Монолог современника
Шрифт:
В САМОМ ДАЛЬНЕМ КОСМОСЕ...
В самом дальнем космосе,
между двух сверхновых,
карточными фокусами
развлекал знакомых
тёртый межпланетник
и авантюрист,
он же — проповедник,
он же — аферист.
Карты были краплены
магнитною полоской,
игроки подавленные,
юмор очень плоский.
которой тыща лет,
но никакой дистанции
меж дном и верхом нет.
Справа житель Веги,
голубой, как с перепою.
с ним абориген с Омеги,
с щупальцем-ногою.
Слева марсианин
с глазом прямо на руке,
а на заднем плане
проигравшие в тоске.
Сев играть, раскаешься,
спустивши капиталец.
ведь, если проиграешься,
то отрубают палец.
Пальцев не хватало
на ногах и на руках.
Битые каталы
прогорали в пух и прах.
А когда рассеялись
сомнения и споры,
и уже отсеялись
крупные партнеры,
альтаирец трёхголовый
посмотрел на флешь,
матерное слово
пробурчал и — харк на плешь!
Сброду невесёлому
сказал он вещь такую:
— Ставлю третью голову,
что он, подлец, плутует!
Марсианин вперил зенки,
хоть был трус и нытик, —
хвать рукою по коленке.
Глаз тут взял и вытек.
Взвился житель Веги,
почерневший с перепою,
а абориген с Омеги
стал трясти ногою.
Обступили жулика,
хватают за грудки,
а он в ответ культурненько:
— Постойте, мужики!
Я на всю галактику
честнейший человек,
а вы — толпа лунатиков,
мутантов и калек.
Кодла недобитая!..
И, бластер наведя,
в капсуле с орбиты
шасть — куда глаза глядят.
Бог весть где скитается,
кутит и загорает,
а на дальней станции
не пьют и не играют.
1979
МАТЧ СССР - КАНАДА
Нам сегодня на лёд,
как с тевтонцами — в бой.
Знаем: тем лишь везёт,
кто на равных с судьбой.
Нам с канадцами драться
за счёт на табло.
С поля целым убраться —
считай, повезло.
мы не уступать
на таком же режиме,
растак вашу мать!
Ляжем насмерть на этом
исчирканном льду,
но придём с того света,
имейте в виду!
Хрип свистка, клюшка к клюшке:
мы входим в игру.
Сшиблись, хлынула юшка,
досталось ребру.
Шайбу вырвали, морды,
и на вираже
по воротам их форвард
ударил уже.
Прёт удача им в руки,
но как бы не так! —
ас ледовой науки, —
взял шайбу Третьяк.
Пашем лёд у границы,
нас клюшками бьют,
И к воротам пробиться,
как взойти на редут.
Шасть их крайний подножку,
и нашего — в борт.
Мы нажали немножко
и, взяв в оборот,
Хлоп канадца об стенку —
мы входим во вкус:
они бьются за деньги,
а мы — за Союз!
Вот позорные урки! —
зря судья им свистит:
двое держат за руки,
а третий шустрит.
Нам вернуться бы сразу!
Решали пока,
вбили шайбу, заразы,
зажав Третьяка.
Благо, Тихонов, тренер,
объяснил нам что, как:
важно выиграть время
для победных атак.
— Иль битюг тебя кинет,
или ты его съешь!..
Сплюнул зубы защитник
и встал на рубеж.
Перестроились с ходу,
отвлекли, обвели.
Ну, теперь им по году
сидеть на мели.
Отстают, не угнаться,
бьём четвёртый с руки.
Не глядим, что канадцы —
хлипки мужики!
Гол второй, исхитряясь,
загнала их братва.
Нам плевать. Не смущаясь,
лупим по головам.
В их воротах, — знай наших! —
пятый раз уже гол.
Знамя с клёном опавшим
убирают в чехол.
В их глазах злые слёзы,
тренер прёт на скандал.
Счёт: пять-два в нашу пользу,
выходим в финал.
Вслед нам шум стадиона,
как медведи идём.
В коридоре ждут жёны
с едой и питьём.
Будет кросс после ночи, —
под душ и на лёд.
Ну, на этот раз, точно,
нам всем повезёт!
1979