Мир-ловушка
Шрифт:
Стражники, вооруженные дубинками и мечами, лениво зашевелились при его появлении.
– Подайте двадцать пожелей за вход в столицу! – протянул сборщик в замызганном плаще, отороченном свалявшимся белым мехом.
– Въездной налог? – осведомился Шертон, развязывая кошелек. Некоторое количество халгатийских денег осталось у него еще с прошлого раза.
– А теперь подайте пятьдесят пожелей на пропитание нищей голодающей Суамы после революции и гражданской войны! – вновь потребовал чиновник.
В его властном голосе сквозили заунывные интонации
Отдав деньги, Шертон шагнул вперед, заставив его отступить с дороги.
– Смотри-ка, богатый… – с неприязнью прошептали за спиной.
Нищая Суама вполне соответствовала своему названию. Грязный город с отощавшими собаками и зильдами, плохо одетыми отощавшими прохожими, разбитыми окнами (о фонарях и говорить нечего – от них остались одни ржавые кронштейны), с забитыми мусором сточными канавами вдоль изношенных мостовых.
Шертон завернул в трактир, взял кружку жидкого пива. Он хотел послушать разговоры, чтобы получше оценить ситуацию, но посетители говорили мало, с оглядкой. Одна фраза, произнесенная за соседним столом, насторожила его:
– Слыхал? Господ Лярского поместья начали скармливать зверю. И до этих дошла очередь…
– До всех кровопийц дойдет! – Кто-то засмеялся.
Подхватив кружку, Шертон подсел к двум бородатым коренастым халгатийцам в засаленных куртках.
– Выпьем вместе, ребята? Я тут пришлый человек, никого не знаю, а в одиночку пить скучно. Эй, еще пива на троих!
Когда трактирщик принес кувшин, он поинтересовался:
– О каком звере вы говорили? О том, что в Обсидиановой яме?
– О нем самом, – прихлебывая пиво, подтвердил один из халгатийцев.
– Он у вас, что ли, жрет людей?
– Богачей-кровопивцев! – хохотнул второй. – Только их и жрет, кажный день по богачу! Ну, и всяких прочих врагов Нищей Халгаты, кого Высшая Палата приговорит…
«Проклятая тварь! – подумал Шертон. – И после этого я должен тебя спасать? Должен, потому что нет другого способа восстановить равновесие в Панадаре…»
Задав еще несколько вопросов, он уяснил для себя нынешнее социальное устройство Халгаты. Правительство – Высшая Палата Нищих, глава государства – Сасхан Благодетель, он же председатель Палаты. У него есть советник, загадочный чужестранец с изуродованным лицом, который живет под усиленной охраной в бывшем дворце герцога Вабигохского и редко показывается на людях. Армию и городскую стражу заменили вооруженные отряды гвардейцев из неимущего люда, подчиненные Благодетелю. Жизнь теперь устроена по-справедливому: те, у кого что-то есть, кормят нищих. Но просто так нищим не назовешься, для этого надо получить от Палаты грамоту с государственной печатью. Зато, ежели получишь, все обязаны будут с тобой делиться! А коли не захотят, их осудят как богачей-кровопийц и бросят в яму к адскому зверю.
Дверь трактира широко распахнулась, впустив сероватый полуденный свет.
– Вот он! – крикнул кто-то, указав на Шертона.
В зал гурьбой ввалились парни разбойного вида. Толкнув стол,
– Ты кто такой? – спросил предводитель, рябой мужчина с темной встопорщенной бородкой.
– Странник.
– Богатый странник… Значит, по закону, должон поделиться своим добром с бедствующей Халгатой! Видал небось, как народ у нас голодает? Отдавай все, что есть, тогда, может, живым отпустим. Ты ведь не нищий, а?
– Не нищий, – подтвердил Шертон. – Я разбойник.
Удар под коленную чашечку, и рябой растянулся на заплеванном полу. Шертон сбил с ног парня, который попытался обойти его со спины, с хрустом сломал предплечье другому противнику. Началась свалка, поскольку все остальные бросились на него скопом. Ему оставалось только скользить среди них, нанося точные моментальные удары. Мирные посетители трактира проворно расползались по углам. Сверкнул брошенный нож. Поймав лезвие в воздухе, Шертон метнул его обратно, в отправителя, и тот со стоном скорчился.
– Хватит! – гаркнул человек, стоявший в дверях.
К кому он обращался, непонятно: драка к этой минуте завершилась сама собой. Посетители жались к стенам, выглядывая из-за опрокинутых столов, гвардейцы Палаты валялись на полу. Посреди зала стоял Шертон с обнаженным мечом: он только сейчас достал оружие, на случай, если появятся лучники.
– Хватит, молодцы, – перешагнув через порог, властно повторил человек, весьма похожий на деревянную статую Сасхана Благодетеля. Знакомая физиономия: один из громил, привязавшихся к панадарцам на опушке леса во время первого посещения Облачного мира. В тот раз Шертон утихомирил его, столкнув лбом с подельником. – Сразу видно, наш человек! Я тебя помню, странник. С чем пожаловал?
– Мне сдается, что Суама – подходящее для меня место.
– Верно, странник, мы тут всех удалых людей привечаем! Нищей Халгате нужны такие бойцы, как ты. Как тебя кличут?
– Шертон.
– Не нашенское имечко… Помнится, с тобой еще был чернявый парнишка и девка в штанах, где они?
– Я один. Собираешься воевать, Сасхан? Я кое-что смыслю в военном деле.
– Тогда пошли, потолкуем. – Благодетель ухмыльнулся и отвесил пинка ближайшему разбойнику. – Вставайте, вы, засранцы! Один молодец вас отлупил… гвардия! Вставайте и гоните отсюда всех, мы тут пить будем!
Не дожидаясь, когда их погонят, посетители бочком пробирались к выходу и разбегались, не забывая подобострастно поклониться главе государства. Кое-кто из разбойников шевелился и слабо постанывал, но таких, кто смог бы встать, не нашлось. Тогда Сасхан позвал с улицы других гвардейцев, и они повытаскивали своих собратьев за порог. Трактирщик между тем накрыл один из столов чистой вышитой скатертью, принес вино, копченую колбасу, горшочки с маринадами. Отметив, что кое-какая приличная провизия в голодающей Суаме все же имеется, Шертон убрал меч в ножны и уселся на лавку напротив Сасхана.