Шрифт:
Title
Ян Бруштейн
Мир Ольги
маленькая книга стихотворений
Ольги Мантуровой
Москва – Санкт-Петербург
2013
Published by
docking the mad dog
Тетрадь, найденная…
В один из недавних, привычно
Валентин у нас – дед мудрый, малопьющий, книгочей, любитель Пушкина и Тютчева, и потому сразу обратил внимание на исписанную неразборчивым почерком потертую общую тетрадку. Вчитался – и возрадовался, настолько эти столбики немудрёных стихов некой Ольги Мантуровой оказались ему по вкусу. Подумал, да и понёс тетрадь мне, уважаемому литератору из областного центра.
Хотя прочитанная в тот же вечер рукопись разительно отличалась от нынешнего поэтического мейнстрима, кое-что в ней мне показалось небезынтересным. В первую очередь, сама судьба этой женщины, её характер и живая, искренняя манера письма. И ещё – искренняя боль за свою страну, за погибающую, брошенную всеми деревню.
Вот это и сподвигло меня познакомить почтенную публику со столь необычно и неожиданно обретённой рукописью. Надеюсь, что маленькая книга стихотворений Ольги Мантуровой найдёт своих читателей.
Ян Бруштейн
Содержание
Тетрадь, найденная…
Содержание
Страница
Страна
Быль
Бабулин дом
Радистка Шура
Витька
Деревенский Хичкок
Двое
Пора…
Стерня
Граница
В сарае
Река
Тропа
Собачий мир
Лирический герой
Рама
Этажи
Обломки
Соловьи
Запретная любовь
Под снегом…
На грани гибели…
Не любящий меня
Тот город
Кинжал
Утро в деревне
В огороде
Забор
О тех…
Имя
Дядя Коля
Мяв!
Воинство
Предрассветное
Бомж Юрик
Левая и правая
Бездонной ночью
Стая
Крылья
Прощание с деревней
Верста
P.S. Послесловие от автора. Отъезд Ольги
Первое письмо Ольги
Второе письмо Ольги
Третье и последнее письмо Ольги
Признание автора
Acknowledgements
Warning 451°
Copyright information
Страница
Страница тронется как
В нее я странницей войду,
В плацкартном сяду, беспокоясь,
Как будто еду на войну.
А за окном, давно не мытым,
Еще мелькают кое-где
Деревни с их нехитрым бытом,
Где старики живут в беде.
Здесь под ногами прах и глина,
Здесь печи дымны, зимы длинны,
Но здесь – России сердцевина,
И, чтобы все соединить,
Я карандашиком старинным
Тяну прерывистую нить.
И эти буквицы кривые,
Как новобранцы боевые,
(Визжит гармошка словно плеть)
Стараются, пока живые,
Не помереть, так песню спеть.
Страна
Я родилась в размашистой стране,
Рассыпанной теперь, как чьи-то бусы,
Я там жила в деревне у бабуси.
Страна совсем не знала обо мне.
Но я ее всегда любила, как
Траву и речку, огород и поле,
Как рыжего котяру на заборе,
Как дом, где и не знали о замках.
Теперь деревни нет и нет страны,
Ее вы победили без войны,
Забрали все мои святые крохи.
Да, было много всякого тогда,
Но что же – вместо? Чёрная беда
И в прошлое забытые дороги.
Быль
Дядя Коля, баба Нюра
Да козёл Бобыль…
Вот куда я влипла сдуру,
Вот в какую быль.
Дачник здесь не оседает,
Слишком долог путь.
На дороге – пыль седая
Не дает вздохнуть.
Попик топает по краю,
Коротает век.
Он старушек отпевает,
Добрый человек.
А когда село иссякнет
И сгниют мосты,
Уходить придется всяко
В дальний монастырь.
Кто прошелся чёрным гостем?
Вроде не война…
Но останусь у погоста
Только я одна.
Бабулин дом
Помнит ли меня бабулин дом?
Все стоит, но держится с трудом.
Покосился старенький забор,
И на нем ведро висит с тех пор.
Проржавела в том ведре дыра,
Видно всю дорогу со двора.
По дороге этой, вот беда,
Не придёт никто и никогда.
Дом не ждет, давно не помнит зла.
Просто вся деревня умерла.
Радистка Шура
У моей соседки тети Шуры
На мешок похожая фигура,
Две козы и зуба вроде три,
Пять сынов раскиданы по свету,
Но от них вестей давненько нету,
Как ты на дорогу ни смотри.
А на праздник Шура надевает
Две медали, и бредет по краю
Старого безлюдного села.
Солнышко гуляет ярким диском…
На войне она была радисткой,
Но уже не помнит кем была.
Пусть на Шуре кофта наизнанку,