Миг бесконечности. Том 2

Батракова Наталья Николаевна

— Природа! — радостно воскликнула она.

— Умничка! — похвалил Вадим. — Еще!

— Ну, не знаю… — растерялась она. — Это что? Утренняя зарядка для ума?

— Считай, что так.

— Ну, в таком случае мои познания закончились.

— Вот! — с довольным видом поднял он вверх палец. — А что там, за границами?

— А там неизведанное, — шутливо парировала Катя и почти по слогам добавила: — И бес-ко-неч-ность…

— Что и требовалось доказать! А теперь итоговое… и…

— Все, не могу больше, — замотала она головой. — Думать надо, пощади.

— Ладно. Тем более что ты уже

почти ответила.

— То есть?

— То есть — думать. А теперь назови синоним слова «думать», — предложил он.

— Мыслить…

— Вот именно: мышление! — подтвердил ее догадку Вадим. — Оно бесконечно, потому что его нельзя остановить! Пять баллов! — похвалил он.

— Всего-то? — притворно обиделась она. — Теперь же у нас десятибалльная шкала оценок.

— Тогда десятка. Я и не сомневался, — посмотрел он на нее лукаво.

— А теперь ты мне ответь: где в повседневной жизни можно увидеть этот знак бесконечности? — Катя приподнялась, поставила локоть на подушку и подперла голову ладошкой.

— Ну как где?… — пришел черед задуматься Вадиму. — Вот, на рубашке, — коснулся он пальцем бретельки.

— Это слишком явно. Ты еще учебник математики вспомни. А вот символически где и когда его можно увидеть?

— …Сдаюсь! — понимая, что пауза затягивается, обреченно поднял он руки.

— Э, нет, — не согласилась она и, проведя пальцами по надбровной дуге, заставила его закрыть глаза. — А ты напряги свой бесконечный мыслительный процесс.

— Издеваешься? — приподнял он одно веко и тут же воскликнул: — 8 Марта! Вертикальная бесконечность!

— Ответ неправильный.

— Почему?

— Потому что праздник искусственный. Кстати, я его не люблю с детства. Мама тоже недолюбливала, так как отец в этот день редко бывал дома.

— А мне праздник нравится. Не было бы женщин… — открыв глаза, многозначительно подмигнул он.

— Хочешь сменить тему? — понимающе улыбнулась она, но не поддалась на провокацию. — Только после того, как ответишь. Вот представь: суббота, ты выходишь из квартиры, гуляешь вдоль набережной Свислочи. А к Острову Слез уже съезжаются украшенные машины, женихи, невесты…

— Кольца! Два соединенных кольца! Ура! — обрадовался он. — Ну, похвали!

— Хвалю! Было бы странно, если бы не ответил. С твоей-то логикой и наблюдательностью.

— Не так уж сложно было догадаться. Кольцо, круг, ноль — тоже бесконечность.

— Ну да, — согласилась Катя. — Вот так бежал человек по своему кругу, бежал и вдруг заметил на пути странный след. Оказалось, это сосед со своим кругом опрометчиво пересек дорогу. Или его круг забрался на чужую территорию…

— Присмотрелись друг к другу, — подхватил Вадим, — подумали и решили объединиться. Так и бегают.

— Не присмотрелись, а полюбили. Это самое главное! — возразила она и продолжила задумчиво: — Два круга — символ вечной, бесконечной любви. Потому что вскоре к этим двоим присоединятся их дети, появятся новые круги, новые звенья. Выстроится цепочка… Тоже бесконечная.

— Ну да… Люди — как передаточные звенья в развитии цивилизации. Ты как-то об этом говорила, — посерьезнел он. — Человеческая жизнь — миг в бесконечности, но если ее рассматривать под таким углом, этот миг сам по себе становится

бесконечным. Все так просто и понятно! — Вадим хлопнул себя по лбу. — Ничего не имею против детей.

По лицу Кати промелькнула тень.

— Кажется, кто-то хотел освободить меня от одежды, — теперь уже она захотела сменить тему. — Но сначала, с вашего позволения, я бы посетила душ.

— И я бы посетил, — подхватил идею Вадим. — Кабина рассчитана как раз на двоих.

— А зачем ты поставил кабину на двоих, если жил один?

— Чтобы не тратиться на новую кабину.

— То есть ты не исключал, что рано или поздно тебе придется делить ее с женщиной?

— Ну не с мужчиной же! — рассмеялся он. — Кстати, здесь для тебя еще кое-что припасено, — Вадим подтянул со спинки кровати белое полотенце, которое при ближайшем рассмотрении оказалось… пушистым махровым халатом!

С тем же логотипом на нагрудном кармашке, что и у хозяина: вышитая золотом королевская корона! Удивлению Кати не было предела.

— Хочешь сказать, что и это ты успел купить вчера?

— Хочешь верь, хочешь не верь, но у этих халатов своя история. За месяц до нашего знакомства я был на конференции в Лондоне, а перед этим только что прилетел из Японии. Приехал и никак не мог перестроить внутренние часы, засыпал на ходу, потому решил поселиться подальше от городского шума. Организаторы предложили такую гостиницу — в старинном поместье неподалеку от Уимблдона. Огромный парк, чистейший воздух, тишина, чопорная обслуга и такие же чопорные постояльцы, белый рояль в огромном холле, классическая музыка по вечерам. Словом, все в лучших английских традициях. Я там отсыпался четыре дня! Даже завтраки в номер заказывал. Половину заседаний пропустил и так сжился с этим халатом! — он поправил пояс. — А при выписке из гостиницы портье предложил мне забрать его за полцены. На память. И еще один — новый, женский — в нагрузку, тоже за полцены. Взял оба, думал, матери подарю. А дома развернул и понял: не ее размерчик. Сложил, спрятал на антресоли, подальше от глаз Галины Петровны. Она еще тот эксперт-криминалист: все выискивает женский след в квартире, — рассмеялся он. — А позавчера вот вспомнил. Ну-ка, примерь!

Катя встала с кровати, набросила халат, подошла к комоду, над которым висело зеркало. Один к одному ее размер!

— Угадал портье, — довольно заметил Вадим. — Знал бы заранее — дал бы еще чаевых!

— Какой он мягонький! Невероятно! — потерлась она щекой о воротник. — Я еще в прошлый раз обратила внимание.

— А то! — Вадим встал у нее за спиной, обнял за плечи и тоже посмотрел в зеркало. — А не заметила в прошлый раз, что в ванной два крючка для халатов? — тихо шепнул он ей на ухо.

— He-а. Не до того было, пришлось спешно ретироваться, — едва сдержала улыбку Катя. — Кстати, а тапочки портье тебе не предлагал купить? — показала она взглядом на свои босые ноги.

— Увы, — развел он руками. — Придется делить одни на двоих! Например, вот так, — он подхватил на руки взвизгнувшую от неожиданности Катю и через несколько секунд опустил на теплый кафель в ванной.

— Только, чур, по очереди. Отвернись, — стыдливо опустила она глаза.

— Хорошо, — улыбнулся он и демонстративно отвернулся к окну.