Миротворец
Шрифт:
Даян покачал головой.
— Поздновато мне тебя учить. Делай, как знаешь, — старик действительно принадлежал к тем людям, которые даже с высоты своего возраста и опыта не брались учить тому, чего сами не знают наверняка. — А про обучение ты там что толковала?
— Каков запас доверия к старому уважаемому магу? — поразмыслив, спросила я.
— Смотря какому…
— Возьмет ли Йоргус парочку-другую учеников без ущерба для репутации?
— Ага, конечно! — фыркнул травник. — С репутацией-то может, и ничего не случится, только вот Йоргус вряд ли согласится
— И
— Ну, хватит себя жалеть, — улыбнулся Даян. — Ты ведь сама на это пошла.
— Да я даже горжусь, — призналась я. — Иногда. Но…
— Чего?
— Э-э… А, ладно, можно еще чаю?
Даян улыбнулся, как будто что-то понял, налил мне еще чаю и пошел за Нией.
Тьерроль, весь разговор просидевшая тише мыши, задумчиво подперла кулаком щеку.
— Замечательный старик, верно? — улыбнулась я.
— Ага… — Тьерроль вздохнула. — Жаль только, что он…
Дроу замялась. Я удивленно приподняла брови.
— Ты говорила, он нормально относится к дроу. А он… Ну, в общем, не будь здесь тебя, он бы уже давно созвал всех жителей на поимку безмерно опасной Темной эльфки.
— Тьер!
— Аза, я серьезно, — дроу не отвела взгляда. — Ты сама говорила, что маг должен верить своим чувствам, а я это очень хорошо чувствую! Возможно… возможно, он и вправду хорошо относится к Галеадзо… и к тебе. Но…
Она не закончила, уткнулась в кружку с чаем. Я задумалась. Это что за… такое? Не верить чутью Тьер у меня поводов нет, подозревать Даяна в подобной ненависти — тем более. Я заметила, что с приходом Нии Тьер посмурнела еще больше. Неужели и она? Эта добрая, милая старушка, которая так крепко обняла меня и так сердечно поздоровалась с Тьерроль? Да не верю! Наверное, стоило спросить у Даяна, что он думает о моей ученице, но подходящий момент так и не настал, и деревню мы покинули довольно скоро.
— Аза, — неуверенно пробормотала Тьер, когда Носьва осталась позади. — Мне очень здесь нравится, правда… Я бы хотела, чтоб дроу имели возможность чаще появляться на поверхности… Даже, наверное, жить здесь. Но… но в эту идею о примирении рас я не верю.
Я невольно протянула руку к шее. Говорить, объяснять, разбирать человеческие характеры, вспоминать примеры из истории — все это было лень. Да и вряд ли подействует на молодую эльфку долгая нотация. Я решительно сняла шнурок с медальоном в виде половинки солнца. Показала Тьерроль.
— Гляди!
— Амулет Крови! — воскликнула дроу. — У некоторых наших такие есть! Только в форме звезды.
— Амулет Крови, — подтвердила я. — Может ли эльф связать свою кровь с человеческой? Заносчивый, высокомерный, упрямый, самовлюбленный Светлый эльф?
Я требовательно посмотрела на Тьер. Конечно, она не видела ни одного Светлого эльфа. Но ведь и мало кто из людей видел дроу.
— Нет…
Вот! Что и требовалось доказать. Меч, как говорится,
— Амулет Крови. Знак неизмеримого долга. Знак того, что несмотря ни на что получивший его сможет найти приют и помощь в любом эльфийском селении. Серьезно, верно? И раз его получил человек из рук эльфа… Разве это не значит, что все эти дурацкие, старые, проржавевшие предрассудки можно сломать?!
Даже мне самой не понравились эти воинствующе-патетичные нотки в голосе. Но Тьерроль улыбнулась, как я и ожидала.
— Похоже, я понимаю, почему этот Амулет у тебя. У тебя внутри живет страсть к великим делам, а все эльфы падки на громкие слова и впечатляющие деяния.
— Нет! — возмутилась я.
— Да! — ученица звонко рассмеялась. — Только ты это скрываешь.
— Нет, — упрямо буркнула я.
Тьерроль широко улыбнулась.
— Не… Эх-х, идем…
И все-таки… почему Тьерроль почувствовала такую неприязнь, исходящую от Даяна и Нии. Другие-то ее не видели — из дома травника она уходила, закутавшись в плащ.
— Этот город, — сказала она позже, — остров под куполом. Здесь даже тише, чем под землей, и даже спокойней. Но дальше идти мне страшно.
— Так бывает, — больше чем «великие дела» я не люблю только неясные фразы. — Скоро пройдет.
Ушла я, так ничего и не спросив у старика. Зря, конечно же.
Впрочем, о страхах Тьерроль я быстро забыла — едва мы вышли на тракт. Тракт до Лажги… Должно же быть что-то постоянное и неизменное в этом мире. Грязь по колено, например. Маленький, мерзкий дождик моросил почти трое суток — пока мы шли до города. Вечером, вымотанные, мокрые и грязные, мы свалились почти без сил на кровати первого попавшегося постоялого двора, а утром, — разумеется с моей-то редкостной везучестью! — имели счастье лицезреть, как тучи темнеют где-то вдали, а солнце подсушивает лужи.
— Да, вот такой изменчивый мир! — ответила я на немой вопрос в глазах дроу.
Завтракать дроу, ясно дело, не спустилась. Это вечером без вопросов пропустили замотанную (от дождя и ветра, вестимо) в шарф и плащ странницу, сейчас появилось бы множество ненужных вопросов.
Я немного прогулялась по городку, послушала разговоры, новости — ничего тревожного, ничего подозрительного, никакая нечисть не пакостит. Тишь и благодать, что не может не радовать. Хотя работу мне неплохо бы найти — деньги имеют обыкновение кончаться.
Сейчас же задерживаться в Лажге не было смысла, да и в другой торговый город на пути я решила не заезжать, а скосить дорогу. Так что впереди был Солнцеград и… Тишана.
— А-а-а! — маленькое чудо в синей юбке едва не сбило меня с ног. Помогло другое чудо — повыше и потяжелее. В итоге у порога избушки Тишаны валялись три девушки в довольно-таки интересных позах. Тьерроль задумчиво глядела сверху вниз на смеющуюся учительницу. Тишана, предварительно расцеловав меня в обе щеки и высказав свое веское мнение по поводу Хозяек, «невесть сколько пропадавших в этих жутких подземельях», заправила за ухо светло-русую прядь и поглядела вверх.