Мне отмщение

Медведевич Ксения Павловна

Узза, против ожиданий, лишь вздохнула. И обошла его, справа.

Сейчас богиня выглядела, как неестественно высокая женщина с темно-бронзовой кожей. Как и Манат, Сестра не снизошла до иллюзии одежды. В высокой прическе тускло светился огромный полумесяц - его концы высовывались из-за затылка, подобно длинным рогам. Ну да, конечно. Рогатая Узза, госпожа женщин и их луны.

Развернувшись, бронзовая богиня встала рядом с сестрой.

– Зачем ты пришел, маленький сумеречник?

На прямой вопрос отвечать легко и приятно. Тарег, несмотря на тошнотный страх, сумел улыбнуться - кривовато, зато не через силу:

– Госпожа, в твоем вопросе содержится ответ. Я - маленький сумеречник. Господин приказал мне избавить аш-Шарийа от карматов. А я не могу ослушаться приказа.

Узза недоверчиво прищурила смоляные, без белков, капли глаз:

– Разве тебе не известно, что карматы - всего лишь орудие? Они служат нашей Сестре! Как ты собираешься одолеть карматов?

Что ж, надо решаться.

Тарег быстро проговорил:

– Если за карматами стоит аль-Лат, значит, я должен одолеть аль-Лат.

И закрыл глаза.

Ответом ему стал громовой, издевательский хохот. Богини смеялись - от души, закидывая рогатую и ушастую головы. В общей какофонии мешались свист ветра и заливистый вой псов, бродивших поблизости. Гончие Манат, наверное, тоже смеялись над наглостью маленького сумеречника.

Тарег сжал кулаки, стиснул зубы и разлепил ресницы. И выдавил из себя - главное:

– Я... нуждаюсь... в вашей... помощи.

Хохот стих, словно его срезало.

Манат сухо тявкнула:

– С чего бы нам помогать тебе, маленький дурачок? Она - наша сестра! А ты - глупое, слабосильное существо на поводке у еще более глупого и слабосильного существа!

Нерегиль процедил:

– Она больше не ваша сестра. Теперь имя ей - легион. Такие, как я, от века убивали таких, как она.

– Не по зубам пасть разеваешь, Тарег.

Это спокойно сказала Узза.

Нерегиль кивнул. И, кашлянув и тронув петлю на горле, проговорил:

– Были бы зубы - не пришел бы. А так - смотрите сами. Либо я ее уничтожу, либо она вас.

Последнюю фразу Тарег прошипел с искренней ненавистью. Занесенный песками оазис под Марибом он проезжал. И сдуру дотронулся до торчащего из песчаной дюны камня. Тот оказался вершиной купола местной масджид - там пытались спастись от страшного самума люди. Они задыхались долго, один за другим. Скрежещущий хохот демонихи в реве песчаной бури он тоже расслышал. Т-тварь...

Глаза заволокло пеленой ярости.

Над ним хихикнули.

– Смотрите, какой свирепый... Хи-хи-хи...

– Она заберет все ваши земли. Все оазисы. Все города, - прошипел он, зло прищуриваясь.
–

У нее брюхо - как прорва.

– Али и так забрал у нас все, - неожиданно грустно усмехнулась Узза.

– Тогда почему вы все еще здесь?

Красные и матово-черные глаза уставились на него изучающе.

– Ты глуп, - наконец, прорычала Манат.
– Потому что не знаешь, о чем просишь.

– Я прошу помощи, - кашлянув, настойчиво сказал нерегиль.

– Нет!
– гавкнула Манат.
– Ты в силах все сделать сам. Прикончи ее! Твоя победа - залог нашей свободы. Победишь ее - и мы сможем покинуть эти земли!

– Покинуть эти земли?..
– зло выдохнул нерегиль.
– Для чего? Куда вы пойдете? Миру осталось не так уж много. Нам всем осталось не так уж много. Я хочу провести последние годы жизни с честью. И с чувством выполненного долга. А вы?

– Я тебе ответила, - угрожающе оскалилась богиня.

– Я прошу помощи, - стискивая кулаки, сказал Тарег.
– Я готов заплатить.

– Хорошо, - вдруг отозвалась Узза.
– Мы поможем тебе. И ты заплатишь. Я даже открою тебе, о чем ты на самом деле просишь.

Видимо, он слишком заинтересованно встрепенулся - и они опять захохотали.

Отсмеявшись, Узза улыбнулась бронзовыми губами:

– Ты не одолеешь ее, пока не станешь тем, кем тебя назвали люди.

– Но...

– Ты - не Страж Престола. Ты ненавидишь аш-Шарийа. Ты ненавидишь людей. А ведь тебе поручено их защищать.

– Вы - богини, к которым сотни лет все здешние... люди, - сплюнул Тарег, подивившись, насколько люто, на самом деле, ненавидит ашшаритов, - обращаются за помощью. Все эти...
– тут нерегиль широко махнул рукавом, - так называемые... люди...
– слово давалось ему тяжело, его приходилось выталкивать языком из сведенной яростью гортани, - суть подлые, вероломные, развратные твари, которых, по справедливости, нужно испепелить небесным огнем. А мой хозяин - настоящий выродок, заслуживающий самых глубоких кругов ада в посмертии. И я не знаю, кого и зачем я защищаю. Это чистая правда, и тут мне возразить нечего.

– Ты - глуп, - высокомерно фыркнула Манат.
– Впрочем, поскольку ты глуп, ты не поймешь, насколько ты глуп. Но мы тебе, дурачку, так и быть, поможем. Мы поможем тебе... одолеть аль-Лат... хи-хи-хи...

– Кто мы такие, чтобы вставать между нерегилем и его демоном...
– насмешливо прошелестела Узза.

– Называйте свою плату, - сглотнув, выговорил Тарег.

Жар ярости спал, и холод опять продернул вниз по позвоночнику. Скулы сводило, плечи дрожали, словно после многочасовой пробежки в полном доспехе.