Мистер Снафф

Этан Джон

Тейлор сказал:

– Сюда, мистер Уилер.

Рассел остановился в дверях, осматривая комнату. Комната казалась обычным конференц-залом. Ближе к центру стоял большой прямоугольный стол. Восемь стульев, окружавших стол, имели толстую кожаную обивку и металлические каркасы. На самом дальнем от входа конце стола стояла металлическая переносная подставка для телевизора; телевизор сверху был выключен, но DVD-плеер был включен.

Тейлор прислонился к стене рядом со столом и сказал:

– Пожалуйста, закройте за собой дверь и присаживайтесь.

Рассел закрыл

дверь, затем направился к ближайшему креслу – сиденью прямо напротив телевизора. Тейлор вздохнул, затем сел на сиденье справа от Рассела. На мгновение воцарилась тревожная тишина – мертвая тишина. Тейлор планировал свое методичное объяснение, а Рассел боролся с желанием закатить очередную истерику.

Не сводя глаз с Рассела, Тейлор пристально посмотрел на него и сказал:

– Мы считаем, что нашли что-то, связанное с вашей дочерью, мистер Уилер. Потенциально важная улика, - когда глаза Рассела загорелись надеждой, Тейлор нахмурился и продолжил.
– Но мы не можем продолжить расследование, пока вы не опознаете свою дочь.

Опознать – с точки зрения полицейских расследований, одно это слово было практически подтверждением смерти. Глаза Рассела наполнились слезами, а нижняя губа неудержимо задрожала. И снова Тейлору не нужно было излагать свое объяснение Расселу – не было необходимости в словах, чтобы раскрыть отвратительную правду. И все же Расселу требовалась абсолютная уверенность.

Рассел спросил:

– Она... Вы хотите сказать, что она мертва? Вы хотите сказать, что моя дочь... мертва?

– Я не могу сказать наверняка. По крайней мере, пока нет. Мы не нашли тело, но мы нашли важную часть головоломки. У нас есть очень тревожная подсказка относительно возможной судьбы вашей дочери. Но для того, чтобы эффективно продолжить расследование, нам требуется ваше сотрудничество. Теперь мы можем отложить это на другое время, но... но зацепки не могут сохраняться долго, прежде чем они исчезнут. В нашей работе есть крайние сроки. Вы понимаете?

Рассел потер глаза и сказал:

– Это похоже на убийство. Похоже, вы думаете, что она мертва.

– Похоже, мы думаем, что кто-то умер. Это может быть ничем, это может быть подделкой, это может быть кто-то другой. Нам нужно, чтобы вы сказали нам, Кэрри это или нет.

Рассел уставился на Тейлора, пытаясь разгадать искренность его характера. Детектив был искренним – он не хотел причинить вред. Подрядчик средних лет поморщился и провел пальцами по волосам. Эмоциональная боль была слишком сильной, чтобы ее вынести. Одной возможности кончины его дочери было достаточно, чтобы разбить его нежное сердце.

С налитыми кровью глазами Рассел шмыгнул носом и сказал:

– Хорошо, хорошо. Я помогу вам. Я помогу, насколько это возможно. Если это она, если это моя Кэрри, я помогу вам, если... если вы действительно сможете поймать ее убийцу.

Тейлор ответил:

– Убийц, - c пультом дистанционного управления в руке он включил телевизор, затем повернулся на своем сиденье и пояснил: -

Это единственное доказательство, которое у нас есть сейчас. Вам нужно кое-что понять, прежде чем мы продолжим, мистер Уилер. Я собираюсь показать вам насильственную смерть. Более чем вероятно, что это настоящее убийство. Мы скоро это выясним. Мне нужно, чтобы вы опознали жертву, если сможете, и все остальное, что сможете узнать на видео. Все это пригодится.

Рассел нахмурил брови, потрясенный и сбитый с толку этим открытием. Он спросил:

– Они... Они это записали? Они записали убийство?

– Да, к сожалению. Вы готовы продолжить?

Рассел уставился на пустой экран, уставившись на искаженное отражение комнаты. Наблюдать за убийством своей дочери было ужасно, но ему нужна была абсолютная уверенность. Он глубоко вдохнул, затем медленно кивнул. Тейлор нажал кнопку "воспроизведение", затем поднес пульт ко рту. Видео началось с черного экрана – темнота.

Тейлор сказал:

– Всякий раз, когда будет нужно, чтобы я остановился, просто скажите.

* * *

Раздетая и плачущая, Кэрри корчилась на грязном бетонном полу. Ее жалобные крики заглушал красный резиновый кляп, засунутый ей в рот. Ее тушь размазалась от соленых слез, а волосы были влажными от холодного пота. Ее удерживала прочная веревка на руках, запястьях, бедрах и голенях.

Извиваясь, Кэрри сказала приглушенным голосом:

– Пожалуйста... Помогите... Помогите мне...

Лампочка сверху освещала только кольцо диаметром шесть футов. Ее окружала тьма. Из зловещих теней донеслось детское хихиканье. Смех был насмешливым, полным ненависти и извращенности. Хриплые мужчины были надменны и несносны. Зрелище было восхитительным в их безумных глазах.

Высокий мужчина в черной мантии и черной остроконечной маске вышел на свет. Со слезами на глазах Кэрри взглянула на начищенные туфли мужчины, затем на его закрытое маской лицо – она проанализировала угрозу. Таинственный мужчина держал в правой руке отточенный филейный нож с 7-дюймовым^[4] лезвием. Он приставил острый кончик к большому пальцу правой руки, затем игриво покрутил нож вокруг. Его не беспокоили незначительные порезы.

Кэрри невнятно пробормотала, покачиваясь и беспомощно пытаясь убежать от угрожающего мужчины. Она остановилась, когда ее затылок столкнулся с голенями другого мужчины. Молодая женщина уставилась на мужчину в такой же одежде и всхлипнула. Мужчина опустился на колени позади Кэрри, затем обхватил ее шею – жестокий захват.

Приглушенным голосом Кэрри сказала:

– П–пожалуйста... Помогите... Помогите... не делайте этого...

Мужчина с ножом опустился на колени перед Кэрри, затем осторожно вонзил лезвие ей в живот справа от пупка. Хотя укол едва пронзил кожу, рана жгла и кровоточила. Кэрри беспомощно замахала руками, когда мужчина снова ударил ее ножом. Мужчина продолжал колоть ее в живот, каждый укол пронизывал ее живот глубже, чем предыдущий.