Моё!

Мак-Каммон Роберт

Этот дом и дом Дианы Дэниеле, некогда известной как Беделия Морз, были единственными на этом участке дороги.

— Уехала, — сказал он. — Куда — не знаю.

— шутливое прозвище мичиганцев.

— Когда она уехала? — спросил Марк.

— Где-то в четверг днем, кажется. Сказала, что отправляется на север, если это вам может помочь.

Лаура почувствовала ком в горле. Оказаться так близко к месту, где живет Беделия Морз, и быть не в состоянии ее найти — это чистая пытка.

— Она не сказала, когда может вернуться?

— Она сказала, что едет на уик-энд. А вы

что, приятели Дианы?

— Я ее старый друг, — сказал Марк.

— Что ж, жаль, что вы ее упустили. Если это может быть вам как-то в помощь, я думаю, она поехала к птицам.

— К птицам? — переспросила Лаура.

— Да. Диана одолжила у меня бинокль. Понимаете, мы с женой орнитологи-любители, мы и в общество входим. — Он поскреб подбородок. — Диана из тех, кто любит одиночество. Была бы настоящим орнитологом, если бы занялась всерьез.

Лаура отрешенно кивнула, повернулась и опять поглядела на каменный коттедж. На почтовом ящике был изображен знак мира. Перед коттеджем стояла абстрактная глиняная скульптура, вся из острых углов.

— Диана вдруг стала очень популярной, — сказал старик.

— Что?

— Очень популярной, — повторил он. — Обычно у Дианы не бывает гостей. Она порой заходит ко мне поиграть в шахматы. И странно мне вот что: насчет нее вчера спрашивал еще один деятель.

— Еще один? — Марк нахмурился. — Кто?

— Ее друг, — ответил старик. — Парень с больным горлом. Ему приходится подключать эдакую штуковину к шее и говорить через динамик. Кошмарная вещь.

— А Диана не говорила вам, к кому она может поехать в гости? — спросила Лаура, возвращая разговор в прежнюю колею.

— Не-а. Просто сказала, что уезжает на уик-энд. Сказала, едет на север.

Было очевидно, что старик больше ничего не знает.

— Спасибо вам, — сказала Лаура и старик, пожелав им доброго дня, закрыл дверь.

Возвращаясь к машине Лауры, Марк пнул сосновую шишку и сказал:

— Звучит нехорошо.

— Что?

— Насчет этого парня с плохим горлом. Звучит нехорошо.

— Почему? Может, это один из ее учеников по гончарному делу.

— Может быть. — Марк стоял уже рядом с автомобилем и прислушивался к ветру, гуляющему в голых деревьях. — Просто у меня нехорошее чувство, вот и все.

Он залез в автомобиль, и Лаура села за руль. Их поездка была для Лауры получением образования в радикальной философии и учении дзен. Марк Треггс был набит сведениями о вооруженной борьбе шестидесятых, и они вдались в долгую дискуссию насчет убийства Джона Ф. Кеннеди как момента, когда Америка стала отравленной.

— Что мы теперь будем делать? — спросил он, когда Лаура завела мотор.

— Я собираюсь дождаться, когда Беделия Морз вернется домой, — сказала она ему. — Ты свою роль выполнил. Если хочешь, я куплю тебе билет на самолет назад в Чаттанугу.

Марк принял решение на обратном пути в Энн-Арбор.

— Диди не станет с тобой разговаривать, если меня здесь не будет, — сказал он. — Она даже не пустит тебя на порог. — Он откинул свои длинные волосы за плечи и посмотрел на деревенский пейзаж за окном. — Нет, мне лучше быть рядом, — решил Марк. — Я попрошу Розу, чтобы в понедельник позвонила

и сказала, что я болен. Никаких проблем.

— Я думала, ты рвешься домой.

— Это да, но… наверное, мне хочется повидать Диди. Ты знаешь, ради прежних времен.

Было кое-что, что Лаура намеревалась спросить, и теперь, казалось, пришло время.

— В своей книге ты посвятил Диди строчку: «Храни свою веру и люби того, с кем ты сейчас». О ком это ты говорил? Она живет с кем-то еще?

— Ага, — сказал Марк. — Сама с собой. Прошлым летом я отговорил ее резать себе вены. — Он быстро взглянул на Лауру и отвел взгляд. — Диди несет на себе страшную тяжесть. Она не тот человек, кем была прежде. По-моему, прошлое ее гложет.

Лаура посмотрела на руки и заметила одну вещь, которая ее почти встревожила. У нее не было маникюра, и ногти были грязными. Утренний душ она приняла наскоро. Бриллиант на обручальном кольце — связующее с Дугом звено потускнел. До этого ужаса всегда тщательно занималась ногтями и чистила кольцо. Теперь все это казалось невероятно бессмысленным.

— Хмырь с плохим горлом, — тихо сказал Марк. — Ищет Диди. Не знаю. У меня мурашки бегут по коже.

— Почему?

— Если он из ее учеников, то разве не знал, что она уехала из города?

— Не обязательно. Он хмыкнул.

— Может, ты и права. Но мне это все равно не нравится.

— Этот годится? — Лаура показала на возникший слева мотель «Дейз-Инн». Марк сказал, что ему годится, и она повернула на стоянку. Первое, что она собиралась сделать, попав в номер, — это позвонить в ФБР и связаться с Каслом, но она не собиралась выдавать ни Марка, ни Беделию Морз. Она знала, что ей не одну стену еще придется перелезть, чтобы поговорить с Диди лицом к лицу.

Пока Лаура и Марк устраивались в мотеле, высокий худой человек, оставивший темно-синий «бьюик» на грунтовой дороге в полумиле от дома Беделии Морз, возвращался через лес к своей машине, хрустя ботинками по прошлогодней листве. Он был одет в коричневые штаны и серую парку с капюшоном: цвета, незаметные в оголенном зимнем лесу. На шее висел фотоаппарат с телеобъективом, через плечо — мешок из камуфляжной ткани, где лежала антенна-тарелка подслушивающего устройства, наушники и миниатюрный магнитофон, а еще — заряженный автоматический пистолет сорок пятого калибра. Лицо человека было скрыто капюшоном, но при дыхании слышалось механическое потрескивание.

Подойдя к машине, он отпер багажник и положил фотокамеру и мешок рядом с черным кожаным чехлом, где лежала винтовка «Валмет-Хантер» тридцать восьмого калибра с оптическим прицелом и магазином на девять патронов.

Его дом находился в пятнадцати милях к северо-западу в городе, называемом Хелл. [2]

И туда он и направился, крепко сжав руль руками в черных перчатках и улыбаясь демонической улыбкой.

Глава 7

ДЬЯВОЛ ВСЕХ СВИНЕЙ

2

Hell — ад (англ.).