Многостаночник

Казанцев Кирилл

– В таком случае я забираю свои слова обратно, – улыбнулся Андрей, разглядывая проплывающие внизу завораживающие своей красотой пейзажи. – Неземная у вас здесь природа. Такое ощущение, что на другую планету попал.

– Все городские так говорят, – заметил заведующий станцией скорой медицинской помощи. – Кстати, Андрей, когда тебе отпуск дадут?

– Наверное, никогда, – засмеялся Ларин.

На что добродушный толстяк проговорил:

– В общем, когда дадут, милости прошу ко мне в гости. На байдарках по реке сплавимся. На кабана поохотимся…

– Не

люблю охоту, – перебил его Андрей. – А вот на байдарках можно.

– Тогда заметано, – поймал на слове Ларина толстяк.

Мужчины смолкли. А через несколько минут Андрея начало клонить в сон. Поначалу он сопротивлялся. Тер ладонями глаза. Прислонялся щекой к холодному иллюминатору. В общем, делал все возможное, чтобы не уснуть. А потом сдался. Откинулся на спинку сиденья, склонил голову и задремал.

– Ау, проснись… мы уже на подлете… – расслышал сквозь дрему хрипловатый голос толстяка Ларин. – Эй, хватит дрыхнуть… – И он ощутил, как его ущипнули за руку. – Блин, до покойника проще добудиться, чем до тебя… Ну, хорошо, сейчас я устрою тебе бодрящий «душ».

И тут прямо в лицо одному из лучших агентов тайной антикоррупционной организации ударил мощной струей поток воздуха. Он моментально разлепил веки, подхватился. Заспанным голосом пробормотал:

– Что?.. Где?.. Куда?..

– Тебе и впрямь пора отпуск давать. А то такими темпами скоро на ходу спать будешь, – покачал головой стоявший у открытого люка толстяк.

– Мне уже пора на выход? – поежился Андрей.

– Ну, как бы да, – сказал заведующий станцией скорой медицинской помощи и стал давать ЦУ. – В общем, сейчас я спущу тебя вниз на тросе. Только одна просьба. Во время этого самого спуска – по возможности не двигайся, а то тебя может раскачать, и тогда трос запутается в ветках деревьев. А такое ни тебе, ни мне, ни пилоту – ни к чему. Ясно?

– Что ж тут непонятного… – кивнул Ларин, решительно шагнул к открытому люку и посмотрел на колышущиеся внизу верхушки сосен…

…Густой таежный лес встретил Андрея не очень-то гостеприимно. Повсюду навален бурелом. В пропитанном сыростью воздухе роится гнусная мошкара, комарье. То тут, то там попадаются на глаза змеи. И это хорошо, если попадаются. Ведь если не заметишь, наступишь на одну из них, то пиши – пропало. Яд моментально парализует все твое тело, и ты, одеревенелый с ног до головы, упадешь на землю. Станешь звать на помощь. Но никто не откликнется на твои крики. Так как вокруг на многие километры нет ни одной живой души. И в итоге ты умрешь.

А потому Ларин не спешил и был предельно осторожен. Вымерял каждый шаг, чтобы не накликать на себя беду. Тем временем уже смеркалось. В лесу становилось все темнее и темнее.

– Так-с… – пробормотал Андрей, замер на краю канавы, в которой квакали лягушки, достал GPRS-навигатор, сверился с картой. – Угу, понятно… еще каких-то три километра, и я буду на месте…

Невыносимо зудели покусанные комарами руки. По исцарапанному ветками лицу вперемешку с кровью лился пот. Ноги подгибались. Однако Ларин не останавливался, упорно двигался к намеченной цели – срубу, в котором удерживались

в заложниках супруга и сын Николая Ивановича Столина. При этом он постоянно поглядывал на экран навигатора, чтобы не сбиться с пути.

Наконец впереди показалась залитая призрачным лунным светом делянка, посреди которой стоял тот самый дом. Возле него расхаживал широкоплечий гигант с автоматом на плече. Андрей снял рюкзак, залег за поваленной сосной. Тихо взвизгнула молния. На влажный мох легли прицел, приклад, ствол, еще какие-то детали. Антикор быстро и умело собрал из этого «конструктора» компактную снайперскую винтовку. Поудобнее расположился. Прищурил левый глаз, а правым приник к окуляру прицела, который он переключил на режим «ночного видения». Слегка повел винтовкой.

– Есть, – совместив перекрестье прицела с головой автоматчика, прошептал себе под нос Ларин, а затем резко нажал на спусковой крючок.

Гигант даже не успел понять, что произошло. Замертво рухнул на траву. Андрей подобрался и, стараясь не наступать на сухие ветки, зашагал к срубу. Вскоре он уже стоял над покойником, который своими стеклянными глазами смотрел в вечернее небо. Небо, которое было буквально усыпано звездами.

– Минус один охранник, – еле слышно обронил Ларин. – Эх, знать бы, сколько их еще осталось. Ну, ничего, сейчас узнаем.

Положив рядом с убитым гигантом снайперскую винтовку, Андрей достал из рюкзака пистолет с накрученным на него глушителем. Снял с предохранителя. И на цыпочках подкрался к входной двери. Та оказалась незапертой. Он приоткрыл ее и просочился внутрь дома.

Просторный коридор тускло освещал проникающий через незашторенные окна лунный свет. Туда-сюда гулял сквозняк. Мягко ступая по половицам, Ларин неспешно шел по коридору, то и дело заглядывая в попадающиеся ему на пути комнаты. Благо ведущие в них двери – все до одной были распахнуты настежь.

«Такое ощущение, что в доме никого нет», – подумалось Андрею, когда он проверил очередную комнату, которая, как и предыдущие, оказалась совершенно пустой.

И тут коридор совершил крутой поворот на девяносто градусов. Вместе с ним совершил этот поворот и Ларин. Коридор сузился, а в скором времени уперся в тупик. Вернее, не в тупик, а в две двери. Одна из них была слегка приоткрыта, и из-за нее доносился прерывистый храп. Другая же была закрыта на засов и, судя по всему, еще и на ключ. Так как в узенькой щелке между дверной коробкой и дверным полотном Андрей рассмотрел ригель замка.

«Скорее всего здесь и держат семью Столина, – решил антикор. – Ладно… для начала надо с охранниками разобраться».

С этими мыслями он вскинул пистолет, слегка толкнул ногой приоткрытую дверь, из-за которой доносился храп.

Скрип дверных петель заставил коротко стриженного блондина и мужичка с изъеденным оспой лицом, которые спали бок о бок на просторной надувной кровати, заворочаться. Последний даже приоткрыл глаза. Затуманенным взглядом посмотрел на вошедшего в комнату Ларина, который тут же направил на него пистолет. Тряхнул головой, думая, что все это ему снится.