Молчание монстров
Шрифт:
Я помогла ему стянуть рубашку с плеч и голодными глазами наблюдала, как мужчина стягивает брюки в тонкую полоску и дизайнерские боксеры со своей удивительно упругой задницы. Чем больше я смотрела, тем больше понимала, почему он был одним из самых желанных холостяков в мире.
Я принимала противозачаточные средства, и, учитывая, что сексуальная жизнь Вина была такой же скучной, как и всё остальное в его жизни, осторожность не была для нас большой проблемой. Могу поклясться, что в глазах Вина мелькнуло сожаление, когда я сказала ему, что у нас всё хорошо, после того как в первый раз всё разгорелось и пошло быстрее, чем мы ожидали.
Я фыркнула от этой мысли и была вынуждена сосредоточиться на Вине, когда он схватил меня за подбородок и удержал моё лицо неподвижно, не спрашивая, о чём я думаю. Он сказал, чтобы я не вспоминала о его матери, пока мы занимаемся сексом. Но я просто не могла перестать думать об этой ужасной женщине всякий раз, когда оскверняла её идеального сына. Это было единственное, что я могла помнить о Колетт до самой смерти.
Вин опустил руку рядом с моей головой. Прежде чем он вошёл в меня, я перевернулась так, что оказалась на животе. Прижалась спиной к его твёрдой плоти и приглашающе повиляла попой. Я больше не могла смотреть на отражение себя, утопающую в волнах удовлетворения. Если бы продолжила, то у меня появились бы идеи, которые лучше было бы оставить похороненными в самом дальнем уголке моего сознания.
У меня больше не было длинных волос, за которые он мог бы ухватиться. Вин положил одну руку на середину моей спины, а другой стал вводить свой член в моё теперь уже влажное лоно. Мы одновременно издали сдавленный стон, когда он глубоко погрузился в меня.
Вин скользнул рукой вверх и вниз по моему позвоночнику, как будто гладил большую кошку. Я задрожала от его ласк и тихо застонала, когда почувствовала прикосновение его губ к моей шее сзади. Я хотела сказать ему, что он может быстро трахнуть меня, чтобы вернуться к покупке и продаже половины мира, но не могла найти слов. Мне слишком нравилось, когда он относился ко мне как к настоящей любовнице, а не как к удобной дырке...
Я застонала, когда он вышел и вошёл с большей силой. От этого движения моё тело скользнуло по столу, создавая ещё больший беспорядок из-за разбросанных вещей. Я была уверена, что никогда в жизни не чувствовала себя такой наполненной и так основательно оттраханной.
Вин просунул руку между моей талией и древним деревом. Я подумала, что он собирается придержать меня подальше от края, чтобы смягчить удар, когда будет вколачиваться в меня. Все моё тело содрогнулось, а пальцы на ногах поджались. Ощущения были невероятными, когда мужчина скользнул пальцами вниз и закружил по моему клитору. Чувства бушевали во всём моём теле, я тяжело дышала, ударяясь о полированную поверхность. Моё тело подалось назад навстречу движениям Вина. Я услышала, как он выругался, и почувствовала, как его зубы впились в изгиб моей шеи и плеча. Там должны были остаться следы от укусов, в дополнение к синякам в форме пальцев, которые он оставил на моих бёдрах.
Вин двигался быстрее и начал задевать более глубокие и чувствительные места. Это было так хорошо, что у меня закатились глаза, и я двигалась вместе с ним вслепую. Это было грубо и почти по-животному. Моё тело пульсировало вокруг него, становясь всё более влажным и скользким. Звуки, которые мы издавали,
Заведя руку за голову, я схватила Вина за волосы. Он прижался грудью к моей спине, и я почувствовала биение его сердца.
— Я сейчас кончу, — я повернула голову и стала двигаться с большим энтузиазмом, встречая его толчок за толчком.
Вин провёл языком по линии вокруг моего уха и дал необычное обещание.
— Я всегда заставлю тебя кончить, Ченнинг. Я никогда не делаю ничего наполовину.
Я застонала, испытывая дрожь желания и удовлетворения. Моё влагалище пульсировало вокруг его члена. У меня перехватило дыхание, когда я поддразнила его:
— Как думаешь, Наполеон когда-нибудь говорил что-то подобное, когда у него был этот стол?
Вин хмыкнул, прежде чем выпрямиться. Он продолжал двигаться позади меня, и я нашла своё завершение. И ахнула, когда мужчина шлёпнул меня по заднице в порыве страсти, прежде чем кончить в меня.
— Наполеон был недостаточно высок, чтобы трахать кого-нибудь на этом столе. — В его голосе звучало полное удовлетворение, когда он промурлыкал эти слова мне на ухо.
С хлюпающим звуком он вышел из меня. Слава Богу, в его кабинете была ванная комната для руководителей, потому что мы оба были в полном беспорядке.
Когда привели себя в порядок и перекусили давно забытой выпечкой, я наконец-то решилась спросить его, узнал ли он что-нибудь новое о поместье. От мрачного выражения его лица у меня по коже побежали мурашки. Очевидно, в этой истории было что-то ещё.
— Нужно проверить полы, — отрывисто ответил Вин. — Рокко сказал, что под ними, вероятно, есть безопасные комнаты времён войны за независимость. Держи Уинни пока подальше от поместья. Это небезопасно для вас обоих.
Я нахмурилась и провела пальцем по кончику его носа, и он не укусил его.
— Твой брат держит Уинни под замком. Он очень серьёзно относится к её безопасности.
Вин фыркнул.
— Сводный брат...
Я щёлкнула его по лбу и напомнила:
— У нас обоих есть призраки в этом доме, которых нужно изгнать. Чем больше ты хочешь, чтобы я держалась подальше, тем сильнее моё желание разнести это поместье по камешку.
Вин тяжело вздохнул и притянул меня ближе, чтобы обнять.
— Я поклялся, что буду защищать тебя от своей матери. Но не знал, как трудно будет сдержать это обещание.
Миллион разных мыслей пронеслись у меня в голове после его пораженческих слов. Все недооценивали, на что была готова пойти Колетт Холлидей.
Когда дело касалось этой женщины, планка была на пределе. Ниже опуститься было невозможно.
Эмоция, которая вырвалась наружу, была внезапным желанием уберечь Вина от всего того вреда, который могла причинить его мать.
Но больше всего меня беспокоило то, что у этого человека и так было всё.
Последнее, что ему было нужно, это моё сердце.