Мирные действия
Шрифт:
– О, Фалько находит тебя вполне забавным, – безжалостно опроверг Майлз личный опыт своего кузена. – Отсюда следует, что тебе не составит проблемы привести к нему Доно. И пока вы будете там, ты сможешь замолвить пару слов и за Рене.
Так и знал, что рано или поздно до этого дойдет. – Мне пришлось бы проглотить достаточно насмешек, даже если я бы представил ему леди Донну как свою невесту. Общество Форратьеров ему никогда не досталяло удовольствия. А представить ему лорда Доно как будущего коллегу … – Айвен, передернувшись, внимательно поглядел на бородатого мужчину;
– Невесту, Айвен? – переспросил Доно. – Не знала, что ты этого хотел…
– Ну, теперь-то я свой шанс упустил, а? – с раздражением ответил Айвен.
– Да, теперь и еще много раз за те пять лет, что я высидела в Округе. Я-то была там. А вот ты где был? – дернув подбородком, отмел Доно айвеновские жалобы; Айвена аж передернуло от едва заметной вспышки горечи в его карих глазах. Доно подметил его неловкость, улыбнувшись – медленно и весьма зловеще. – Да уж, Айвен, безусловно во всем происшедшем целиком виноват ты – до тебя так медленно доходит…
Айвен вздрогнул. Черт возьми, эта женщина – мужчина – этот человек чертовски слишком хорошо меня знает…
– Как бы то ни было, – продолжил Доно, – поскольку выбирать надо между Ришаром и мной, Фалько все равно придется иметь дело с Форратьером. Единственный вопрос – с каким именно.
– А ты, уверен, сможешь обратить его внимание на все недостатки Ришара, – вкрадчиво вставил Майлз.
– Кто-то другой. Но не я, – отрезал Айвен. – Офицеры на действительной службе никоим образом не должны вмешиваться в партийную политику, вот так-то. – Скрестив руки на груди, он продолжал безнадежно стоять – ну ладно, сидеть – на страже собственного достоинства.
Майлз постучал пальцем по письму его матери. – Но у тебя законный приказ от начальства, к которому ты приписан. В письменном виде, ни больше ни меньше.
– Майлз, если ты не сожжешь это проклятое письмо по окончании нашего разговора, то ты тронулся рассудком! Оно настолько горячее, что я удивлен, что оно само не вспыхнуло! – Написанное от руки, доставленное из рук в руки, нет ни электронных, ни прочих копий – прямое указание «после прочтения сжечь».
Майлз оскалил зубы в легкой усмешке. – Учишь меня моему делу, Айвен?
Айвен с негодованием взглянул на него. – Я категорически отказываюсь сделать в этом деле дальше хоть шаг. Я сказал Доно, что привести его к тебе на прием – это последняя любезность, которую я ему оказываю, и я настаиваю на своем слове.
Майлз внимательно поглядел на его. Айвен тревожно заерзал. Он понадеялся, что Майлзу не придет в голову позвонить во Дворец, дабы подкрепить свое распоряжение. Спорить с матушкой, похоже, безопаснее заочно, а не лицом к лицу. Айвен придал лицу угрюмое выражение, подобрал ноги под стул и принялся ждать – даже с неким любопытством, – к какому изобретательному шантажу, подкупу или тактике выкручивания рук Майлз прибегнет дальше, чтобы обвести его вокруг пальца и заставить поступить по своему желанию.
Сопровождать Доно к Фалько Форпатрилу будет так чертовски неловко. Он уже планировал, как бы предстать перед Фалько в роли абсолютно незаинтересованного свидетеля,
– Я сказал «нет»! – отчаянно завопил Айвен.
Майлз поглядел на него с легким удивлением. – Я тебя слышал. Очень хорошо: ты выходишь сухим из воды. Больше я тебя ни о чем просить не буду. Расслабься.
Айвен испытал глубокое облегчение.
А вовсе – заверил он себя – не глубокое разочарование. И уж конечно не глубокую тревогу. Но… но… но… я нуженэтому несносному маленькому паршивцу, чтобы таскать ему каштаны из огня…
– Теперь поехали дальше, – продолжил Майлз, – мы подходим к теме грязных трюков.
Айвен уставился на него в ужасе. Десять лет пробыть лучшим агентом Иллиана по тайным операциям СБ… – Не делай этого, Майлз!
– Чего не делать? – мягко переспросил Майлз.
– Чего бы ты ни задумал. Просто не делай этого. Я не хочу иметь к этому никакого отношения.
– Я собирался сказать о том, – произнес Майлз, одарив его чрезвычайно холодным взглядом, – что мы, будучи на стороне истины и справедливости, не имеем необходимости опускаться до таких ухищрений, как, скажем, взятки, убийство или не столь крайние формы физического насилия, либо – ха! – шантаж. Помимо всего прочего, вещи такого сорта склонны… возыметь обратный эффект. – Он сверкнул глазами. – Но мы должны четко наблюдать за любыми поползновениями подобного рода со стороны наших противников. Начиная с очевидного – перевести всех своих оруженосцев на режим полной боевой готовности, убедиться, что ваши транспортные средства под охраной и что у вас есть запасной транспорт и альтернативные маршруты, чтобы в утро голосования прибыть в замок Форхартунг. Также дайте специальное задание всем вашим доверенным и находчивым людям, кого вы сможете выделить, – пусть проследят, чтобы и вашим сторонникам никакая неблагоприятная случайность не помешала прибыть на голосование.
– Если мы до такого не опускаемся, как тогда ты назовешь это мошенничество с Фортугаловым и маточным репликатором? – вопросил Айвен с негодованием.
– Пример абсолютно неожиданной удачи. Ни один из присутствующих никакого отношения к этому не имел, – спокойно ответил Майлз.
– То есть что нельзя отследить, то и не грязный трюк?
– Верно, Айвен. Ты быстро учишься. Дед бы … удивился.
Лорд Доно с задумчивым видом откинулся в кресле, мягко поглаживая бородку. От его легкой улыбки у Айвена шел мороз по коже.
– Байерли, – Майлз перевел взглял на другую сторону стола, на второго Форратьера; тот понемножку откусывал от канапе, то ли слушая, то ли подремывая – смотря как истолковывать его полузакрытые глаза. Бай распахнул глаза и улыбнулся. Майлз продолжал, – Ты случайно не услышал чего-нибудь такого, что нам необходимо знать, от Ришара или от партии Формонкрифа?
– На настоящее время они вроде бы ограничиваются банальной предвыборной агитацией. Думаю, они пока не поняли, что вы их догоняете.