Мистер О
Шрифт:
В ответ я пожимаю плечами, а Харпер улыбается.
— Я пойду, Ник. А затем, когда мне что-то понадобится, я попрошу об ответной услуге. Договорились?
— Мне подходит.
Она протягивает руку к торту, окунает палец в глазурь, подносит его к своему рту и облизывает его. О, Боже. Дьявол. Почему она мучает меня вот так? Спасибо, что я сижу. Харпер совершенно не нужно знать, что она — причина моей мгновенной эрекции на сегодняшний день. Рецепт прост: добавьте к этому нечаянные замечания сексуальной чертовки, которые я не знаю, как толковать, и это
8
стихийный магазин — pop-up store, имеющий тенденцию всплывать открываться без предупреждения, создавать вокруг себя шумиху, а затем исчезать, добавляя организаторам славы, а брендам — эксклюзивности
— Смотри! Это Анна Удивительная!
Харпер поворачивает голову в направлении детского голоса, зовущего ее по сценическому имени. Она не использует настоящее имя на детских вечеринках, которые проводит. Для них она — Анна Удивительная Волшебница. Харпер говорит, что так легче общаться в Фейсбуке с друзьями из колледжа, отделяя обычную жизнь от работы.
Огромная улыбка расплывается на ее лице, она вскакивает со стула, наклоняется и здоровается с девочкой с растрепанными каштановыми волосами и россыпью веснушек на лице. Харпер прикладывает указательный палец к ее губам и шепчет:
— Закрой глаза.
Маленькая девочка делает так, как ее просят, и затем, когда через несколько секунд, Харпер велит ей открыть глаза, она вынимает, аккуратно сложенную долларовую купюру, из-за уха ребенка. У нее отвисает челюсть. Спойлер: Харпер вытащила купюру из своего кармана, пока глаза девочки были закрыты.
— Но подожди, — говорит Харпер, а затем резко поднимает левую руку, заводит ее за другое ухо девочки и достает другую купюру, в этот раз сложенную как бумажный самолетик.
Ладно, я понятия не имею, как она это провернула.
— Вы удивительная! — восторженно восклицает ребенок, затем смотрит на своего отца, и Харпер следует ее примеру. Папа высокий и крепкий, и у меня есть подозрение, что, если он одинок, о чем говорит отсутствие кольца, то он постоянно делает зарубки на своей кровати. Нет, я не считаю его привлекательным, потому что не нахожу привлекательными парней. Просто как не сказать, что мужчина красивый, если он — вылитый Крис Хемсворт? Харпер выпрямляется и покачивается. Она протягивает руку для приветствия, второй рукой опираясь на наш стол.
— Пааа… пууу… пооо.
Что за?..
Я сажусь прямее. Мне любопытно, поскольку Харпер пытается говорить на новом языке.
Ой, подождите, ей просто не удается сказать «привет».
— Привет, Анна, — говорит парень, а затем понижает голос и шепчет так, будто ее настоящее имя их особый секрет. — Харпер.
И это определенно звучит так, будто ему нравится произносить ее имя. Черт. Она нравится копии Криса Хемсворта.
Харпер снова открывает рот. Что-то похожее на «Пииирииивеееттт,
— Как ты? Это место великолепно, не так ли? — спрашивает он.
Я думаю, но не могу быть уверен, что она скажет «да». Или, возможно, это будет «дааах», учитывая то, что внезапно она забыла все слова в английском языке.
— Хейден так радуется своей вечеринке, которая состоится через три недели. Она ведет обратный отсчет и по-прежнему говорит о фокусах, которые ты выполняла на дне рождении Карли в прошлом месяце.
Харпер снова обращает свое внимание на Хейден.
— Ты хорошо провела время, не так ли? Тебе понравилось, когда я угадала твою секретную карту? Или, возможно, когда я смогла подняться в воздух? — спрашивает она, и ее речь полностью становится нормальной, пока она разговаривает с ребенком.
— Мне понравилась секретная карта! Да! Я хочу это на моей вечеринке!
— У тебя будут все самые лучшие фокусы.
Саймон поглядывает в мою сторону, а затем откашливается. Он быстро, по-мужски, машет мне, и Харпер краснеет и говорит:
— О, это мой друг, Мистер Оргазм.
Повисает тишина. Она обрушивается на нас, как будто кто-то разбил стакан, и мы все должны смотреть на осколки на полу.
Смотреть, как Харпер разговаривает с этим парнем — неизбежный провал. Это ужасно и потрясающе одновременно.
Она подносит руку ко рту, ее лицо становится красным. Саймон смеется над ее бестактностью, а Хейден просто хихикает над этой сценой, может, потому, что находит забавным то, как Харпер краснеет в оттенок пожарной машины. Я готов схватить ведерко попкорна и продолжать смотреть это шоу, ведь интересно, что Харпер понятия не имеет, как общаться с парнем, которому она нравится.
— Я имею в виду Ник, — пищит она. — Это Ник. Я спасла его от Вишеса.
Саймон хмурит брови.
— Вишеса?
Я встаю.
— Страшный чувак, возглавляющий подпольный бойцовский клуб. Или, может быть, сейчас это банды байкеров. В любом случае, он был ужасен, — говорю я с содроганием, а затем протягиваю руку. — Ник Хаммер. Рад познакомиться.
— Саймон, — говорит он. — А это моя дочь, Хейден.
Я здороваюсь с ребенком.
Харпер указывает большим пальцем в мою сторону, пока смотрит на Саймона. Ее речь, кажется, почти вернулась в нормальное состояние.
— Он лучший друг моего брата. А это значит, что он полностью неприкосновенный.
Ах…
Интрига накаляется. Харпер очень нравится этот парень, потому что так она дает ему знать, что свободна.
— Рад это знать, — говорит Саймон с улыбкой. — Я позвоню тебе и, возможно, мы сможем встретиться и подготовиться к вечеринке. Поговорим о фокусах и все такое.
После неловкого прощания, Саймон ведет свою дочь к единственному свободному столику в противоположной стороне кафе. Я многозначительно смотрю на Харпер. Не могу устоять. Кроме того, это поможет отвлечься от мысли о ней голой.