Мир

Робин Таша

— Не смей! — А, я уже осторожно наклонилась и стала снимать очки, — Я, не буду с тобой ходить.

— Ты, и так со мной не ходишь, — Я, была как эльф, это мне говорили все мальчики нашего двора, — Ну, вот, опять как эльф. Ты, красива. Вспомнила я слова своего первого, того, кто уехал. Я, так его любила. Мне показалось, что я произнесла это вслух и оказалось, что Игоря это задело. Он потом, спустя долгие гуды признался, что ему бы тоже хотелось, чтобы его так любили. Я, таила, но пока от своих воспоминаний, когда очнулась, Игоря

не было.

— Ты, будешь спать со мной, или ты уйдёшь?

— Я, уйду.

— Иди, — Я, была в сорочке, той самой, которую купила для него. Моё неглиже было для него уже привычным.

— И именно для этого, ты так оделась?

— Это моя повседневная, ночная одежда, если не вечерняя.

— Что?

— Ты, сам не хочешь узнать, что это такое.

— Сколько ей лет? Да, она стара.

— Нет, она сама мне сказала, что хочет выучится… Маш, для кого?

— Тогда для мужчины, а сейчас для себя. Это окрыление.

— Да, в чём?

— Я, расту, — Я, не хотела раскрывать все свои секреты, а потом пришла так, как ходила раньше.

— Ты, упала. В моих глазах.

— Да нет, — Оказывается нас слышали, — Хочу посмотреть, что изменилось, — Или изменится и мой новый тинейджерский клип, набрал такие обороты, что ни один Игорь, не смог это перебить. Он был просто не удел, он успел первым, ноя пошла следом.

— Она просто. по соседству, — выкрутился он тогда, а я поняла, это его характер. Манера и характер. Я росла, и росла стремительно, чтобы в какой-то момент вновь вернутся к себе, а потом выпрямится. Когда я пришла во всём своём, но так как мне хотелось, Пётр сам зачем-то повёл меня в магазин.

— Тебе сюда, — Цены здесь были аховые, но мне было именно сюда.

— Вот это я потратилась.

— вы, что вместе?

— Я, оплатил ей покупки.

— И, сколько?

— Маш, сколько ты потратила? — Я, была в шоке от того, что встретила здесь Игоря.

— Почти пол миллиона.

— Вот девочка, теперь ты знаешь, где одеваться.

— Мне очень понравилось, там и ткань. Даже моя мама так не шьёт.

— А, она у тебя обижена? — Я, рассмеялась и сказала, что шутку заценила. Когда, я показала маме эти вещи, та сказала, что она ещё не доросла до них. Мне хотелось верить, что я дорасту до них сама. Шить я начала с трудом, мама смеялась.

— Одни трусы стоят там сто тысяч, ты представляешь какие там вещи?

— Я, очень хочу так продавать.

— Так, давай попробуем.

— Только не через твоих поклонников.

— Я, тебе через них не предлагаю, — мама почти обиделась, — Я, их в лицо не знаю.

— А, надо бы.

— Тогда, почему ты не хочешь воспользоваться моими поклонниками? Я пою, а ты бы шила.

— Для тебя? Стой — стой, что-то я не добегаю до самой себя, — Я вспомнила все свои труды над тем, чтобы пришло моё райское яблоко и возликовала. Осталось дождаться Игоря. Моё лицо вмиг стало грустным, — Ты, чего, ты чего? Я, тебя

обидела?

— Да нет, вспомнила. тут. одного.

— Не надо вспоминать. одного, как ты говоришь, давай лучше посмотрим, что тебе из такого можно сшить, — И, она сшила, да так, что я носила повсеместно и на встречи, и дома, и от любви купила ей машину.

— Я, же почти не вожу.

— Мне так понравилось, что я не знала куда деть радость, — А, потом оно порвалось, причём так обидно, что я чуть не разревелась.

— Маш, ты чего? — Игорь был рядом, мы не жили, но он сидел рядом.

— Ничего, — Я, почти ревела.

— Не дури.

— Ты, не поймёшь.

— Обидел кто? — Я, осторожно показала дырочку.

— Господи. Неужели так дорого стоят?

— Бесценно.

— Ах, бесценно. Иди скажи, своим хахалем, чтобы новые купили, или что там..а.. — Игорь потихоньку замолкал, а я разревелась ещё громко, но не на взрыв, — Маш, — Мы, помирились и очень глупо. Он был рад, я же нет.

— Мама, ещё сошьёт, — мама и сшила, но той радости у меня не было.

— Давай, я сошью, — Я, так опешила, что потерялась с ответом, а он этим заинтересовался.

— Анжел, как думаешь, что любит женщина? — Я, не присутствовала, но мне потом рассказали. Мил был везде, и с нами в том числе. Он юрко не давал проходу никому.

— Я, люблю всё.

— Но, это ты, а женщина? — Женщина надулась, а я в это время пыталась думать. Игорь вернулся.

— Маша.

— Пётр, подожди три минуты.

— Мне сейчас нужен ответ, — Я, резко наклонилась и чуть не ударилась о стол.

— Прости, — Я, лишь махнула рукой.

— И, где здесь расписаться.

— На обратной стороне. Глупишь.

— Да, нет. Здесь всё емко и. глупо?

— Вот, и я о том же.

— Я, не буду расписываться.

— Я, был готов к этому.

— А, мы настаиваем.

— Нет.

— Тогда последний клип наш.

— Нет.

— Да.

— Нет, нет. Он в засъём уезжает, вы сами подписали.

— Чтоо? — Я, всегда такой была, и директора в последствие начали перечитывать всё, что у них подписывали, всё кроме своих подписей. Игорь тогда грубо их опрокинул, но это уже была долгой историей. Мир перевернулся, но лишь для меня. Я, вертелась юлой, но возле досок.

— Игорь, помоги.

— Хорошо, — Раньше бы он сказал, что это здесь не удел.

— Я, же чувствую, что ты прав.

— А, тебе важно?

— Ну, это же твой голос.

— Не понимаю я вас, а или ты только из-за часовни? Зачем, она вообще тебе?

— слушай, изучи женщин, а? С чего ты взял, что твоё мнение мне не важно? — Он поспешил уйти, а я продолжила заниматься церквушкой. Мне хотелось особенностей.

Особенности подошли с другой стороны. Та, женщина вернулась и ни куда-нибудь, а ко мне. Она орала, кричала и делала то, что ей хотелось. Игорь не знал. Когда я рассказала, было поздно.