Монолог современника

Агеев Юрий

В САМОМ ДАЛЬНЕМ КОСМОСЕ...

В самом дальнем космосе,

между двух сверхновых,

карточными фокусами

развлекал знакомых

тёртый межпланетник

и авантюрист,

он же — проповедник,

он же — аферист.

Карты были краплены

магнитною полоской,

игроки подавленные,

юмор очень плоский.

Сам картан — на станции,

которой тыща лет,

но никакой дистанции

меж дном и верхом нет.

Справа житель Веги,

голубой, как с перепою.

с ним абориген с Омеги,

с щупальцем-ногою.

Слева марсианин

с глазом прямо на руке,

а на заднем плане

проигравшие в тоске.

Сев играть, раскаешься,

спустивши капиталец.

ведь, если проиграешься,

то отрубают палец.

Пальцев не хватало

на ногах и на руках.

Битые каталы

прогорали в пух и прах.

А когда рассеялись

сомнения и споры,

и уже отсеялись

крупные партнеры,

альтаирец трёхголовый

посмотрел на флешь,

матерное слово

пробурчал и — харк на плешь!

Сброду невесёлому

сказал он вещь такую:

— Ставлю третью голову,

что он, подлец, плутует!

Марсианин вперил зенки,

хоть был трус и нытик, —

хвать рукою по коленке.

Глаз тут взял и вытек.

Взвился житель Веги,

почерневший с перепою,

а абориген с Омеги

стал трясти ногою.

Обступили жулика,

хватают за грудки,

а он в ответ культурненько:

— Постойте, мужики!

Я на всю галактику

честнейший человек,

а вы — толпа лунатиков,

мутантов и калек.

Кодла недобитая!..

И, бластер наведя,

в капсуле с орбиты

шасть — куда глаза глядят.

Бог весть где скитается,

кутит и загорает,

а на дальней станции

не пьют и не играют.

1979

МАТЧ СССР - КАНАДА

Нам сегодня на лёд,

как с тевтонцами — в бой.

Знаем: тем лишь везёт,

кто на равных с судьбой.

Нам с канадцами драться

за счёт на табло.

С поля целым убраться —

считай, повезло.

Но сегодня решили

мы не уступать

на таком же режиме,

растак вашу мать!

Ляжем насмерть на этом

исчирканном льду,

но придём с того света,

имейте в виду!

Хрип свистка, клюшка к клюшке:

мы входим в игру.

Сшиблись, хлынула юшка,

досталось ребру.

Шайбу вырвали, морды,

и на вираже

по воротам их форвард

ударил уже.

Прёт удача им в руки,

но как бы не так! —

ас ледовой науки, —

взял шайбу Третьяк.

Пашем лёд у границы,

нас клюшками бьют,

И к воротам пробиться,

как взойти на редут.

Шасть их крайний подножку,

и нашего — в борт.

Мы нажали немножко

и, взяв в оборот,

Хлоп канадца об стенку —

мы входим во вкус:

они бьются за деньги,

а мы — за Союз!

Вот позорные урки! —

зря судья им свистит:

двое держат за руки,

а третий шустрит.

Нам вернуться бы сразу!

Решали пока,

вбили шайбу, заразы,

зажав Третьяка.

Благо, Тихонов, тренер,

объяснил нам что, как:

важно выиграть время

для победных атак.

— Иль битюг тебя кинет,

или ты его съешь!..

Сплюнул зубы защитник

и встал на рубеж.

Перестроились с ходу,

отвлекли, обвели.

Ну, теперь им по году

сидеть на мели.

Отстают, не угнаться,

бьём четвёртый с руки.

Не глядим, что канадцы —

хлипки мужики!

Гол второй, исхитряясь,

загнала их братва.

Нам плевать. Не смущаясь,

лупим по головам.

В их воротах, — знай наших! —

пятый раз уже гол.

Знамя с клёном опавшим

убирают в чехол.

В их глазах злые слёзы,

тренер прёт на скандал.

Счёт: пять-два в нашу пользу,

выходим в финал.

Вслед нам шум стадиона,

как медведи идём.

В коридоре ждут жёны

с едой и питьём.

Будет кросс после ночи, —

под душ и на лёд.

Ну, на этот раз, точно,

нам всем повезёт!

1979