Миражи
Шрифт:
– Весьма сожалею, – искренне сказал Джон.
– Да. Вот и я пребывал в сожалениях вплоть до сегодняшнего утра. – Тут Дейв поглядел на Франческу, и она покраснела. – Но теперь я решил начать все сначала.
Джон удивленно поднял брови.
– Но ведь это гигантская работа! Франческа рассказывала мне, сколько сюда вложено труда.
– Это правда. – Дейв придвинулся поближе к Джону. – Для нормального человека эта затея может показаться просто безумной, да и мне самому она представлялась абсолютно дикой, если бы не Франческа, которая показала
Он умолк, присматриваясь к молчавшему Джону.
– Это не пустая авантюра, – продолжил он уже не так громко и уверенно, как раньше. – Я должен восстановить коллекцию, иначе не только я, но и вся компания пойдет ко дну.
Дейв встал с места и подошел к камину.
– В связи с этим я хотел бы попросить вас, Джон, присоединиться к нам в качестве управляющего.
Дейв сделал паузу, но не решился посмотреть на собеседника. Он боялся прочитать ответ на его лице.
– Беда в том, что я пустил свои дела по административной части на самотек. У меня не было времени следить за ними. В результате все так плачевно и кончилось.
Теперь Дейв посмотрел на Джона. Неприязни в нем заметно поубавилось, и это придало Дейву надежду.
– Франческа говорила, что вы знакомы с хозяйственными делами, знаете бухгалтерию, управление и кадровую работу. Мне нужен надежный человек. Такой, положась на которого, я мог бы целиком заняться тем, в чем я смыслю. Вы меня понимаете?
Джон ответил Дейву таким же прямым, неуклончивым взглядом.
– Да, понял. Однако я не уверен, что вы выбрали подходящую кандидатуру, мистер Йейтс.
– Дейв.
– Дейв. Я не имею никакого представления ни о высокой моде, ни о костюмах, ни о коммерции. Словом, я вряд ли могу оказаться вам полезным.
– Джон! – не выдержала Франческа. – Ты замечательно подойдешь на эту должность!
– Франческа, пожалуйста, не надо!
– Нет, Джон, не отказывайся!
Джона подкупила ее безграничная вера в его способности. Он размяк. Все заулыбались.
– Дейв, тогда уж посвятите меня в некоторые коммерческие тайны вашей фирмы – кто ваши поставщики, каков у вас розничный оборот, ну и так далее.
Дейв принял серьезный вид.
– Да, разумеется. – Он улыбнулся. – Вообще-то у меня почти вся документация с собой, в машине. Я надеялся, что вы захотите на нее взглянуть.
Джон засмеялся.
– Тащите сюда. – Он вдруг почувствовал себя в начале большого и серьезного дела, кровь его забурлила. И прежде чем Дейв успел выйти за порог, спросил: – Сдается мне, что мы сегодня засидимся допоздна, не так ли?
Дейв подтвердил.
– А раз так, окажите нам честь поужинать с нами, Дейв.
Дейв кивнул и опять расплылся в улыбке. Угрюмый шотландец явно повеселел. Франческа счастливо улыбалась и вела себя
– Спасибо, Джон, – ответил он. – С огромным удовольствием поужинаю.
И пошел за конторскими книгами.
Когда ужин был съеден и все детали будущего предприятия подробно обсуждены, Джон в последний раз поднял бокал, предложив тост в честь новой коллекции Дэвида Йейтса и Франчески Кэмерон, опекаемой Джоном Макбрайдом. За это и выпили.
Начиналось что-то новое, неизведанное, осуществлялась возможность, которую нельзя было упустить. Франческа потягивала вино и смотрела поверх бокала на Джона и Дейва Йейтса, которые обсуждали их общее будущее. В ней росла уверенность в успехе дела. Она преисполнилась решимостью сделать для этого все, что от нее зависело, вложить в создание коллекции всю свою душу, все сердце без остатка, доказать, что она сама хозяйка свой судьбы. Нет худа без добра, сказал Джон, но надо ловить шанс, не плыть по течению. Он прав. Нет худа без добра, если тебе хватит мудрости разглядеть ростки этого добра.
22
Следующим днем была суббота, но для Франчески, Дейва и Джона это не имело ровно никакого значения – для них теперь каждый день был рабочим. Стоял ноябрь, глубокая осень, и им оставалось всего полтора месяца до завершения работы. Лондонская Неделя высокой моды открывалась в феврале, а коллекцию следовало закончить в декабре, к Новому году. Потом надо было разворачивать рекламную кампанию: выпускать пресс-релизы, делать фотографии, печатать буклеты. Дейв на несколько дней зарезервировал место для офиса в Ковент-Гардене, чтобы потенциальные покупатели смогли ознакомиться с коллекцией. В общем, чтобы все успеть, нельзя было терять ни минуты.
Накануне, в пятницу, они засиделись так долго, что решено было оставить Дейва в доме Макбрайда. Разговоры, подогреваемые горячим энтузиазмом, затянулись на многие часы. И когда Джон наконец вымыл кофейные чашки, оказалось, что давно наступил новый день, и Дейву нет никакого смысла ехать домой, а лучше лечь в гостиной на диване, чтобы утром начать как можно раньше.
Франческа проснулась в восемь. Ей предстояло встать первой. Она босиком, в одном халате спустилась вниз, чтобы сварить кофе. Ей хотелось петь и кричать, бить в кастрюли, как в барабан, но она старалась вести себя тихо, как мышь, чтобы не разбудить мужчин раньше времени.
Тихонько прикрыв за собой дверь, она наполнила водой кофейник и бесшумно поставила его на огонь. Потянувшись за банкой с кофе, она вдруг увидела на пороге Дейва, который стоял полуголый, в одних боксерских трусах, и с детской улыбкой наблюдал за Франческой.
– Какой у тебя халат интересный!
Франческа оглядела свое неуклюжее одеяние.
– А, это! Дора подарила. – Она постаралась поплотнее запахнуться и туже стянула халат в талии, но это мало помогло: он был слишком велик, и она походила в нем на маленькую нищенку.