Мираж
Шрифт:
В той же «белой книге» администрации Джонсона немало места уделялось и описанию инцидента 16 февраля 1965 года, когда «совсем недалеко от берега у побережья провинции Фуен в Южном Вьетнаме было обнаружено тщательно замаскированное и поставленное на якорь… подозрительное судно».
По поступившим сообщениям, это грузовое судно было «потоплено на мелководье» якобы после нападения южновьетнамских сил. Сообщалось, что на борту этого судна оказалось, по меньшей мере, 100 тонн военного снаряжения, причем «почти все оно было произведено в странах коммунистического блока, в основном в коммунистическом Китае и Чехословакии, а также в Северном Вьетнаме». В «белой книге» отмечалось, что «представители
По словам Лихти, он, естественно, не мог представить документы, о которых идет речь и которые он, как утверждает, видел более 15 лет назад. Однако планом предусматривалась организация целого ряда таких акций, и описанный в «белой книге» инцидент был как раз одной из инсценировок. «Все детали полностью совпадают», — сказал он.
Когда представителю ЦРУ Дейлу Питерсону задали вопрос, верны ли утверждения Лихти, он сказал: «У нас не принято комментировать подобные утверждения»… «Больше всего меня поразил план, — говорил он Лихти, — изъять со складов тонны оружия, произведенного в коммунистических странах, купить судно, похожее на вьетнамское, инсценировать бой, потопить его на мелководье, а затем продемонстрировать журналистам». Все это оружие было приобретено различными путями и может быть использовано для того, чтобы инсценировать причастность практически любой страны к любым событиям, подкинув это оружие на место событий.
Проведение операции с потопленным судном дало, по словам Лихти, прекрасную возможность «доказать», что в Северный Вьетнам поступает оружие из многих стран.
Предполагалось, что эта операция даст «факты» в подтверждение того, что все происходившее во Вьетнаме инспирировалось, поддерживалось и направлялось из-за рубежа. Хотя в этих документах «не было указано, что эта операция должна была представить основания для начала отправки войск во Вьетнам, в конце концов выяснилось, что именно для этого она и проводилась», — утверждал Лихти.
По его словам, сначала он не решался открыто выступить с рассказом об этом случае, однако затем все же решил сделать это, так как то, «что происходит сейчас в Сальвадоре, сильно мне напоминает те действия ЦРУ по подготовке почвы для крупномасштабного вмешательства США во Вьетнаме, которым я был свидетелем».
Лихти против его желания уволили из ЦРУ…
— МОЖНО ПОДУМАТЬ, ЧТО ТЫ первый год женат и для тебя адюльтер — страх божий, — сказал Чип.
— Вовсе нет. Разведка, как и журналистика, — вторая древнейшая профессия. После проституции. Но в свое время я прошел школу старика Гарримана. Посол был вовсе не красным и даже не розовым. Но стоял за честность. И перед собой, и перед нацией. Интересы корпораций не должны превалировать над интересами всей нации. Ведь я же здесь вкалываю не на деньги «Бечтел» или «Боинг». Мне платит нация. Так почему же я должен работать на тех, кто вслед за президентом врывается в Белый дом и расхватывает теплые местечки? Я должен делать для них липу, а они будут на этом набивать себе мошну. У меня, к сожалению, долларов от этого не прибавляется.
— Ты намекни, они тебе прибавят, Дик.
— Я не хочу играть в их игры. Договориться до того, что Америке нужен триумф в ядерной войне хотя бы на развалинах цивилизации и что поэтому она должна ее начать?! Теоретически рассуждать, конечно, можно. А как это видится им практически? У меня растут сын и дочь. Тебе проще — ты один.
«Лучше бы он не трогал этого», — подумал Чип, болезненно хмурясь. В круговерти московских событий он вроде бы стал забывать о том, что стряслось дома. Не то чтобы забывать. Просто боль немного утихла. Хотя не покидало
— Принеси мне что-нибудь покрепче сока, — сказал он внезапно Дику.
Тот осекся на полуслове, с удивлением посмотрел на Чипа, поднялся и вышел. Вернулся с бокалами виски…
— Ты извини, я не подумал, — виновато сказал Дик.
— Не будем об этом. Можно же раз в десять лет выпить.
— Давай кончим треп и включим телевизор.
— Отчего же? Время еще терпит. — Он вяло улыбнулся. — Так на чем у нас застопорило?
— Я говорил, что идея о возможности победы в ядерной войне провозглашена и усиленно протаскивается людьми сугубо гражданскими. Этими перлами, пайпсами, греями… Да кто они такие? Хотя бы Перл?
— Руководитель штата помощников сенатора Генри Джексона, разве нет?
— Сейчас. А откуда он взялся? Уж я-то знаю. Он пошел в гору, когда в средней школе в Беверли-Хилз познакомился с дочерью богатого калифорнийца Волстеттера. А ты знаешь калифорнийскую мафию.
— Она сейчас на виду.
— Тот же Волстеттер, его приятель Поль Нитце, который был заместителем министра обороны. И не сказать, чтобы Перл был особенно ловок или искушен в политике. Он был и остался поразительным невеждой в технических вопросах по стратегическим вооружениям. Тем не менее именно он и его банда начали нынешний «крестовый поход» против всего, что с таким трудом было создано. Как же так? А где же светлые головы?
— Видишь ли, Перл процветал в вакууме, оставшемся после «Уотергейта». Ты прав, мы недавно столкнулись с тем, что в стране почти не осталось толковых специалистов по Советскому Союзу. На серьезные должности и в госдепартаменте и у нас пришлось назначать недоучек. Первым забил тревогу Гарриман, сейчас создан его фонд. Будем надеяться, что появятся вновь корифеи.
— А пока они появятся, не заведут ли нас пайпсы в тупик?
— И что тебе дался Пайпс? Вполне милый человек.
— Пока не заходит речь о Советском Союзе. Тут он несет несусветную чушь.
— Он один из немногих пока специалистов по России.
— Вот именно: царской России. Обедневший польский эмигрант, уехавший в Америку в возрасте пятнадцати лет, он до сих пор живет представлениями девятнадцатого века. И тем не менее вместе с такими же, как он, «оракулами» заправляет нынче делами, формирует нашу политику. Бедная Америка! Польский эмигрант в Совете национальной безопасности США угрожает Советскому Союзу, что если он не изменит свою систему, то ему придется воевать. Словно главнокомандующий! А третий из той же банды? Полуангличанин? Переехал к нам на постоянное жительство с Гудзона, а теперь и член генерального консультативного комитета, группы неправительственных специалистов по контролю над вооружениями и ядерному оружию. Он утверждает, что в полномасштабной ядерной войне, которая, по всей вероятности, разразится, президент должен иметь возможность не просто закончить войну, но и выиграть ее.
— Он за неимением собственных концепций просто полирует многие старые безумные идеи, — сказал Чип. — Слава богу, не все они получаются такими уж гладкими. Думаю, что в Пентагоне их не совсем разделяют.
— Я понимаю, Вирджил, идет большая игра.
— Да, чтобы разорить Россию, впутать в долги, а затем диктовать условия.
— Ты прав. Действительно, видимо, у нас не осталось толковых специалистов по России. Да эти русские последние, штаны снимут, а не уступят. Вот из чего мы должны исходить. Я твержу об этом в каждом отчете. Неужели там не слышат? Или этот прыщ в департаменте оценок перекраивает все на свой лад?