Молилась ли ты на ночь?
Шрифт:
Она вынырнула между креслами, как кукушечка из дупла, и запела:
– Зямочка, не пугай меня! О каком кинжале ты говоришь?
– Боже мой! – вскричала я, смекнув, к чему этот вопрос. – Только не говори, что это был серебряный с чернью кинжал с фигурной ручкой в виде желтоглазой дикой кошки!
Зяма резко нажал на торомоз и всем корпусом повернулся ко мне. По счастью, в этот момент мы катили по пустому заснеженному проулку, так что аварийной ситуации не случилось.
– Он был именно такой: серебряный кинжал
– Сама не пойму!
– Кузнецова, давай им все расскажем, видно же, что одно с другим как-то связано! – предложила Алка.
Глаза у нее с перепугу сделались круглые, как у рыси.
– Кому – им? – машинально переспросила я, напрочь забыв, что нас в машине четверо.
Крошка Ру сидел тихо, как мышка – на редкость крупная, надо признать.
– Ах да! – я бледно улыбнулась Руперту, вздохнула и более или менее подробно пересказала события вчерашнего вечера начиная с того момента, как мне выдали зарплату.
Рассказ не затянулся, я уложилась в пару минут, после чего усилием воли подавила вскипающие на глазах слезы и спросила:
– Валерьянки случайно ни у кого с собой нет? Я бы выпила.
– Выпить у нас нечего, – отозвалась Трошкина, взглянув на пустую винную бутылку.
– Жалко, – продолжала хныкать я. – Худо мне, прям хоть стреляйся!
– За чем же дело стало? У Руперта есть стартовый пистолет, – напомнил жестокосердый Зяма. – Кончай кукситься, Дюха, не время слезу точить! Надо распутывать этот клубочек, пока тебя, дурочку, под монастырь не подвели!
– Какой монастырь? – не поняла я.
– Мужской! – Зяма дернулся и снова завел машину. – Алка, сядь на место, а то у меня в зеркальце заднего вида один твой шерстяной помпон прыгает! Дюха, кончай оплакивать свою судьбу, пока она не стала еще хуже!
В голосе рассвирепевшего братца отчетливо звучали командирские нотки – не иначе Зяма унаследовал их с генами папули-полковника. Алка мячиком отпрыгнула на сиденье, я перестала кривить губы. Зяма со зверским выражением лица крутил баранку и приговаривал сквозь зубы:
– Ладно, с-сволочи такие, я вам покажу, как наших бить!
Я почувствовала признательность братцу за то, что он близко к сердцу принимает мою проблему – такое случается нечасто! Я имею в виду не проблемы – их у меня всегда предостаточно, карма такая! – а Зямин благородный порыв прийти на помощь обиженной сестричке. Не рискуя соваться с вопросами к раскипятившемуся братишке, я повернулась и шепотом спросила Трошкину:
– По-твоему, на что это похоже?
– Похоже на то, что кто-то хочет подвести тебя сразу под пару уголовных статей! – Алка сказала именно то, что думала я сама.
– И что, по-твоему, надо делать в этой ситуации?
Трошкина пожала плечами. Это тоже
– Голос! – скомандовал Зяма, увидев воздетую лапу Крошки Ру в зеркальце заднего вида.
– В «Замке оборотней-4» – это такая игра, если кто не знает, – есть один гадкий типок, – застенчиво сказал Руперт, ласково глядя на меня ясными голубыми глазками. – Он прячется в нишах, бегает за драпировками и наружу высовывается только частями – то ножку подставит, то за волосы дернет, то песка в глаза насыплет. В общем, пакостит помаленьку.
– Руп, давай об играх как-нибудь в другой раз, а? – с трудом сдерживаясь, попросила я.
– Погоди, Дюха, дай ему договорить! – Зяма слушал с интересом.
– Я уже заканчиваю. – Крошка Ру извиняюще улыбнулся. – В конце концов именно этот тихий вредитель оказывается самым главным гадом, хуже даже, чем злобные ведьмы, клыкастые оборотни и кровожадные вампиры. Я тут подумал, что в Инкиной истории тоже есть такой типок. Тот, что под кроватью сидел!
– Под диваном, – машинально поправила Трошкина.
– Неважно! – отмахнулась я. – Роберт Руперт, ты гений! Я как раз думала, что связывает убийство Полуянца с ограблением Хризопразова и Лапочкина!
– Кинжал, – подсказала отличница Трошкина.
– Э-э-э… Похоже, я неправильно выразилась. Надо так: что связывает то самое убийство и мерзкую визитку, объявившую меня проституткой, из-за чего я на ночь глядя закатилась к Лапочкину, в результате чего на меня теперь вешают кражу слона?
– Ты не могла бы сформулировать свой вопрос как-нибудь попроще? – спросил Зяма.
– Я понимаю, что ты хочешь сказать, – протянула умная Трошкина. – Фотка, да?
– Фотка! – кивнула я.
– Еще проще, пожалуйста! – попросил Зяма.
– Картинку на визитке сделали в «Фотошопе», ты сам это сказал, – напомнила я. – Тело взяли чужое, а голову присобачили мою. Ты велел мне подумать, какой папарацци мог сделать такой снимок, я подумала и поняла: только тот, кто видел, как я валяюсь без памяти на полу в квартире Полуянца!
– То есть поддиванный гад! – резюмировала Трошкина. – Похоже, он причастен и к краже кинжала, и к убийству! Значит, его мы и должны искать!
– Ну, и как будем искать? – бодро спросила я.
Никто мне не ответил, и моя бодрость быстро сошла на нет. В гнетущей тишине я сидела, повесив голову, пока Зяма не сказал:
– Так, господа и дамы, я сейчас поеду в ГУВД в капитану Кулебякину, а вам с учетом забортной температуры предлагаю переместиться из машины в теплые помещения. Кого куда подбросить?
– Меня домой, если я вам пока что больше не нужен, – оживился Крошка Ру. – Я за компьютер сяду. – И застенчиво добавил: – Что-то мне захотелось в «Мерлина» порубиться.