Месть сурка
Шрифт:
— Нет, конечно! — вместо неё возмутился Джон. — Всё безопасно, как иначе?
— Зеркальная бошка прав, — кивнула Кристина.
— Тогда я в вашем полном распоряжении, но с условием, что вы поделитесь со мной результатами.
— Без проблем, — сухо кивнула Кристина. — Я за едой. Зеркальная бошка, тебе захватить?
— Да-да, конечно-конечно. Давай, Крис. Быстрее поедим, скорее начнём. Мне аж не терпится узнать твою уникальность, — не спускал он восторженного взора с Хоггарта.
— Парень, ты меня пугаешь, —
— Глупости, — отмахнулся мулат. — Твои гены могут послужить на благо человечества, парень! Мы сможем улучшить будущие поколения. Только представь — крепкие и выносливые детки, способные преодолеть физический предел человеческого тела.
— Мне и представлять не нужно, — тихо пробурчал Дункан. — Главное, не сделай из них оборотней или вампиров, Джонни…
— Ха! Ха-ха-ха! — Джон от смеха схватился за живот. — Во шутник! А ведь и правда в этом есть что-то из легенд древности. Ты ешь чеснок?
— Обожаю чеснок, — Дункан был самой искренностью. — Особенно чесночную колбасу. Только вы вместо колбасы даёте траву, от которой меня мутит.
— Убивать животных неэтично, парень. Генномодифицированные продукты дают нашим организмам все необходимые микроэлементы, как если бы при употреблении в пищу мяса.
— Волкам и кошкам тоже неэтично есть мясо?
— Нет-нет, — скрестил руки Джон. — Этим можно, они ж звери, хищники.
— Значит и мне можно. Считай меня волко-котом, Джонни.
— Я не Джонни, а Джон.
— Так и я не парень, а Дункан, — прорезался у него сарказм.
— Опять ты раздражаешь людей, — с укором обратилась к спутнику Кристина, сгружая с подноса еду. — Прости его, Дункан. Джон не может думать ни о чём, кроме генетики. Не удивлюсь, если он видит в людях лишь спирали ДНК. С людьми ему лучше не общаться, поскольку он этого не умеет.
— Эй! — возмутился мулат.
— Ешь свой завтрак, зеркальная бошка, — Кристина присела между Дунканом и Джоном. — До времени аренды искина ещё ждать два часа.
— Нам придётся куда-то лететь? — смирился со своей участью Дункан, поняв, что эти не отступят.
Раз этой парочке дали разрешение использовать планетарный искин, то к делу подключилась сама Арва. Такой серьезный вычислительный прибор расписан по часам на годы вперёд, а тут всего за день им дают воспользоваться такой техникой вне очереди. Хоггарт знал о планетарном искине от Бруно. Сам бы учёный ни за что за месяц не создал новый улучшенный вариант машины времени. Месяц — именно столько он ждал, чтобы воспользоваться планетарным искином для создания арки. И то его проект имеет высокий приоритет, оттого ждать пришлось столь мало. Это не значит, что именно тот искин всё обсчитывал. Сначала проект подготовили лабораторные искины, после чего передали
Правителю Солнечной системы лучше не перечить, а то мигом придумают причину избавиться от него ради блага человечества. И ради этого сама блага его нужно будет закинуть в самые суровые времена двадцать пятого века. Потом скажут, что произошла ошибка, вернут, посмотрят добрыми глазами и ещё раз предложат «добровольные» исследования.
— Нет, — набрала в ложку салата блондинка, — нам достаточно местного лазарета. Там имеется всё необходимое оборудование для полноценного исследования человеческого организма.
Исследования действительно оказались безопасными и безболезненными. Дункана просто уложили на медицинскую кушетку, под которой сокрыто оборудование. Он лежал и мучительно размышлял. Это его шанс получить научные данные о его превращениях. Но это риск. С другой стороны, кому довериться, кроме мирных пацифистов, помешанных на науке? Если не им, то никому. Тогда и ответа он никогда не получит.
Пока он хмурился от сложного выбора, Джон проецировал голограмму с первыми расшифрованными данными. Тем же занималась Кристина.
— Невероятно! — восторгался мулат. — Сила в пять раз выше максимального человеческого уровня. Мышцы плотнее. Связки, суставы и кости укреплены. Регенерация настолько бешеная, словно ты постоянно находишься под техникой лечения. Ты же не используешь сейчас лечения?
— Нет, — мотнул головой хмурый Хоггарт.
— Вау! — на этот раз глаза восторженно блестели у Кристины. — Вот это ментоактивность! Потенциальный уровень Жирной четвёрки.
— Товарищи, — с решительным видом сел на кушетке Дункан, — а что вы скажете на это?
— На что? — оторвался от голограммы Джон.
Две пары глаз широко распахнулись при виде того, как фигура Дункана поплыла. Через мгновение на его месте сидел пшеничный кот. Кушетка вновь ярко засветилась, снимая показатели в полной тишине, в которой можно было различить бешеное сердцебиение и учащённое дыхание замерших учёных. Как только сияние погасло, на месте кота снова появился Хоггарт. Но через миг он превратился в гигантского волка, который покорно лёг. И снова кушетка засветилась. По окончании Дункан вернул прежний человеческий облик.
Джон развернулся, и на негнущийся ногах механически дошагал до сумки, брошенной при входе в лазарет. Он достал оттуда самодельную сигару, прикурил её пирокинезом и сделал глубокую затяжку. Его глаза были выпучены настолько, что подобное казалось невозможным. Кожа на лбу сморщилась, а лицо выражало крайнюю степень обалдения.
Кристина застыла с отпавшей челюстью. Внезапно она пришла в себя и воскликнула:
— Джон, ты куришь?!
Он настолько глубоко затянулся, что втянулись щеки, а сигара сгорела на четверть, и на выдохе наполнил помещение густым дымом.