Милый монстр
Шрифт:
Район новостроек в Москве почти ничем не отличается от подобных жилых комплексов в других городах, даже если они уступают значительно по размерам. Я оказалась в окружении стандартных многоэтажек, некоторые из которых, очевидно, претендовали на оригинальность, поэтому отличались замысловатой конфигурацией и неординарным цветом. Однако в последнее время подобные шедевры стали привычными и в Тарасове, поскольку фантазии архитекторов все-таки лежали в одной плоскости. Поэтому, наверное, я почувствовала себя как в родном городе, когда проходила через почти знакомые дворы и переулки.
Расположение многочисленных улиц и размещенных на них домов было весьма своеобразным, поэтому нужный мне адрес я искала
Стоя на междуэтажной площадке, я вдруг услышала детские голоса. Один из них раздавался совсем близко, скорее всего с девятого этажа, второй отвечал первому откуда-то сверху. Когда обладатель первого голоса поравнялся со мной, он оказался мальчуганом лет одиннадцати, который мимолетом на меня глянул, а потом задрал голову вверх и звонко прокричал:
— Никит, Клишенко, ну где ты там застрял?
Ого, кажется, сама судьба улыбается мне! Я быстро затушила сигарету, бросила окурок в предусмотрительно поставленную на подоконник кем-то из жильцов консервную банку и стала ждать Никиту. Судя по всему, он был сыном того человека, ради которого я прилетела в столицу, и то, что я могу сейчас поговорить с ним, просто замечательно. Дело в том, что я еще не придумала окончательного плана, как объяснить свой визит самому господину Клишенко, поэтому возможность выпытать какую-нибудь информацию о его личности у его же собственного ребенка представлялась мне счастливой.
По лестнице тем временем непринужденно спускался паренек, по возрасту сходный с тем, который только что звал его. Никита выглядел как самый обыкновенный мальчишка нашего времени: с неизменными наушниками, в спортивных шортах и футболке с изображением футбольных символов. Никакого намека на высокий достаток родителей не было, но это было вполне логичным: большинство людей предпочитает не демонстрировать на детях степень своего богатства — слишком опасно, да и ни к чему. Увлеченный неведомой мне музыкой, льющейся из плейера, Никита миновал меня и уже было собрался спускаться дальше, но я, разумеется, не позволила ему это сделать, преградив дорогу. Мальчишка растерянно посмотрел на меня, а потом сделал то, чего я никак не ожидала: метнулся в противоположную от меня сторону, а потом пустился наутек вверх по лестнице. По-видимому, родители долго внушали Никите необходимость быть осторожным на улицах и в подъездах, дабы не нарваться на злых взрослых, и сейчас мальчишка принял меня за какую-нибудь маньячку, о которой рассказывали по телевизору, или за воровку, посягающую на его наушники.
— Никит, подожди! Куда ты? Ты испугался?
Бежать вслед за ним очень не хотелось, но, к счастью, мой вопрос возымел действие. Никита остановился этажом выше и, опасливо глянув на меня сверху вниз, недовольно сообщил:
— Ничего я не испугался! — Однако спуститься не пожелал.
— Мне с тобой поговорить надо, — просительно начала я. — Я же не думала, что ты так отреагируешь.
— А чего вы… дорогу преграждаете, — ворчливо
Я не замедлила похвалить Никиту за осторожность и принесла ему извинения, отчего он заметно покраснел и пробормотал: «Чего уж там, ладно». Затем я представилась старой знакомой его отца и спросила, дома ли он сейчас, а то я — ну как назло! — забыла номер квартиры.
— Сто восемьдесят пятая, — беззаботно сообщил мне Никита, окончательно утратив прежнюю бдительность. — Только папы сейчас нет, он на работе.
— На работе? А во сколько же он приходит? — спросила я, отметив про себя, что сейчас уже почти половина восьмого.
— Эх… — совсем по-взрослому махнул рукой Никита, очевидно, скопировав жест кого-то из домашних, скорее всего матери, — хорошо, если к одиннадцати приедет, а то и позже может.
«Интересные порядки в этой семье, — подумала я, гадая о том, какой доверчивостью должна обладать супруга господина Клишенко, чтобы верить в его столь ненормированный график. — И где же мне теперь искать этого сластолюбца?»
Но Никите явно не терпелось продемонстрировать свою осведомленность в делах взрослых, поэтому он прервал мои размышления:
— Папка сейчас новый альбом записывает, поэтому и приходит так поздно. Но ничего, вот он закончит, мы с ним в Сочи отдыхать поедем, он обещал. Вы ему позвоните, если очень надо, телефон у мамки есть, а она дома сейчас.
— А мамка мне его даст или тоже, как и ты, за грабительницу примет и убегать начнет? — с улыбкой поинтересовалась я.
— Не-а, она смелая. — Тут до нас донесся недовольный голос Никитиного друга, отчего мальчишка пустился бежать вниз, крикнув на ходу:
— Ну ладно, до свидания!
И я отправилась звонить в квартиру под номером сто восемьдесят пять.
Не прошло и двадцати минут, как я уже шагала по направлению к станции метро. Общение с супругой господина Клишенко прошло великолепно. Эта женщина несколько отличалась от того образа, в котором часто представляются жены богатых и известных людей, но это было отличие в лучшую сторону, а потому нашим разговором лично я была очень довольна. Добродушная и веселая Нина Алексеевна, которой я представилась редактором нового телевизионного проекта, не только дала мне номер телефона, по которому можно было сейчас найти ее мужа, но и подробно объяснила, где находится музыкальная студия, в которой он работает. Это обстоятельство повергло меня в легкое разочарование. Вряд ли муж, который отправляется на любовное свидание, будет называть своей супруге конкретное место, где его можно найти, ведь она может нагрянуть туда и не застать неверного. Из этого следовало, что в позднем отсутствии композитора может и не быть никакой интриги, а он сам в этом случае представлялся благополучным мужем. Хотя, с другой стороны, возможно, что супруга Клишенко просто слишком доверчива и покорна, чтобы проверять его, поэтому-то он так спокоен.
Нина Алексеевна в некотором роде подтвердила информацию, которую мне удалось узнать от Никиты. Когда я выразила искусно подделанное удивление по поводу того, что ее муж до сих пор не дома, она сообщила, что за последние несколько недель это стало нормой, потому что он по макушку погрузился в работу. Сейчас композитор занимался созданием музыкального альбома для одной популярной певицы, имя которой было мне хорошо знакомо. В последнее время она часто выступала на эстраде и даже вошла в число лучших исполнителей года. Супруга Алексея Клишенко легко дала мне адрес студии, где проходили записи, из чего можно было сделать вывод, что ее совершенно не удивили ни мой визит, ни желание встретиться с ее мужем. Очевидно, к композитору часто приходили люди, и это уже успело стать своеобразной нормой.