Милан. Том 2
Шрифт:
— Но… Кто её пустит туда продавать вещи? — с недоумением спросила Люда.
— Мне кажется, у неё уже есть какая-то договорённость с федерацией… — сказала Милана Артуровна. — Ведь на рекламу открытых прокатов она заключила договор с федерацией фигурного катания. Значит, договорится и насчёт мерча. У меня лично была такая же мысль. Правда, пришлось бы заключать отдельные договоры аренды площади с каждым юридическим лицом, которым является отдельно взятая ледовая арена, и это было бы слишком затратно по времени и наверное, по деньгам. Но Анна Александровна сказала, что место для торговли мерчем выделят и так, федерация позаботится об этом. Всё это, естественно, устные договорённости,
Тут Милана Артуровна неожиданно посмотрела на Смелую, которая стояла, потупив глаза, и от нечего делать ковыряла носком кроссовка пол. Похоже, Милана Артуровна хотела добавить, что нужно эту информацию держать в тайне, но уже было поздно — Сашка услышала.
— В общем, мы решили разделить нашу долю ответственности в будущем ООО таким образом: поставками товара из Китая и до торговой точки буду заниматься я, а рекламой и реализацией — Анна Александровна. Мне кажется, это хороший и справедливый раздел обязанностей, — неловко сказала Милана Артуровна. — Сейчас мы закупили только пробную партию, посмотреть, будет ли она пользоваться спросом. Если дело пойдёт хорошо, мы купим в Китае уже более крупную партию товара и более расширенную по ассортименту: туда войдут шорты, блузки, футболки, майки, шляпки, бейсболки и, возможно, аксессуары: солнцезащитные очки, зонты, сумки. Понятное дело, что торговля эта будет сезонная и приуроченная к твоим выступлениям и сезону в фигурном катании. Но по окончании сезона можно будет арендовать магазин и продолжить реализацию мерча в нём.
— Это всё хорошо. Но вы говорили про договор мамы с федерацией о рекламе, — недоумённо сказала Люда. — Что за реклама?
— Реклама: плакаты, билборды, всплывающие окна в интернете и ролики по телевизору, — объяснила Милана Артуровна. — Анна Александровна по договору с Федерацией фигурного катания занимается рекламой контрольных прокатов в «Мегаспорте». Она разве тебе не говорила? Вот эти самые плакаты и билборды, которые висят по всей Москве, — это её рук дело.
— Твоя мама подкупила федру и утянула их рекламный бюджет на себя? — усмехнулась Сашка. — В ателье билборды и плакаты тоже поставила она?
— Ну конечно, — смущённо рассмеялась Милана Артуровна. — С моего разрешения разумеется. Но ведь в этом нет ничего плохого. Федерация могла бы заказать рекламу в другой фирме. Но зачем, если можно её заказать у Анны Александровны Стольниковой, которая большой специалист и к тому же очень известный в этой области. Естественно, она попросила меня поставить эту рекламу в ателье. Нам это без разницы: был бы вместо Арины плакат с изображением Зенитовой или Далиевой, на наших продажах это никак бы не сказалось, они у нас стабильны. А в продвижении мерча эти плакаты могут помочь.
— Так реализация вещей точно начнётся уже на контрольных прокатах? — осторожно спросила Людмила.
— Да, это будет наш пробный шар, — улыбнулась Милана Артуровна. — И он должен сработать на все 100. Ведь ты наверняка откатаешься на все сто процентов.
— Ясно… — задумчиво сказала Люда, совсем не уверенная в последней реплике Миланы. — Но мне всё-таки непонятно, как можно сшить столько одежды за такое короткое время? Что такое брендированная фабрика?
— Это очень просто, — ответила Милана Артуровна. — Крупные сетевые магазины и фирмы одежды, работающие по всему миру, не обладают своими мощностями для того, чтобы шить все модели одежды, которые они разрабатывают. Эти магазины делают по-простому: разрабатывают модели, цвета, выкройки, потом заключают договор с брендированной фабрикой, и она по договору шьёт им всё, что этим сетям требуется. Вместе с их фирменным знаком. Таким образом, можно
— Всё понятно, спасибо, — смущенно сказала Люда. — Мы пойдём, нам пора уже. До свидания. Большое спасибо за работу.
— До свидания! — кивнула головой Милана Артуровна. — Приходи, если что-то будет нужно. Ты, кстати, показательный номер ещё не ставила? Костюм для показательного нужен?
Люда сначала задумалась, что это ещё за показательные, но потом вспомнила, что есть такие театральные представления после соревнований. А задумалась она, потому что никогда в них не участвовала, так как занимала последние и предпоследние места. Она не имела понятия, что такое показательный, как его катать и как должен выглядеть костюм для него.
— Пока нет, — покачала головой Люда. — Но я спрошу у тренера и у хореографа. Потом, если нужно, я обращусь к вам. Ещё раз спасибо огромное и до свидания.
Подружки вышли на улицу и огляделись. Нужно ехать по домам. Москва наливалась вечером, а солнце клонилось к горизонту…
— Ни фига у тебя маман мутит, крутит, — даже с каким-то уважением сказала Смелая. — На самом высоком уровне шекели заносит.
— Перестань! — недовольно сказала Люда. — Она очень добрый и отзывчивый человек и никогда ничего не делает просто так. Это я знаю совершенно точно. На неё всегда можно положиться, и она не подведёт. Так что поехали домой, и хватит молоть ерунду.
… Добрый и отзывчивый человек, которого так нахваливала Люда, проводил время за просмотром телевизора и одновременно поеданием чего-то вкусного. Во всяком случае, пахло в квартире очень приятно. Чего нельзя было отнять, Анна Александровна всегда, каждый день старалась приготовить что-то новое, хотя могла бы питаться в ресторане. Впрочем, Люда не сомневалась, что вторая мама, Дарья Леонидовна, поступала бы точно так же, если бы обладала таким же как здесь запасом продуктов и такой же кухонной техникой.
— Милая, как день прошёл? — спросила мама, отставляя тарелку с вилкой на столик перед диваном. — Кушать будешь? Я стейки из сёмги запекла, с сыром пармезан и прованской зеленью. Попробуй — пальчики оближешь, получилось так же, как в ресторане.
— День прошёл хорошо, тренировалась результативно, потом забрала платье у Миланы. А где эти… Пейты? — жадно спросила Люда, присаживаясь на диван рядом с мамой.
— Аря, твоя порция на кухне, — наставляющим тоном ответила мама. — Малышка, пожалуйста, поухаживай за собой сама. Я так устала… Приехала с работы и сразу же взялась за готовку. Только сейчас прилегла отдохнуть.
Ничего не поделать, пришлось идти самой на кухню. Люда взяла тарелку, положила в неё с тефалевого листа большой кусок красной рыбы, политый плавленым сыром и посыпанный зеленью, вилку и пошла опять на диван к маме. Следовало бы расспросить её подробно про рекламу и про то, что сообщила Милана Артуровна, но Люда предпочла сначала поесть рыбу. «С набитым ртом не разговаривают», «Когда я ем — я глух и нем», «Это неуважение к еде», — вспомнила Люда наставления Дарьи Леонидовны. Мама всегда строго ругала, если Люда начинала с набитым едой ртом что-нибудь рассказывать или расспрашивать. И ведь это была правда! Обычно такое поведение всегда заканчивалось кашлем от попадания пищи в горло.