Молчание монстров
Шрифт:
Глава 20
Вин
— Ты удивлён тем, что твоя мать способна на убийство? — За словами сводного брата последовал сухой смех.
Я встретил его взгляд, поразительно похожий на мой собственный, и удивился, почему мне захотелось высказать свои худшие опасения молодому человеку, с которым поклялся не иметь ничего общего. Понятия не имею, как Ченнинг уговорила меня прийти на ужин в городской дом Алистера. Мне пришлось исполнить целый танец с бубнами, чтобы убедиться, что за мной не следят, потому что по-прежнему не хотел, чтобы кто-то знал, где находится Уинни. Наверное, потому, что Ченнинг пригласила меня сразу после того, как я уговорил её на секс в ванной комнате моего офиса, когда
Когда он предложил мне выпить, я согласился и последовал за ним в небольшой сад на крыше здания. Это был уединённый оазис в самом сердце такого оживлённого города. Я нехотя сказал ему:
— У тебя прекрасный дом. — В нём было гораздо более спокойно, чем в поместье.
Алистер потягивал свой напиток и наблюдал за мной поверх края бокала. В уголках его глаз появились морщинки, когда он улыбнулся. Выражение его лица так напомнило мне Арчи, что у меня сжалось сердце. Было странно испытывать столько неприязни к человеку, в котором я видел себя и своего брата.
Он не ответил на комплимент. Вместо этого спросил:
— А ты знал, что у твоего отца была смертельная аллергия на арахис?
Это была такая неожиданная смена темы, что мне пришлось на мгновение задуматься.
— Откуда ты это знаешь?
У нас в штате всегда был повар. Моя мать никогда была у плиты. Я же не умел готовить даже элементарные блюда, пока не стал ухаживать за Уинни. Не могу припомнить, чтобы у моего отца когда-нибудь была аллергическая реакция на что-либо. Но он всегда путешествовал с помощником, который занимался всеми аспектами его жизни, включая питание. Я не мог вспомнить, когда в последний раз ел что-то вроде сэндвича с арахисовым маслом и желе. Казалось, в моём детстве этого не хватало.
— Однажды отец накормил меня сэндвичем с арахисовым маслом и желе, пока мама была на работе, и я чуть не умер. Ни у кого в моей семье нет аллергии, поэтому я всегда считал странным, что она есть только у меня. После того как узнал, что во мне течёт кровь Холлидея, я провёл небольшое расследование. То же самое случилось с твоим отцом, когда он был молод. В его школе не заботились об аллергических реакциях и давали арахисовое масло в качестве закуски. Он чуть не умер, и твои бабушка и дедушка закрыли школу. Это известный факт в высших кругах общества. Арахис был практически запрещён во всех местах, где он часто бывал, — Алистер хихикнул, но в этом звуке не было веселья. — Колетт не была его первым выбором в качестве жены. Холлидеи сами выбрали её, но он положил глаз на кого-то другого. На ту, кого не одобрила бы семья. Он хотел сбежать с ней и оставить семейное состояние.
— Точно так же, как Арчи. — Я не мог не уловить связь.
Мой сводный брат кивнул и закинул ноги на край большой ямы для разведения костра, которой, похоже, часто пользовались.
— Твой отец так и не смог выбраться из Бухты. У него случилась аллергическая реакция, и он провёл в больнице несколько недель. Ходят слухи, что приступ был настолько сильным, что недостаток кислорода в дыхательных путях привёл к серьёзным повреждениям органов. К тому времени, как он встал на ноги, девушка, которую он так отчаянно любил, бесследно исчезла. Он хотел разыскать её, но Колетт была рядом с ним круглосуточно. Из-за своей физической слабости и настойчивости родителей он никак не мог избежать женитьбы на твоей матери. А когда в разгар всего этого умерли её родители, он почувствовал себя ответственным за неё. Я знаю, насколько ты умён, поэтому не стану спрашивать, можешь ли ты придумать кого-нибудь, кроме Колетт, кому было бы выгодно отравить твоего отца так своевременно. Как по мне, время, когда произошёл несчастный случай с твоими бабушкой и дедушкой, довольно странное совпадение. Всё выстроилось таким образом, чтобы дать твоей матери именно то, что
Я отхлебнул янтарную жидкость из хрустального бокала. От ликёра и подозрений у меня зашумело в голове.
— Откуда ты всё это знаешь? Никто в моей семье никогда не говорил о том, что мой отец чуть не умер от аллергии.
Алистер снова рассмеялся. Этот смех прозвучал ещё более горько, чем первый.
— За несколько недель до смерти твоего отца кто-то принёс испорченную еду в мою комнату в общежитии колледжа. Я заказывал еду в заведении, где хорошо знали о моей аллергии, и не проверил, прежде чем начать есть. После первого же укуса у меня почти сразу случился анафилактический шок. К счастью, мой сосед по комнате учился на медицинском и знал, как пользоваться автоинъектором эпинефрина. Меня госпитализировали на несколько дней, но я запросто мог умереть. Я был всего лишь ребёнком и ничего не знал ни о мире, ни о семье Холлидей. И не представлял особой угрозы для Колетт. Когда я попытался разыскать курьера, заведение закрыли, а владелец сменился. Никаких записей не осталось. Я больше не ем ничего, что не приготовлено моим личным шеф-поваром. Я больше никогда не дам твоей матери такой лёгкой возможности, — Алистер склонил голову набок и пристально посмотрел на меня. — Никто в твоей семье не говорит о том, что случилось с твоим отцом. Холлидеи могли остановить Колетт в любой момент, но они этого не сделали. Представь, что твои родители предпочли бы, чтобы ты умер, а не женился на человеке, которого они не одобряют.
Спиртное развязало мне язык настолько, что я смог подколоть:
— Разве он и не твой отец? — В конце концов, именно благодаря его происхождению он попал в поле зрения моей матери.
— Не знаю, хочу ли называть так этого труса. Он делал всё, что хотели Холлидеи, но продолжал спать с простыми, добрыми женщинами. С такими, как моя мать. Он знал, на что способна Колетт, и ничего не сделал, чтобы остановить её. Конечно, возможно, твой отец умер от продолжительной сердечной недостаточности. Но если спросишь меня, считаю ли я, что Колетт Холлидей может пойти на убийство, чтобы получить желаемое, то ответ однозначный: «да».
Я постучал по краю хрустального бокала и уставился в небо. Было темно, но огни города окрашивали всё в тёмный, приглушенный серый цвет. Я начинал ненавидеть всё, что связано ним.
— Почему ты так решительно настроен на связь с Холлидеями, если считаешь, что моя мать пыталась тебя убить? Разве не глупо провоцировать её?
Алистер опустил ноги и наклонился ко мне.
— Колетт — Холлидей только по браку. Мне кажется, все забывают, что эту фамилию ей дали, она не получила её при рождении. Я больше Холлидей, чем она, так почему же должен позволять ей мешать мне узнать мои корни? — фыркнул Алистер. — Она контролирует тебя. Этого ей должно быть достаточно.
Чувствуя себя особенно незащищённым, я не мог не напомнить ему:
— Я дал тебе денег, когда твоя сестра заболела. Моя мать не имеет решающего голоса во всём, что я делаю.
— Если бы это было правдой, ты бы не был фиктивно женат на Ченнинг. У тебя были бы нормальные отношения, и ты попросил бы её выйти за тебя замуж, потому что любишь её. Любой, у кого есть глаза, видит, как ты к ней относишься.
Я не смог опровергнуть его проницательные утверждения.
— Ченнинг считает меня угрозой. Я был не очень добр к ней. Наша семейная история не способствует простоте в отношениях между нами. Даже без участия моей матери нормальные отношения невозможны.
— Откажись от всего этого. — Тон Алистера стал неожиданно серьёзным. — Избавься от всего, что мешает вам быть вместе. Твой отец был готов это сделать. Арчи тоже. Ченнинг заслуживает мужчину, готового предпочесть её всему остальному. Я не собирался связываться с Холлидеями, пока не заболела моя сестра. Если бы мне не нужны были деньги и моим родителям удалось всё уладить, единственное, о чём бы я попросил, это возможность узнать тебя получше. Я занялся дизайном из-за тебя, Вин. Я восхищался тобой задолго до того, как узнал, что мы родственники.