Мила

Чистая Надежда

— Чего, вы, паразиты сразу не сказали, что она девочку носит? — резкий и шипящий голос кого-то из мужчин, заставил немного вздрогнуть и меня сразу же прижали к груди, а её обладательница рыкнула на своего мужа.

— То есть, беременность не остановила от спора и чуть не начавшейся драки, а пол ребёнка это сделал бы? — издевательски засмеялся Торий и был совершенно прав. Если женщина беременна мальчиком, так её нервы и беречь необязательно?

— Я стану бабушкой! Какое счастье! — весело смеялась мать Сеера.

Было странно слышать такое от, по сути,

молодой девушки, возможно, даже моложе меня на вид. Но я давно перестала чему-либо удивляться в этом мире, хотя он и не оставлял попыток. Например, как сейчас. Со стороны окна начал светиться золотистое облако перехода и Торий подскочил с места, оказываясь недалеко от него. Стоило из портала показаться мужской фигуре, как она была сметена и прижата к стене. А из прохода, тем временем, вышел второй. О, Боги!

А это было именно они, хотя и очень изменённые. Я, которая как раз делала глоток воды, смывая подступившую тошноту, выплюнула её на стол и залилась хохотом. И сколько бы на меня не смотрели мои мужчины, не могла остановиться.

— Я могу тебе простить такое поведение только потому, что ты беременна! — запальчиво прошипел Лайфэр. Ну, то есть, это для всех так слышалось. Для меня же это было, как будто комар научился разговаривать. — Мила!

— Что-о-о? — не переставая хохотать, простонала, откидываясь на спинку стула и кладя руку на живот. — Нет, мальчики, вставайте в очередь, сейчас будем снимать проклятия! Иначе я так и родить раньше времени смогу.

— Что, честно? — заинтересованно прохрипел Найтэр, всё ещё прижатый за горло к стене.

— Честно-честно. Милый, отпусти нашего будущего зятя, я с него первого начну. — попросила мужа, с интересом разглядывая Стихийника необычной окраски. Что же я там кричала, что их так преобразило?

— Мила, кто эти мужчины? Неужели, ещё мужья?! — пробасил папа, сжимая в кулаке нож.

— Упаси боги! — четыре слаженных голоса и восемь пар глаз, с ужасом уставились на отца. Боги этого мира, как и я, впрочем, были возмущены и напуганы таким союзом.

— У нас, вообще-то истинная есть! — возмущённо добавил Лайфэр, а его брат согласно закивал головой. — Вот она! — ну, точно, братья! И мозг у них, кажется, один на двоих. Потому что, так слаженно указать мне на живот, ещё постараться нужно.

— Захлопнулись и подошли ближе, а я вам поведаю историю, как ваша, ещё нерождённая истинная, нашла себе ещё одного. — сложив пальчики домиком, я гаденько захихикала, наблюдала за сменой эмоций на лицах божков.

— ЧТО?!

Заклинание они какое используют в этом мире, что ли? Ну как, можно так слаженно возмущаться? Вот только к братьям, теперь присоединились и мои злые мужья. Пришлось поведать о том лекаре-эльфе, что приходил от лица стражи и удостоверивался в беременности. Я даже имя его умудрилась запомнить. Тарлианэль. Только зря я, наверное, это сделала. Мужчины, как-то понимающе переглянувшись, что для меня уже стало неожиданностью, расплылись в кровожадных оскалах. Ни отцы, а драконы-собственники, какие-то!

— Если я узнаю — а я узнаю, будьте в этом

уверенны — что с этим эльфом что-то произошло, то пеняйте на себя. Он погиб сам, или ему кто-то помог, его съели тёмные твари или не повезло наткнуться на голодную кормящую белочку-мать, которой не хватает в организме витаминов, на него упало пианино и всё остальное в этом духе — получите. И те проклятия, что на вас сейчас покажутся вам Раем. Торий, тебя дорогой, это тоже касается! Наша дочь выбрала истинного, он пройдёт перерождение и станет таким же молодим, как и эти! Так что, без смертей, пожалуйста! Найтэр, подойди, я сделаю, что обещала.

Мой монолог оказался таким прочувственным и многообещающим, что мужчины… Обиделись! Но пыл поумерили и бежать, кастрировать всех неугодных и старых эльфов, отложили. Расслабленно выдохнула и принялась за проклятия. Их было столько, что хватило бы на половину жителей этого мира. Хорошо же я постаралась. Через десять минут распутывания клубка, в который сплелись проклятия, я закончила со Стихийником. Его уши вернулись к прежнему размеру; кожа не сияла блёстками, как задница единорога; а одежда из лохмотьев, прикрывающие важные участки, превратилась в нормальный белый костюм. Напоследок, со всей любовью, наградила мужчину подзатыльником.

— За что?! — недоумённо-растерянно заверещал расколдованный.

— За отца, что вы перенесли ко мне!

— Мы думали, ты рада будешь!

— Я?! Я рада, очень и честно! А как рада мама, у которой пропал второй член семьи, вы просто не представляете! — вспылила я, представляя, как мама узнаёт о пропаже мужа и хватается за сердце. Как плачет и не понимает, за что ей такие беды. Сначала любимая дочь пропала, теперь вот муж… — Как у вас вообще хватило сил перенести ещё одного человека из другого мира?

— Мы старались. — Найтэр расплылся в довольной улыбке, словно я его и не ругала сейчас. А затем склонился к животу и прижался к нему ухом. Э-э-э… Что-то мне взгляд мужей не нравится. Как бы этот мир без богов не остался…

— Найтэр! — возмутился произволом его брат.

Подскочив ближе, Бог Жизни оттащил Стихийника от меня подальше за локоток. Хотела было поблагодарить, но все слова так и застряли в горле, когда Лайфэр сам занял место брата. Да какого хрена! Мне вот теперь кажется, перемещение папули, некий откуп, чтобы они могли побыть рядом с нашей крохой. Мило улыбнулась, с нежностью погладила Лайфэра по волосам. Он замер, начав осознавать, что не спроста во мне любовь проснулась. И оказался прав.

— Так вы специально, переместили моего папу в этот мир, чтобы в гости наведаться? Совсем меня за дуру принимаете, ма-альчики? — угрожающе протянула, несильно оттягивая за корни одного неразумного божка.

Истинные, от которых я поначалу почувствовала замешательство и немного ревности, расслабились и заулыбались. Им для полного счастья только попкорна не хватало. Родители Сеера, про которых я как-то и забыла вовсе, наблюдали за всем со священным ужасом. Они-то, в отличие от отца, поняли, кто к нам наведался в гости.