Междуглушь
Шрифт:
— Привет, Кертис! Привет, Ирокез! — весело обратился к ним Дэнни. — Бассейн ужасно грязный. Набилась целая куча листьев и всякой дряни.
— Посмотрим, — буркнул Кертис, но ни тот, ни другой не двинулся с места. Ирокез уставился на дом, откуда доносился голос матери Дэнни — та была полностью поглощена беседой по телефону.
— Давайте я вам покажу, — вызвался Дэнни и повёл рабочих к бассейну. Там он указал на слив: — Видите? Совсем забился.
Но, как выяснилось, чистильщики бассейнов пришли сюда сегодня не для того, чтобы чистить бассейн.
—
От потрясения Дэнни весь сжался, и не только внешне, но и внутренне — он убежал в вглубь себя и спрятался там, как обычно поступают детишки, когда видят на своём пороге чужака. Алли протиснулась на освободившееся место. Она почувствовала, как затрепыхалось сердечко Дэнни. Мальчик был готов сорваться с места и скрыться в доме, но она не пустила. Наверно, разумнее было бы убежать, но...
— Кто вы? — спросила она.
Кертис улыбнулся, и Алли мгновенно узнала его, даже пивное пузо и щетина не ввели в заблуждение.
— Милос?
— Значит, ты таки там, внутри! — Он посмотрел на неё из-под сросшихся на переносице бровей. — Я думал, ты отправилась домой. Это что — твой дом?
— Спятил? Я что, по-твоему — обратно в своём теле? — И не удержалась, чтобы не попрекнуть его: — Ничего этого бы не случилось, если бы ты рассказал мне, что тела у всех скинджекеров живые!
«Алли, кто это? Что это? Это не Кертис! Мне это не нравится!»
«Подожди, Дэнни, я сейчас разберусь».
Алли взглянула на Ирокеза. Судя по манере переминаться с ноги на ногу и оглядываться по сторонам, словно ожидая, что в любой момент из-за угла выскочит ниндзя и набросится на него, это был...
— Хомяк, я полагаю [48] ?
— Ну, давай, давай, — заторопился тот. — Мы её нашли, давай, валим отсюда.
— Как вам удалось меня найти?
— Один наш приятель вынюхал тебя. Талантливый парень. — Милос пристально вгляделся в Дэнни и покачал Кертисовой головой. — Как многого ты ещё не знаешь о скинджекинге! Вот если бы ты осталась с нами...
48
Я перевела эту фразу дословно, как есть, потому что уж больно она похожа на другую знаменитую фразу. Когда где-то в дебрях Африки встретились два знаменитых путешественника — м-р Стэнли нашёл доктора Ливингстона. Стэнли произнёс: «Доктор Ливингстон, я полагаю?»
— Отлично! Можешь твердить «а что я тебе говорил!» хоть до посинения. Но если знаешь, как мне отсюда выбраться, то выкладывай, не тяни!
— Тс-с! — Милос посмотрел на окно, через которое мама Дэнни бросала время от времени взгляды в сад. — Притворись, что играешь, не то вызовешь подозрения.
Алли нашла в траве ржавый игрушечный автомобиль, опустилась на колени и начала катать его по кромке бассейна. Милос водил сачком в воде туда-сюда, прикидываясь,
— По счастью, я знаю способ, как тебя освободить.
— Знаешь?! — Алли так обрадовалась, что тело её носителя подпрыгнуло от восторга. — Спасибо, Милос, спасибо! Я тебе буду по гроб жизни обязана!
На что Милос спокойно отвечал:
— По гроб — это хорошо. Услуга за тобой.
Радости у Алли чуть-чуть поубавилось. Она насторожилась и немного забеспокоилась. Ну да, Милос же ничего не делает задаром.
— Я прошёл долгий путь и преодолел множество препятствий, — сказал Милос. — Так что если я вызволю тебя, то попрошу кое-что взамен.
— И что же?
— За освобождение, — медленно отчеканил он, — ты заплатишь мне полным подчинением. Отдашь себя в полное моё распоряжение. Будешь следовать моим приказаниям. Ты должна делать всё, о чём бы я ни попросил в течение того времени, какое мне будет угодно.
Алли потеряла дар речи. Она не знала, что ей делать — ужасаться или смеяться.
— Да ты совсем рехнулся? — воскликнула она наконец. — Хочешь сделать из меня рабыню?! Мой ответ — НЕТ!
— Ты меня неправильно поняла, — проговорил Милос, по-прежнему выписывая сачком в воде восьмёрки. — Я теперь служу высшей цели и даю тебе возможность присоединиться к великому делу. Не стоит так легко отказываться.
Алли взглянула на Хомяка — тот в волнении теребил свой дрянной нестоячий «ирокез».
— Ну Ми-илос... — заныл он, — ну пошли отсюда... нам нельзя здесь оставаться... да и ей это не понравится! Ей это не понравится!
— А ну тихо! — рявкнул Милос.
— Кому это — «ей»? — подступила Алли к Хомяку. — Ты о ком говоришь?
Милос так глянул на своего напарника, что тот стушевался; кажется, даже татуировки на голом черепе съёжились.
Затем Милос вздохнул... и выложил всё. Лучше б она его вообще не спрашивала!
— В Междумире существует только одна сила, к которой стоит примкнуть, — сказал Милос. — Ты знаешь, о ком я говорю. У неё великие идеи, далеко идущие планы... Они теперь и мои тоже.
Алли была потрясена. Правда, не очень удивлена. Это же так характерно для Милоса — не стесняясь в средствах карабкаться на самый верх! Ничего странного, что он сделал ставку на Мэри.
— Ты как-то сказала мне, что скинджекинг может изменить мир, — продолжал Милос. — Так вот, Мэри Хайтауэр разработала план, как это сделать. Я — часть этого плана. Было бы неплохо, если бы ты последовала моему примеру.
— Я не хочу иметь ничего общего с Мэри Хайтауэр, — ответила Алли.
— Да как ты можешь быть такой наивной? — Милос повысил голос. — Кто ещё может помочь тебе? Твой дружок Огр? Заверяю тебя — Мэри расправится с ним, если уже не расправилась!
— Да, да! — Хомяк хихикнул в превкушении. — Ручаюсь, она устроит ему сладкую жизнь там, в Грейсленде!
Алли пронзила Хомяка взглядом. Ник здесь, в Мемфисе? Прямо в эту минуту?!
Милос ещё больше обозлился на Хомяка.
— Иди работай! — рявкнул он.