Мир-ловушка
Шрифт:
– Ты сам сейчас пьян.
– Был. Пришлось выпить с Благодетелем Нищей Халгаты.
– С Сасханом? – В темных глазах богини что-то сверкнуло – то ли звериные огоньки, то ли крохотные отражения фонаря, покачнувшегося на поясе у сторожа. – Давно мечтаю познакомиться с ним поближе… Где Роми?
– О ней будет особый разговор. Перед тем как я освобожу тебя, нам надо кое о чем договориться.
Спустившийся Паселей поставил фонарь на пол и привычно уселся на кучку соломы у стены. Озаренный тусклым светом обсидиановый колодец играл несметным множеством бликов, холодно
– Ну разумеется, я тебя отблагодарю. Миллион золотых скер наличными плюс бесплатный проезд по рельсовой дороге в течение всей твоей нынешней жизни. Устраивает?
– Вполне. Спасибо за щедрое предложение, великая, но ты должна еще кое-что пообещать. Во-первых, ты не станешь мстить мне за то, что я не пришел за тобой полгода назад. Ты не убьешь меня, ни сама, ни чужими руками, и не причинишь мне вреда, ни физическим, ни магическим способом.
– Охотно обещаю, ты всегда мне нравился. Теперь мы договорились?
– Еще нет. То же самое ты обещаешь насчет моих спутников – это Роми, Лаймодий и Бирвот, здешний маг. Он полетит с нами в Панадар.
– Им я тоже не причиню вреда. Даю слово.
– У Бирвота есть какие-то свои дополнительные условия… Без него нам запоры не открыть. И последнее. Ты перестанешь преследовать Роми.
– Шертон, ты слишком много берешь на себя, договариваясь за других. Повторяю, никому из вас я не причиню зла. Но что касается деталей… Ты уверен, что наверняка знаешь, чего хочет или не хочет Роми? Будет лучше, если каждый из твоих друзей заключит со мной договор самостоятельно. Решая за других, ты рискуешь вызвать их недовольство. При том варианте, который предлагаю я, мы избежим недоразумений. Приведи их сюда, и договоримся. Где они сейчас?
– За городом. Мы придем за тобой послезавтра, когда стемнеет. Учти, у нас не будет времени на торг.
– Я не собираюсь торговаться. Просто я хочу услышать их пожелания от них, а не от посредника.
Шертон смотрел на богиню с подозрением: уж не замыслила ли она какую-нибудь каверзу? Ее звериная морда была лишена мимики, вертикальные кошачьи зрачки сузились в загадочные щелки, голос звучал мягко и убедительно. Не разберешь.
– Ладно… – Это у него нет времени на торг, у него и у Панадара! – Но в яму они спускаться не будут.
– А ты иногда бываешь тупым… – промурлыкала Нэрренират. – Боишься, что я возьму их в заложники? После того как я дала слово, что не причиню им вреда?
Он пожал плечами и сел на солому. Хмель все еще до конца не выветрился… А солома тут чистая, никаких кровавых пятен. Шертон осматривался, богиня за ним наблюдала.
– Интересно?
– Ты вела здесь не очень-то достойную жизнь.
– Посмотрела бы я на тебя на моем месте… И на любого из вас! – Ее сужающийся к концу длинный хвост агрессивно шевельнулся. – Я не хотела умирать, и я не умерла. А чтобы жить, я должна есть! Если ты решил, что мне нравится быть орудием казни, ты заблуждаешься. Одну ошибку я все же сделала: не убила этого… мерзавца афария, когда он был у меня в руках! Это он превратил Халгату в криминальное государство.
– Не думал я, что
– Этот способен. В Нижнем Городе, когда я наняла его, чтобы выкрасть Роми, я вдоволь наслушалась его трепа! Он напакостил не потому, что имел цель напакостить. Он действовал, исходя из благих намерений………! – Богиня процедила отвратительное ругательство. – Шертон, ты бы видел, как изувечены тела тех несчастных, кого бросают ко мне в яму! Они все равно не смогли бы полноценно жить дальше. Единственное, что я могу сделать, – это убивать их быстро, без боли. Человек на моем месте сошел бы с ума.
– Послезавтра ты будешь свободна, – избегая смотреть ей в глаза, угрюмо пообещал Шертон. Чувствовал он себя муторно.
– Если собираешься блевать, проваливай отсюда, – предупредила Нэрренират. – Только этого мне тут не хватало…
– Ничего, я в порядке.
– Когда я отсюда выйду, я прежде всего навещу Сасхана и Титуса. Никто не может использовать меня таким образом и не расплатиться за это.
Сверху что-то шлепнулось, стукнув Шертона по колену. Гнилая картофелина.
– Зильды… – прошипела богиня. – Эти мерзкие твари швыряют сюда всякую дрянь. Ненавижу зильдов.
Шертона мутило – не от выпитого вина, а от того, как паршиво все сложилось. Не попрощавшись, он взобрался по веревочной лестнице, вылез из Обсидиановой ямы и побрел к сторожке. Зверинец занимал небольшую территорию, осененную дырявым деревянным куполом, приподнятым над клетками на столбах-опорах. Сейчас купол канул во тьму, только слышно было, как скребутся и повизгивают наверху зильды.
Немного поплутав, Шертон вышел к кирпичному домику у ворот. Зажигать свечу не стал. Впотьмах устроился спать на полу, завернувшись в плащ.
Глава 5
Он покинул зверинец, едва облака начали наполняться светом, предупредив дремлющего на лежанке Паселея, что завтра к вечеру вернется с друзьями.
Суама просыпалась тяжело, неохотно, как больной и вдобавок вляпавшийся в неприятности человек, который знает, что наступающий день не сулит ему ничего хорошего, и все равно должен встать, стряхнуть остатки сна, заняться опостылевшими делами.
С балконов и крылечек выплескивали помои, за разбитыми окнами ругались. Несмотря на революцию, аристократический центр по-прежнему был обитаем, но теперь в кирпичных дворцах под корень истребленной знати поселились новые люди. Те, кого раньше куда чаще можно было встретить в разбойничьих притонах или на больших дорогах. Мрачный небритый человек с мечом за спиной любопытства ни у кого не вызывал.
Шертон позавтракал в трактире. В былые времена это было заведение для благородных: кое-где на стенах уцелели ошметья пунцовой бархатной обивки, с потолка свисала на цепях позолоченная люстра в виде колеса с подсвечниками. Сейчас она своего назначения не выполняла, ибо кто-то предприимчивый все подсвечники из гнезд повывинчивал. Разбитная девица в не по размеру тесном атласно-кружевном наряде придворной дамы, мятом и замызганном, принесла сухое жилистое мясо, пряные лепешки, кружку пива и удалилась, хихикая.