Миньон
Шрифт:
Нюит смотрел на него, хитровато улыбаясь. Карлос перебирал варианты. Терять нечего, обрести можно все. Гм... кровавые ритуалы мести можно и пережить, а вот преимущества стоит обдумать посерьезнее.
– Если я скажу "да" и начну охоту за ними – чего еще вы от меня захотите? Давайте на берегу договариваться.
– Настоящий бизнесмен, – будто про себя заметил Нюит прохладным тоном, долизывая кровь с руки. – Уважаю. – Он покосился на пантеру. – Она очень помогает охранять наш образ жизни. Она дает понять тем, кто становится у нас на пути... обращает их, чтобы они взглянули на вещи с нашей точки зрения. –
– И что, я вот это должен буду держать у себя в доме? – расхохотался Карлос, энергично мотая головой.
Нюит снова рассмеялся коротко и низко.
– Нет. Ухаживать за ней непросто, и она терпеть не может солнце. Кров ей обеспечим мы. От вас потребуется только дрессировать ее и управлять ею.
– Я мало что знаю о дрессировке подобных бестий, – снова засмеялся Карлос, продолжая мотать головой.
– Этому мы вас научим. Смотрите, как она легко ко мне подходит.
– Значит, когда я буду выполнять акцию, то я должен буду заставить ее...
– Подробности, подробности, – тяжело вздохнул Нюит, останавливая его жестом. – Зверь принадлежит вам, но я на какое-то время оставлю его себе. На самом деле, – сказал он как будто небрежно, – я эту кошечку меняю на ту, которой владеете вы. Договорились?
Он улыбнулся.
Карлос помотал головой, поднял кожаный чемодан, стоявший рядом, и сунул его под мышку, не убирая пока пистолета. Он слыхал о подобных людях – богатых настолько, что у них винтики съезжали на каком-нибудь пунктике.
– Назовите любую женщину из моих, которая вам нужна, и я вам ее без проблем доставлю. Деньги и власть – это их влечет как мух на мед. Я ее к вам пришлю, – бросил он через плечо, уходя.
– Постойте! – окликнул его Нюит. – Повторите, что вы сказали.
Карлос резко выдохнул, повернулся. Нюит будто хотел вдохнуть его выдох через всю поляну.
– Я сказал: выбирайте любую, какую хотите, – повторил он нетерпеливо. – Назовите имя, и я ее вам приведу. Сделка: миллион за людей, которые завалили наших, плюс женщина. Я получаю пантеру, но вы держите ее у себя и кормите. И я получаю сумасшедшую защиту без всякой дополнительной фигни. Точка.
Глаза Нюита сузились в щелки. Он охватил себя руками и задрожал, тяжело дыша.
– Подойди. Поставим печать на договоре – и тогда можешь идти.
Карлос знал этот обычай – договор скрепляется рукопожатием или объятием на уровне донов.
– Хрена с два. Сначала заприте чертову пантеру.
Нюит улыбнулся:
– Да, она страшит – даже своего хозяина иногда. Но она чертовски хороша – даже в постели.
– Вот этого мне знать не надо, – буркнул Карлос, передернувшись с омерзением. – Просто заприте эту тварь, и тогда пожмем руки.
Он поставил чемоданы, но автомат оставил при себе. С этими парнями лучше не шутить.
Шагнул вперед он только тогда, когда пантера прыгнула в лимузин и один из охранников запер за ней дверцы.
Люди Нюита долизали кровь с рук, потом отерли их шелковыми платками, вытерли рты. Мысль пожимать им руки была отвратительной, но слева от Карлоса стоял миллион баксов и еще сто штук справа.
Не обращая внимания на то, что Карлос остался при оружии, итальянец первым вышел вперед, но вместо того, чтобы принять протянутую руку Карлоса, схватил его за голову и притянул к себе в мощном объятии,
– Grazie, – буркнул старый итальянец, глядя холодными глазами и угрожающе улыбаясь.
Карлос, повинуясь инстинкту, вытерпел объятия и поцелуи всех остальных. Но больше всего его встревожила их физическая сила. Каждый из этих был существенно старше его, но справлялись они с ним как с младенцем – а он молодой мужчина в расцвете сил!
Когда к нему шагнул Нюит, Карлос подобрался. Этот главный мог дать ему поцелуй смерти – или поцелуй охраны. Все будет зависеть от того, как он выпустит его из объятий.
Холодные ладони поднялись к щекам Карлоса, почти лаская холодом. Черные глаза глядели так пристально, что невозможно было отвернуться. Странный ток пробежал у Карлоса по жилам. Почти слышен стал шум собственной крови в артериях. Сердце забилось неровно, гулко отдаваясь в ушах.
– Тебе предстоит познать наслаждение столь глубокое, силу столь огромную, что у тебя от нее просто встанет, – шепнул Нюит.
Глава 10
Ледяные ладони Нюита любовно коснулись щек Карлоса. Но держали они железной хваткой. Карлос тут же попытался высвободиться и понял, что это невозможно. Лицо Нюита склонялось ближе. Сексуальный контакт, чувственность, струившаяся из пальцев Нюита, разрушали все, во что Карлос верил. Чувство капитуляции перед этим приливом силы вызвало эйфорию, на миг вскружило голову и убрало всякое желание бороться с этой хваткой.
А дальше Карлос только смотрел в ужасе, словно в замедленной съемке. Массивные верхние клыки появились вместо тех, что блестели в темноте, черный язык лизнул шею, оставив полоску слизи. Автомат разрядился, пустив все выстрелы в землю. Шею Карлоса отогнуло в сторону, обнажило, когда стальная ладонь отвела щеку вверх и вбок. Голос заглушило кровью в глотке сперва от хватки Нюита, потом от удара.
От жгучей боли дернулось и забилось все тело. Карлос услышал, как треснула у него ключица, ощутил, как сдирается кожа с мясом. Что-то присосалось к нему, раздергивая рану. Невозможно было дышать. Да поможет ему Небо! Он погибал в руках этого человека.
Перед глазами вспыхнуло лицо бабушки, он увидел рыдающую у телефона мать. Их молитвы слились с той, которую он сейчас кричал безмолвно: "Рог Dios, только не так!"
И тут же его бросили, и он увидел над собой искаженное лицо, блюющее, сплевывающее кровь. Карлос попытался выпрямиться, встать. Где автомат? Он выхватил из-за пояса "магнум", но тело не держало. Зато через миг он уже несся куда-то в темноте, будто в автомобиле без окон. Спертый воздух свистел в ушах, создавая ощущение легкости, движения все более быстрого. Ветер рвал волосы, мелькали страшные картины. Вдали послышался вой, тут же подхваченный другими голосами, воющими и скрежещущими, от которых хотелось зажать уши, – но он несся слишком быстро, тяжесть, как в центрифуге, не позволяла двигаться никуда, кроме как вперед. Вдали сияла световая точка, и Карлос, отчаянно отбиваясь от связывающей силы, рвался к ней. Но свет уходил. В мозгу мелькнули слова Дамали. Он погибал. "Отец небесный, прости мне!" – безмолвно крикнул он.