Miraculum
Шрифт:
— Запомни раз и навсегда, что личное нужно оставлять на крыльце ледового дворца, а лучше вообще за его территорией. Ты никогда не станешь чемпионкой, если на льду будешь думать о проблемах. Поняла? — строго посмотрела Марина на девушку. Мира согласно кивнула. — Поехали три круга по часовой, три против, ускорение по команде.
Марина должна была вернуть Миру в рабочее состояние. Для этого она решила просто погонять фигуристку по льду, чередуя скорость движения. «Ну почему это происходит именно со мной? — думала она, глядя на Мирославу, — Почему?»
Когда Мирослава начала сосредотачиваться, женщина стала называть в разном порядке элементы. Поддерживая большую
— Молодец. — сухо похвалила девушку Марина. — Через час в спортзале тебя жду.
— Хорошо. — переводила дыхание Мира. — Марина Ильинична, можно мне завтра пропустить тренировки? Мне нужно съездить домой, чтобы попрощаться с папой.
— Он что уезжает? — равнодушно поинтересовалась женщина. — По телефону ты с ним не можешь поговорить?
— Вообще-то он умер, — едва ли не шёпотом пробормотала девушка.
Женщина сразу прикусила язык. Она осознала, как некорректно повела себя с девочкой. Одно дело давить на нее на тренировках, а другое задевать личную жизнь. Марина изначально была для нее чужим человеком и просто не имеет права высказывать свое мнение относительно людей, воспитавших её дочь как родную,
Она не стала запрещать Мире ехать. Этот мужчина по факту заменил Мирославе настоящего отца и любил ее даже больше, чем родную дочь. Когда девочка загорелась фигурным катанием, ему пришлось поменять работу, чтобы были деньги и на профессиональные коньки, и костюмы, и средства для поездки по соревнованиям. Недавний водитель троллейбуса очень скоро стал вахтовиком в суровой Сибири. Он был дома всего четыре недели, потом уезжал на три-четыре месяца работать. Его отпуск зависел от количества проектов, которые подкидывают его начальнику. Мирослава все свое время теперь проводила с матерью. Отец держал ее за руку лишь восемь недель в году, а все остальное время она тосковала по нему. Там, где работал ее отец не было связи. Он не мог поздравить дочь с днем рождения или с новым годом. Но Мирослава никогда не держала на него обид. Она знала, что папа выбрал такую работу, чтобы помочь ей исполнить мечту. Во многом благодаря ему девочка стояла сейчас на ледовой арене и разговаривала с известным тренером по фигурному катанию.
— Надеюсь, что в субботу ты будешь? — более оживленно спросила Марина. В один момент у неё даже что-то зашевелилось в сердце.
— Конечно.
— Ладно. — Марина отпустила девушку отдыхать. А сама она решила задержаться на льду, чтобы сделать короткий телефонный звонок своей ещё одной знакомой Мэрлин из академии фигурного катания в Питере. Марина вчера пыталась дозвониться до неё по поводу Миры, но та скорее всего была на тренировках и не ответила. Зато сейчас давняя знакомая нашла минуту в своем плотном графике для разговора с Мариной. Женщина быстрее ответила на интересующие её вопросы о своей судьбе в глубинке и перешла к делу.
— Мэри, у меня тут девочка интересная появилась, как говорят в наших кругах, уникальная. Я хочу её к тебе пристроить. Возьмёшь?
— Ого, — подруга не знала, какие подобрать слова. Обычно тренера твёрдо отстаивает своих воспитанников и просто так никогда не отдадут успешных ребят. — В чем подвох? — спросила она с заметным эстонским акцентом.
— Нет подвоха. Просто девушке надо расти дальше, а я пока не хочу возвращаться в верха. — слова Марины были лишь отговоркой. Ведь настоящая причина, по которой
— Марина, ты прости, но у меня своих фигуристов слишком много. Друг на друге катаемся. Девочку твою я не возьму.
Марина ожидала отказа. Мэри пользовалась большой популярностью скорее из своего происхождения, чем от профессионализма. Последней надеждой Марины остаётся Алёна. Если и она откажется работать с Мирой, то у Марины нет больше никаких вариантов, кроме как тренировать девочку самой или же передать более слабому тренерскому штабу. Но тогда и Мирославе придется забыть о мечте и по факту виновата в этом будет именно Марина. Девушка уже была под покровительством слабого тренера. Ни он, ни кто-либо другой его уровня не смогут стать проводниками и наставниками в профессиональном спорте для Миры. Окончательное слово пока остаётся за Алёной.
За разговором женщина не заметила, как дошла до тренерской. Она сменила коньки на кроссовки и сняла жилетку. Столь тёплая одежда не понадобится ей в спортивном зале. Но, женщина обнаружила, что потеряла свисток. Скорее всего он остался на тренерском мостике. Марина решила вернуться. В это время как раз началась тренировка у хоккеистов. Из разных концов площадки слышались удары шайб, звук лезвий коньков и тяжёлые дыхание парней.
— Ещё раз здравствуйте, — сказала Марина Александру. — Вы тут свисток не находили?
— Значит это ваша пропажа? — улыбнулся ей мужчина. Он достал из кармана свисток и протянул его Марине.
— Спасибо. А это тот самый новый тренер? — она разглядывала мужскую фигуру, которая казалась ей подозрительно знакомой. Высокий мужчина в черной кепке стоял несколькими метрами дальше от тренерского мостика. — Просите, а как его зовут?
— Константин Викторович Романов.
Мужчина услышал разговор второго тренера с женщиной. Он поспешил оглянуться. Их взгляды встретились. У Марины защемило сердце. Это был он, её первая любовь. Марина ничего не ответила Александру. Женщина испуганно покинула площадку.
Она долго не могла прийти в себя от увиденного. Даже тренировку Миры в спортзале она провела слишком мягко, что девушка сразу ощутила. Она подумала, что Марина жалеет её из-за трагедии с отцом. А женщина просто углублялась в себя, придаваясь воспоминаниям юности. Невозможно было поверить, что спустя семнадцать лет она снова встретит Костю. Когда он уезжал в другой город, то Марина считала, что их пути разошлись навсегда. Но сегодня она увидела его снова.
Женщина взглянула на наручные часы. Подошло время для второй тренировки на льду. Марина сказала об этом девочке и вышла из зала.
На лёд Мирослава вышла раньше Марины. По какой-то непонятной причине тренер задерживается. В это время парень в хоккейной форме бросал шайбы по воротам. Мира вышла на площадку и последовала к нему.
— Извините, — обратилась к нему девушка, — Вы можете покинуть лёд? У нас сейчас тренировка.
Хоккеист снял с головы защитный шлем. Он увидел перед собой красивую стройную девушку. Она совершенно не улыбалась и смотрела на него своими большими карими глазами.
— Сори, не знал, — ответил он, заворожённо глядя на Мирославу. Парень принялся собирать шайбы, краем глаза наблюдая за девушкой, когда та покатилась к тренерскому мостику, куда только что вышла Марина.