прощения. Я просто… ну вы понимаете, эксперимент… я просто увлёкся. Да, я забрал ответ из лаборатории.
— И?
Ник окинул рассеянным взглядом помещение, барабаня пальцами по планшету. В пределах слышимости от них, у одной из выстроенных в длинный ряд клеток, студенткастаршекурсница наблюдала за реакцией капуцина на своё отражение в зеркале.
— Гм… это Кэрол, — прошептал Ник. — Она проводит анализ перцептивных способностей — ну вы знаете, процесс обработки нетипичных данных, поступаемых через органы восприятия.
— И что? — прошептал Кэп.
— Она вас знает?
Кэп украдкой взглянул на девушку ещё раз.
— Не думаю.
— Гм… всё равно, давайте выйдем.
Они повернулись, неторопливо вышли из лаборатории приматов 1, прошли по коридору и заглянули в лабораторию приматов 2, находящуюся через дверь. Она ничем не отличалась от предыдущей: длинное, чистое, хорошо освещённое помещение, со стоящими вдоль стен рядами клеток. Здесь содержались макаки-резусы: одни играли, другие спали, третьи просто таращились сквозь прутья решётки. Человеческих существ в данный момент здесь не наблюдалось, и потому Ник вошёл, а Кэп последовал за ним.
Когда дверь за ними со щелчком захлопнулась, Ник вынул из кармана CD-диск и протянул Кэпу.
— Общее заключение таково: результаты анализа не позволяют сделать окончательного вывода.
Кэп поморщился.
— Они поторопились.
— Нет, нет. Думаю, лаборатория провела анализ должным образом, но образцы были испорчены.
— Ох, брось! Я же притащил целую кучу образцов волос. Там наверняка ДНК представлена в изобилии, не говоря уже о расширительном анализе.
— Послушайте, я занимаюсь моделями поведения. Я всего лишь повторяю то, что они мне сказали.
— Ладно, я могу получить образцы обратно?
— Они их выкинули. — Кэп недоверчиво уставился на него. — Перестаньте,
— Я же сказал, что хочу забрать оставшиеся образцы. Ты вообще когда-нибудь слушаешь, что тебе говорят? Нет, не слушаешь. Вот почему я едва не завалил тебя на экзамене.
— Послушайте, у меня тогда были проблемы с Марибет. Вы же помните.
— Так вот, значит, какая у тебя проблема сейчас? Твоя личная жизнь?
Ник просветлел при одной мысли о своей личной жизни.
— О, нет, сейчас всё отлично. Это Сузи Бартон, помните её? Она…
— Ты сказал им, что образцы от меня?
Нику пришлось вернуться к действительности.
— Ну, да…
— Ник!
— Они спросили меня. Что я должен был сделать? Соврать?
Это немного остудило негодование Кэпа.
— Нет. Нет, не начинай лгать. Здесь лжи и без того достаточно.
Лицо Ника приняло умоляющее выражение, какое Кэп обычно видел перед экзаменами в середине семестра.
— Послушайте, доктор Капелла, это были экскременты примата. Без вопросов. Уж я-то знаю. Я получил степень бакалавра, вычищая обезьяньи клетки. Я хорошо разбираюсь в своих экскрементах.
— Это выдающаяся способность, Ник.
— Я горжусь ею.
Кэп смягчился и похлопал Ника по руке.
— Я твой должник.
— Вы много сделали для меня, док. Без вас я бы не попал в аспирантуру. Кстати: испражнения были диарейными. Вы заметили?
— Да.
— Ваша обезьяна была чем-то раздражена?
— У неё довольно вспыльчивый характер.
— Над чем вы сейчас работаете? Кэп потрепал Ника по плечу.
— Мне нужно, чтобы ты помог мне выяснить это. — Он повернулся, собираясь уходить.
— Вы следите за Буркхардом?
Кэп остановился и повернулся к нему.
— А что, надо?
— Ну, кто-то же должен сделать что-то. Мне бы не хотелось остаться без работы, когда он… — Ник небрежно пожал плечами. — Ладно, не важно.
— Что не важно?
Ник отступил назад, с сожалением тряся головой.
— Да ничего. Правда. Я имею в виду, при всём своём уважении к вам, сэр, если вы снова собираетесь погнать волну, мне бы не хотелось, чтобы она меня накрыла. У меня здесь отличная работа.
Кэп приоткрыл дверь и выглянул, чтобы удостовериться, что никто из бывших коллег не увидит его.
— Ну. Я тоже не хочу лгать, и ты заслуживаешь право знать, что кое-какие волнения предвидятся.
Глава 8
— Мистер Арнольд пользовался уважением в городе и, конечно же, не имел врагов. У меня нет причин подозревать.
Здесь что-то нечистое, но разумеется, мне приходится проявлять любознательность. — Мильтон Тайдуотер был симпатичным пожилым человеком с вкрадчивым голосом и самыми задушевными манерами, просто созданным для своей профессии. Будучи человеком пунктуальным и методичным, он надел зелёный фартук и хирургические перчатки, прежде чем выдвинуть ящик холодильной камеры.