Miraculum
Шрифт:
— Если бы мне дали возможность играть рядом с тобой, я бы её использовал, — сказал он ей тогда, — У меня нет выбора. Я смогу играть только там.
Это прозвучало для молодой девушки как предательство. Она долго держала на Костю обиду и даже ничего не сказала о своём положении. В ее глазах это все равно бы ничего не изменило.
Костя немедленно взял телефон и набрал номер спортивного директора. Несмотря на позднее время он не стал откладывать на завтра разговор о расписании льда. Он хочет, чтобы Марина знала, он вовсе не такой, каким она его считает. Спортивный директор высказал возмущение. Его вывел из себя не звонок с работы глубоким вечером,
— Все, — положил телефон Костя. — Твоё время остаётся за тобой.
— Польщена. — без нотки благодарности отреагировала женщина.
— Через неделю у меня первая игра в роли тренера. Ты придёшь?
— Вряд ли. — Марина потянулась за сумкой. — Мне девочку надо к соревнованиям готовить. И вообще я, пожалуй, пойду. Приятно было пообщаться.
Последняя фраза была сказана сквозь зубы. Марина осознала, что встречи с Костей делают ей только больно. Она до сих пор не может до конца отпустить тот день, когда им пришлось расстаться. И все, что последовало за ним.
Костя поспешил предложить Марине проводить её до дома. Но она отказалась. Марина сама очень хорошо водит машину, а компания Кости не особо ей пока симпатизирует. Женщина попрощалась с ним и пошла на парковку.
В восемь вечера Мирослава вышла на перон. Она вдохнула прохладный воздух. Чем ближе девушка подходила к дому, тем тяжелее становилось на сердце. Страшно было открыть дверь и войти в квартиру, увидеть отца в гробу и горем убитую мать. Но ей нужно было сделать этот шаг. Побороть страх маленькой девочки, став опорой и поддержкой для мамы.
С порога Мира ощутила горестную атмосферу. В прихожей стояло много обуви, с кухни доносились рыдания и разговоры. Лишь в комнате родителей царица тишина.
После трагедии с мужем, Маша легла на диван и не вставала до приезда Миры. Девушка на цыпочках прошла в комнату. В глаза бросился дубовый гроб, стоявший на табуретках. Под ним стояла ваза с красными гвоздиками, а рядом могильный крест. Мирослава прочитала на нет имя своего отца. Он прожил всего пятьдесят лет. Мира приблизилась к нему. Мужчина лежал в чёрном костюме, кажется, что он стал более седым, чем был, когда девушка видела его в последний раз живым. Мира положила ладонь на скрещенные руки отца. Холод ударил ее как молния. Теперь она наконец-то осознала то, что осталась без папы. У неё теперь нет защиты, нет доброго союзника в борьбе за мечту и нет того, кто всегда ласково называл её принцессой.
К горлу подкатил огромный ком. Умер её папа, её любимый человек… Мира изо всех сил старалась держать слезы внутри. Она не хотела, чтобы мать успокаивать её, когда такая помощь была нужна ей самой. Девушка подняла глаза в потолок, чтобы хоть немного задержать слезы. Она отвернулась к матери. Женщина надела на себя чёрное бархатные платье и одела на левый безымянный палец обручальное кольцо.
Мира присела рядом с мамой. Маша выглядела очень плохо. Было видно, что она не спала всю ночь и, наверное, не сможет уснуть сегодня. На столе возле дивана стоял стакан с водой и пузырёк волокардина. Женщина без эмоций смотрела на гроб. Глаза её уже давно истратили все слезы. Мирослава обняла мать за плечи.
— Что произошло? — шёпотом спросила девочка.
Маша сказала, что у отца внезапно остановилось сердце. Они вместе пообедали, а потом хотели сходить по магазинам. Миша, отец Миры, приехал в отпуск домой с вахты и очень хотел навестить дочку, узнать, как она обустроилась на новом месте, и познакомиться заново с Мариной.
Мира прижалась к груди матери. Как же так все неожиданно произошло. Кто бы мог подумать, что такой здоровый человек, уйдёт из земной жизни так скоропостижно. После рассказа матери, Мира уже не могла держаться. Она таки позволила слезам выбраться наружу. Капли солёной воды стекали с бархатных щёк девушки на платье матери. Ей казалось, что наплакавшись ночью после ночного звонка от мамы, она все оставила в том городе. Она ехала сюда оказать поддержку для Маши, но в конечном счёте, мать гладила её по голове, приговаривая, что от потери будет прийти в себя, однако, им нужно жить дальше. Она говорила дочери те слова, в которые сама не верила. Маша не понимает, как будет ходить одна по их любимому парку, одна смотреть их любимый фильм. Ей не для кого готовить, наряжаться, делать причёску, даже приходить домой. Теперь её здесь никто не ждёт.
В квартире уже топтались родственники и знакомые. Все они горевали и вспоминали об отце Мирославы, как о хорошем и добром человеке, который всегда придет на помощь и к которому можно обратиться за советом. А их любви с Машей все только восхищались. Не каждый мужчина сможет искренне любить женщину, которая не способна родить ребёнка и при этом брать на воспитание чужого. Когда Маше сказали, что она не способна иметь детей, женщина испугалась, что теперь ее брак разрушится.
Она долго не решалась рассказать об этом мужу. Именно в это время о своём положении сообщила Марина. Тогда, собрав всю волю в кулак и практически наплевав на мнение мужчины, Маша пригласила его на серьёзный разговор. Она была твёрдо уверенна в своём решении удочерить Миру. И ей было совершенно все равно останется ли рядом с ней Миша или нет. Сестра подарила ей надежду стать матерью. Отныне для Маши на первом месте стояла дочь.
Маша спокойно объяснила мужу, какой диагноз ей поставили врачи и как она мечтает забрать малышку сестры на воспитание. Мирослава все равно была им родной. Маша не была уверенна до конца, что их неё получится хорошая мама для чужого ребёнка из детского дома, хотя уже изучила вопросы об усыновлении и даже подала заявку на курсы приёмных родителей. Она рассказала в органах опеки о своей ситуации и о неуверенности в сохранении брака. Женщины пошли ей на встречу. Маша могла проходить курсы, пока у неё идёт бракоразводный процесс, чтобы не терять время.
Она никогда не забудет, как Миша с трепетом сжал руки супруги в своих ладонях, улыбнулся ей и сказал, что она полная дура, раз могла такое подумать. На следующий день они вместе пошли в органы опеки и стали готовиться к появлению нового члена их семьи.
Их союз может служить примером для многих пар. Ведь только настоящая любовь способна на все.
Маша отпустила девушку из объятий. Она провела рукой по лицу Миры и грустно улыбнулась. Но потом женщина снова стала серьёзной.
— Дочь, тебе придётся завязать с фигурным катанием, — печально сказала Маша. — Я не смогу сама за все платить. Я позвоню завтра Марине Ильиничне