Молодой

Выборнов Наиль Эдуардович

Преследователи не стали таранить нашу машину, тем более, что эта попытка была обречена на провал. Они скорее размажутся по нашему броневику, чем смогут нанести мне какой-то ущерб. Их водитель тоже решил развернуться.

Прицелившись, я обстрелял водительскую сторону машины. Расстояние было метров в сто, и с такой дистанции я вполне мог поразить мишень, пусть даже и движущуюся. Тем более, что их машина бронированной не была.

Я не видел, что произошло с водителем от моих попаданий, а интерфейс ничего не подсказал.

Зато машина вдруг резко газанула, и врезалась в заграждение. Бетонные блоки она не пробила, но из-под капота резко пошел дым, видимо, радиатор все-таки оказался пробит.

Мгновение спустя в мою сторону уже бежали двое. Но я не стал тратить на них времени, бросил автомат на землю и запрыгнул обратно за руль. Мотор я не глушил, чтобы не тратить времени, а резко вывернул руль и газанул.

Броневик тяжело тронулся с места, а мои волосы снова зашевелило ветром. Теперь у нас еще и сквозняк из-за открытого люка и разбитого стекла. Отлично, блядь.

Однако в голове у меня играла победная песнь. Мне все-таки повезло не только выбраться из Раменского, но и стряхнуть преследователей.

Теперь осталось только выбраться за периметр и вывезти с собой Чеха. Или его труп, смотря как наемнику повезет.

И это ранним утром, когда все городские службы и полиция уже настороже. На ворованной машине, и с ворованным же оружием. А других вариантов нет, не тащить же мне наемника на себе, и не вызывать скорую. Потому что тогда мы очень быстро окажемся за решеткой.

Глава 16

— Открывай! — крикнул я, едва кто-то ответил на вызов видеофона. — Открывай, говорю, срочно!

— Это ты, Женя? Чего случилось? — был ответ.

Ну да, он же в видеофоне только мою рожу перекошенную видит, а то, что я его друга тащу, камера не показывает.

— Да открывай ты, блядь, проблемы у нас!

Долго ждать не пришлось. Дверь распахнулась и ударилась о стену, наружу выскочил Ник, держа в руках полотенце.

— Бля… Это что же случилось? — проговорил рвач.

— Пуля в брюхе, вот что случилось, — ответил я и сгрузил наемника прямо на пол. — Он пока жив, я тащил его с собой из Старой Москвы. Ты же ему поможешь?

Я действительно вытащил наемника наружу. Периметр оказался дырявым насквозь, по следам я нашел место, где через него ездили машины, и мы выбрались наружу. Отъехал на несколько километров, поймал тачку, перевел водителю тысячу рублей за помощь и молчание, после чего мы двинули прямиком в клинику Ника. Кейс, разумеется, я прихватил с собой, а вот от варбелта избавился первым же делом. И с наемника его тоже снял. Не хватило еще спалиться на ношении оружия. Нам в клинику надо, а не в камеру.

Честно говоря, наверх его я затащил исключительно на морально-волевых. Уж очень сильно заебался за этот день, сил действовать дальше просто не было. Оставалось надеяться,

что меня не заставят ассистировать на операции, хотя хрен знает, чем я мог помочь, потому что навыков хирургии у меня не было никаких.

— Потащили его в операционную, — Ник тут же подскочил ко мне, и схватил наемника за ноги. — Давай, бери его и понесли. Он что-нибудь принимал?

— Два реаниматора и один вдох 'шок’а, — ответил я. — Мы угодили в полную жопу, он словил пулю, но держался какое-то время. Я его вытащил.

— Вижу, что вытащил, — кивнул рвач. — Давай, понесли. Бля, как он вообще еще живой-то…

Мы подхватили наемника, и потащили его вглубь клиники. Вошли в помещение, заполненное разной медицинской аппаратурой, и, видимо, отведенное под операционную, положили на стол, после чего Ник принялся сноровисто раздевать Чеха.

Куртку с него он стащил, а футболку, пропитанную черной кровью, попросту срезал. Посмотрел на пулевое отверстие, зачем-то просунул в него палец, понюхал.

— Ну-ка помоги перевернуть его, — проговорил он, и когда я выполнил приказ, сказал. — Пуля застряла. И наверняка кишки порвало. Пиздец.

— Жить-то он будет? — спросил я.

— А хуй знает, — ответил рвач. — Сделаю, что смогу. Но в брюхе у него сейчас кровавый студень пополам с дерьмом. Придется все это доставать, отмывать, резать кишки и сшивать их. Скорее всего в нескольких местах. Лучше скажи, как это случилось? Мне его штопать не впервой, но все-таки…

— Работа, — ответил я. — Сам понимаешь, об этом лучше не распространяться. Но дело было жаркое.

— А на тебе, значит, ни царапины, — сказал Вик.

— Повезло, — вздохнул я. — Если захочет, он сам все расскажет, если, конечно, ты его вытащишь, — и все-таки предложил. — Моя помощь нужна?

— Нет, — качнул головой рвач. — Если хочешь, можешь отдохнуть в палате рядом. Ты же устал, сам вижу.

— Заебался, — кивнул я. — Но курить охота, а вейпа у меня больше нет. Выйду на улицу, возьму себе одноразку и чего-нибудь поесть, вернусь. Наверное.

— Иди, тут работы на несколько часов. Если все раньше не закончится.

Когда я уходил, он пихал в глотку наемника какую-то трубку. Видимо, собирался делать ему наркоз. В общем-то мне похуй, чем он там будет заниматься, лишь бы вытащил Чеха, иначе окажется, что все мои старания пошли прахом.

Я подхватил кейс, лежавший на полу у входа в клинику, и вышел наружу. Спустился на лифте на первый этаж, подошел к торговому автомату, установленному в холле знания, купил себе одноразку. Тут же затянулся, пусть здесь и нельзя курить, но мне было уже как-то наплевать.

Двинул ко второму автомату, взял себе сэндвич с ветчиной из искусственного мяса и еще одну банку энергетика. Говорят, его пить вредно, но я не ел со вчерашнего дня, и ударная доза сахара с кофеином — именно то, что мне нужно.