Мнимые люди
Шрифт:
И среди этого хаоса — одиноко стоящие, обугленные остатки, некогда прочных и величественных построек, веками возводимых руками людей. Они как обугленные скелетные останки, как чёрные кости, торчат из земли, по прежнему вздымаясь ввысь, как перст судьбы, угрожая неосторожному путнику, внезапным обрушением.
И повсюду огонь — где уже слабый и умирающий, отметивший своё место пребывание, только горячей чёрно-белой золой, а где-то только набирающий свои обороты, утробно рыча, вырывается он из-под обломков длинными и жадными языками.
Всё небо над Москвой потемнело от чёрного дыма, что гордо и величественно, бесчисленными столбами, густо возносится к небесам. Черный как
И Адам Велес, по-черепашьи передвигаясь по разрушенному городу, ошарашено рассматривал «красоты» хаоса окружавшие его, не забывая всё фиксировать на камеру. Такого он ещё не видел нигде. Сколько мощи и величия таит в себе человечество и на какие грандиозные разрушения способно оно, стоит выпустить все эти силы наружу. Будто, по гигантскому городу, прошёлся чудовищный торнадо, перекраивая на своём пути, пространство и материю, меняя пейзаж до неузнаваемости. И если бы Адам, был коренной москвич, то он бы не узнал своего больше города. Не узнал бы, не сумел бы найти своей улицы и как не старайся не отыскал бы он дома родного, в коем провёл всю сознательную жизнь, средь творящегося хаоса вокруг.
Но лицезрение разрухи, даже в таком огромном мегаполисе, не была основной причиной появления в нём Адама Велеса. Его основной целью, были мутанты. И сейчас продвигаясь по останкам города, Адам глубоко в душе, смотря на разруху царящую вокруг, побаивался что никто из «мимов» не выжил и он так никого и не повстречает.
Боялся ли он самих «мимов» — кровожадных мутантов, заполонивших Москву? Да боялся. Но как-то тихо и без глупой паники. Будучи, как и большинство европейцев, немного наивным, Адам, после просачивания информации о том, что «мимы» оказывается не просто кровожадные монстры, какими их выставляли вначале, а такие же люди, как и все, только с изменённым сознанием, создавшие своё собственное общество, со своими принципами и моралью, загорелся идеей встретиться с ними лично. Узнать поближе. Вызнать их мотивы и цели. Почему они враждуют с людьми? Что с ними стало и что заставляет их убивать?
Он наивно полагал, а скорее даже был уверен, что «мимы» пойдут на контакт. Ну спрашивается: «неужели цивилизованные люди не найдут общего языка? И не решат вопрос миром?». А в том что «мимы» являлись цивилизованными, Адам не сомневался. Из последних европейских разведданных, было ясно что они ни чем не отличаются от людей, если только что физической силой. А известие что тупые мутанты общаются между собой и даже создали своё собственный социальный строй — это повергло Европу в шок.
И на прославленном западе сразу же задались вопросом:
«А что если вирус был выдуман, а кровожадные мутанты вымысел? Что если это жалкая пропаганда русских? И дела обстоят куда как проще. Что если, русский народ устал жить под гнётом той власти, которая громогласно называется «демократией». Вдруг эти люди, что оккупированы в своём собственном городе, на самом деле борцы за справедливость и свободу. Ужасно! Эти несчастные люди решились заявить о своём праве на свободу, не пожелав быть угнетёнными, а их отстреливают как собак. Бедные революционеры, истинные борцы за свободу! Вместо того чтобы выслушать свой народ! Военизированное правительство решило, обозвать их мутантами и агрессорами угрожающими всему миру, начав против своего же народа войну. Не позволим! — скандировали в Европе на каждом углу. Правда пока по-тихому.
И нажав на множество рычагов, западу удалось заслать в оккупированную столицу России, своего человека, которому вменялось на месте разобраться в ситуации творящийся
Ну а если всё же дела обстоят именно так, как утверждают русские, то и тут Адам наивно полагал, что его крестовый поход, принесёт пользу. Взросший на пропаганде запада, навеянной кинематографом и литературой, в своих мечтах он видел себя этаким героем, без страха и упрёка, безжалостным по отношению к врагу и неимоверно добрым и справедливым к угнетённым. И вот он, наконец-то удачный случай выпал именно ему. Сбыть свою детскую мечту. Фантастика!
Он уже видел себя неустрашимым и властным воителем-рубакой. Он представлял, как встретиться с «мимами» и уговорит их прекратить войну, а они зачарованные его словами и убеждениями, тут же согласятся с ним…
Ну может и не сразу.
Был и другой момент, развития событий. Вначале он пугал Адама, но затем прокрутив его несколько раз в голове, он пришёл к выводу что и так будет совсем даже ничего. И увидел он в своих мечтах, как «мимы» враждебно его встречают, и вот хотят уже убить, а он им властно так кричит: «А ну собаки! Живо отвели меня к своему вождю! У меня есть разговор к нему». И «мимы» пугаются крика его и покорно отводят к предводителю (так всегда бывает в кино). Он предстаёт перед этим ужасным мутантом, самым главным из всех, и смело глядит тому в глаза. А злодей в свою очередь, насмешливо рассматривает Адама.
«Ну и зачем ты пришёл человек во владения мои? — спрашивает злодей».
На что Адам ответил бы ему подняв гордо голову:
«Чтобы убить тебя нелюдь и закончить то зло, что ты творишь, — злодей смеётся, а Адам неожиданно вынимает припрятанный туз».
А тузом у него был пистолет системы «Glock», последней модели, и в какой уже раз Адам с любовью потрогал оружие, спрятанное на поясе.
«Ему бы только подобраться к злодею поближе, — размышлял он, — десяти шагов бы хватило. А там его «игрушка», не должна его подвести. Пробьёт любой бронежилет, как картонку».
Адам, конечно же отдавал себе отчёт, что его неминуемо после этого будет ожидать гибель и возможно сопряжённая с жуткими мучениями. Но зато он! Остановит войну! И его имя, прославят вовек!!!
Улыбаясь своим же глупым мечтам и как наяву представляя, как будут восхвалять его имя, помня как бесстрашного героя, спасшего мир, Адам вдруг, с содроганием, почувствовал на себе чей-то не добрый и тяжёлый взгляд.
«За мной следят, — догадался Адам и необъяснимая тревога завладела его душой. Тело сразу покрылось испариной, дыхание участилось подстёгивая сердце, руки и ноги задрожали, а глаза чуть ли не вылезая из орбит стали дико осматривать окрестности. Но как не силился он кого-либо разглядеть в мешанине развороченного города, всё попусту. Местность, казалось, вымерла и было бы даже удивительно встретить здесь хоть одну живую душу.
И стряхнув с себя наваждение осторожно продолжил карабкаться по развалинам, двигаясь к намеченной цели. И как не старался он не выпускать из поля зрения окружающую местность, чаще ему всё же приходилось смотреть себе под ноги, дабы не навернуться с каменных нагромождений и не переломать себе все кости. И посему, момент появления двоих неизвестных мужчин, в двух метрах перед собой опрометчиво упустил. Заметив же людей в камуфляжной форме, таких же серых и грязных как он сам, а потому с первого взгляда малозаметных, Адам застыл как вкопанный, боясь даже распрямиться. Двое неизвестных, недвижно стояли на месте и не мигая смотрели на Адама, держа в обеих руках автоматы, опущенные дулом вниз.