Монолог современника

Юрий АГЕЕВ

МОНОЛОГ СОВРЕМЕННИКА

Стихотворения

Баллады

Поэмы

Переводы

2016

1976 — 1979

гг

У МОЛА

Сегодня, завтра, каждый день

гудят шторма у мола,

а где-то волнам биться лень, —

штиль, тишь и море голо.

Я ухожу туда — на край,

на грань земли и моря,

чтобы вдохнуть солёный рай,

крик чаек, шум прибоя.

Пожалуй, только здесь мне жизнь,

приют от неурядиц, —

здесь только я и моря синь,

и мол — угрюмый старец.

И здесь я верю: хватит сил

очистится от фальши

навек, иначе б я не жил

сегодня, завтра, дальше.

1982

СНОВА КНИГИ, СНОВА БРИГАНТИНЫ...

Снова книги, снова бригантины,

шорох слов сквозь шорохи страниц,

заросли томов и паутины

мыслей, откровений - редких птиц.

Снова книги - яблоки Ньютона,

страны, где ты гость и только гость,

хижины, в которых ты как дома,

и друзей проверенная горсть.

Ухожу в страницы, в строчки, в будни

вымыслов и фактов, в глубину

лет, веков далёких, близких, трудных,

чтобы в них найти свою страну.

1982

РУССКАЯ ГОРЯНКА

У родника, нагнувшись над водою,

ловя струю в серебряный кувшин,

стояла дева, строгой красотою

Пленяя взгляды старцев и мужчин.

Белее всех снегов с вершин Кавказа,

зарёю алой тронутое чуть,

лицо её, чуть скрытое от глаза

Платком, светилось, обнажая суть.

Из-под ресниц, синей аквамарина,

пылал огонь, в груди стесняя вдох.

горянку на Руси назвали Ниной, —

там, где Всевышний не Аллах, а Бог.

1976

КАВКАЗ

Собрание скал, где паденье лавины — как выстрел,

а горные кручи, увы, не добры и

не злы.

Кавказ, где за каждой вершиною по альпинисту

и, видимо, в Красную Книгу давно улетели орлы.

Но всё ещё горы стоят и вдыхают туманы,

и воздух морозен, и так же прозрачен и свеж,

и люди скупы на слова, но в делах постоянны,

и к Богу поближе, а, значит, есть шанс для надежд.

1977

ТРОПЫ

Случается в жизни решиться на шаг,

отбросив, как хлам, что придумали люди.

Пусть глянец на всём, чую: что-то не так,

и лишь самому докопаться до сути.

А мне говорят: «Светел мир и велик,

где правят расчёты и точные числа.

Живи, как другие, не лезь напрямик.

Что толку в метаньях и поисках смысла?

Хлебнув передряг, ты вернулся назад,

а было б спокойней остаться у дома.

К чему рисковать и блуждать наугад,

и так ли уж плохи одни аксиомы?»

Но всем вопреки путь я выбрал иной,

минуя дороги, прямые, как стропы.

С тех пор простираются передо мной

глухие, кривые, окольные тропы...

1977

НАД ГОРАМИ

Я видел горы свысока,

идя путём вершин.

Мне в мозг впечаталась строка:

«Прекрасен сход лавин...».

Окликни тишь, что спит века,

и всё сойдет с основ...

Но стыли синие снега

на спинах ледников.

Казались пропасти игрой

горячечной мечты,

смыкались там гора с горой

в бескрайние хребты.

Лепились сёла, точно мох,

убоги и тесны,

и реки брали мир врасплох,

срываясь с крутизны.

Наш самолёт бросало в дрожь

над безднами лететь.

И я подумал: вот где ложь

не сможет уцелеть!

1977

КЛЮЧ

В расселине, искромсанной ветрами,

где только мох, а дальше - пики круч,

как раной, укрываемой горами,

вне времени струится чистый ключ.

Он недоступен людям и не тронут

ничьим дыханьем. Свят и одинок.

Лишь камни иногда обвалом стонут,

храня от нас неведомый исток.

1977