Милан. Том 2
Шрифт:
— Саша, сейчас тебе нужно слушать не матерный рэп, а изучать танго для твоей произвольной программы, — раздался укоризненный голос Железова.
Пока подружки препирались друг с другом под смешки других одногруппников, дверь открылась, и хореограф вошёл в студию. Сегодня он был одет в чёрный мешковатый костюм начала 1930х годов, белую рубашку и галстук. В кармане пиджака белый платок-паше. Чёрные классические туфли-оксфорды, начищенные до блеска.
— Танго? — пренебрежительно показала Смелая. — Я про него всё знаю.
— Знать всё невозможно, — заявил хореограф. — Встаём в ряд. Сегодня танцуем танго, чувствуем танго, разбираем танго. Работа наша касается
Дождавшись, когда фигуристы встали посреди студии, хореограф продолжил.
— Почему трудно катать под мелодию танго? — просил Железов у фигуристов.
— Самое трудное — это в одиночку изобразить танец двоих человек, — склонив голову, насмешливо ответила Сашка. — Фигурист в одиночку должен изображать танцевальный дуэт. Это возможно либо присутствием воображаемого партнёра, либо сделать так, словно партнёра вообще нет, а ты танцуешь лишь некий дух и саму философскую мысль танца.
— Браво! — согласился Железов и похлопал в ладоши. — Абсолютно точно. Ты хорошо помнишь мои занятия. Я этому очень рад. Но вы упускаете из виду очень значительный факт, когда следуете моим советам. А именно, что танго действительно танец парный. И нужно время от времени танцевать его вживую. Для чего? А всё очень просто. Танго — это в первую очередь танец чувственный, танец про чувства. Он рассказывает о чувствах мужчины и женщины. И абстрактную галиматью здесь скатать никак не получится. Вы даже в теории не сможете изобразить это. Да, научиться движению танго можно, так же как и освоить страстное, прекрасное выражение лица, уносящее куда-то вдаль и много чего обещающее. Но вы должны чувствовать запах мужчины, а мужчина должен чувствовать запах женщины. Мужчина должен ощущать теплоту и нежность женских рук, мягкость и податливость её тела. А женщина должна чувствовать сильные, уверенные руки и твёрдое плечо, которое упирается в неё. Вот тогда, когда вы почувствуете это, вам откроется весь секрет танго.
— И всё это можно изобразить? — заинтересованно спросила Сашка.
— Можно, — согласился Железов. — Но только после того, как ты научишься танцевать танго с живым партнёром, а не тогда, когда твой партнёр только лёд и каток. Сейчас разбиваемся на пары. Смелова встаёт в пару с Самсоновым, Стольникова с Москвиным, Иванова с Терновым, Котова со мной, Хромова стоит в гордом одиночестве и во все глаза смотрит на сложившиеся дуэты.
К Людмиле подошёл Андрей Москвин, остановился перед ней и с лёгкой улыбкой посмотрел на неё сверху вниз. Люда смело посмотрела снизу вверх. Так и обменялись взглядами. Правда, ничего жгучего и похожего на танго в них не было. А нужно ли это жгучее в принципе?
— А теперь партнёр берёт правую кисть партнёрши в левую руку, чуть согнутую в локте, левая рука при этом лежит у партнёрши выше талии, чуть ниже лопаток, — сказал Железов и, встав в пару с Ксенией Котовой, показал, как должно быть. — Партнёрша доверяет правую кисть партнёру, а её левая рука при этом лежит на правом плече партнёра. Занимайте эту позицию.
Когда фигуристы заняли нужные позиции, Железов внимательно посмотрел на них и начал занятие…
…— Ну и что, помогло тебе это занятие с Самсоновым? — поинтересовалась Люда у Смелой, когда за обедом поглощала вожделенную яичницу с сосисками.
— Ты знаешь, трудно сказать… — задумалась Смелая и отложила вилку. — Ощущения, конечно, совсем другие, чем от чтения
— Да примерно то же почувствовала, о чём ты говоришь, — ответила Люда. — Я бы не сказала, что он на меня сильно повлиял. Я знаю только одно: танцоршей мне не быть. Я люблю свободу и самостоятельность…
— Железов сказал, придёт смотреть сегодня на мою произвольную программу, и на твою тоже, — напомнила Сашка. — Я сегодня, кстати, платье притащила, буду в нём кататься.
— Я тоже, — согласилась Люда. — Нужно опробовать платье в деле…
…Когда Люда в раздевалке надела своё платье для произвольной программы, девчонки с большим удивлением уставились на неё а потом подбежали, с интересом разглядывая его с близкого расстояния.
— Ни фига себе! — удивилась Ксюша Котова, трогая полосатую футболку за плечо. Потом она провела рукой по спине, коснулась подтяжек, шорт.
Общее мнение сложилось, что костюм у Арины Стольниковой на произвольную программу в этом сезоне просто гениальный, и никто никогда такого не надевал в обозримом прошлом.
— Вы только, пожалуйста, на телефоны не снимайте, — попросила Люда. — Все должны увидеть его на контрольных прокатах.
Девчонки ехидно усмехнулись, стараясь не смотреть на олимпийскую чемпионку. Ясное дело, втихаря будут снимать…
Когда Люда вошла на каток и сняла олимпийку для разминки, явив платье на свет божий, тренеры тоже очень удивились, увидев фигуристку в новом костюме. И даже подъехали поближе, чтобы внимательно рассмотреть его.
— Оригинально и свежо! — вынес вердикт Бронгауз. — Пожалуй что, стоит позвать Аделию Георгиевну.
Ну вот ещё… Придётся делать контрольный прокат при главном тренере спортивной школы! Впрочем, она всё равно рано или поздно увидела бы, так что сейчас или позже, не имело никакого значения.
Аделия Георгиевна пришла и встала у бортика, облокотившись об него и о чём-то негромко переговариваясь с другими тренерами. Все застыли в ожидании проката произвольной программы Людмилы! Даже одногруппники кататься все бросили и сбежались посмотреть!
— Аря, катаешь произвольную программу со всеми прыжками, элементами и вращениями, — сказал Бронгауз. — Всё делаешь на максимальные уровни, чисто и чётко. На старт!
Люда покатила к центру арены и заняла стартовую позу. Ноги на ширине плеч, руки сложены на груди, голова опущена влево. Девушка спит. Зазвучали начальные аккорды «Мегаполиса». Девушка проснулась!