Месть Розы
Шрифт:
– А долго ли Хаос осаждал вас, сударыня?
– поинтересовался Фаллогард Пфатт сочувственно и поднял брови в изумлении, услышав ответ:
– Около тысячи лет длилось противостояние. Многие из нас покинули этот мир и отправились в другие измерения, но некоторых долг заставил остаться и дать Хаосу отпор. Мы - последние из них. Но пока мы искали Эльрика, многие здесь погибли в беспрестанных стычках, ибо Хаос постоянно атаковал нашу твердыню.
– Почему же теперь наступило затишье?
– удивился Эльрик.
– Двое владык Преисподней принялись враждовать между собой, и это отвлекло их внимание. Особенно
Эльрик не сказал ничего, вспоминая, как отважно набросился Эсберн Снар на герцога Преисподней, чтобы прийти на помощь другу, - и сам того не желая, изменил баланс сил не в пользу сестер.
Тем временем преисполненный безумной решимости Гейнор, оставленный своим покровителем, в одиночку пробивался сквозь измерения, поклявшись завоевать этот мир уже не для Машабека, а для себя самого! Он бросил вызов Хаосу, как когда-то Равновесию! Он не желал признавать над собой ни одного господина! Бывший принц Всеединства заблудился и был вынужден на протяжении многих лет субъективного времени отыскивать дорогу в это измерение. Он шел на любые ухищрения, на любые уловки - проклиная своего всемогущего покровителя, который, похоже, оставил его, - чтобы добиться цели. В конце концов, он принял решение повсюду следовать за сестрами, ибо рано или поздно они должны были возвратиться на родину. Изначально в погоню за сестрами поспал его Машабек, велев добыть у тех вечноживую розу. Но теперь, когда демон забыл о нем, роза утратила для Гейнора интерес. Меч Эльрика был ему куда нужнее.
А теперь он вернулся, и даже в этом дворце от него не было спасения. Он явился сюда и, угрожая Сестрам мечом, потребовал легендарные Три Сокровища, которые они привезли с собой, чтобы вернуть тому, кто им их некогда одолжил. Замысел Гейнора был прост: силой или хитростью заманить сестер к восточному выходу из пещеры, где уже дожидалась его орда - ибо отродья Хаоса сами не смели ступить под своды дворца.
С помощью Коропита Пфатта, едва не надорвавшегося в отчаянной попытке, Розе удалось наконец пробиться в это измерение - как раз вовремя, чтобы успеть наложить защитные чары на сестер и дать бой Гейнору. Меч и магия помогли ей изгнать проклятого принца из дворца. И в этот миг подоспели Эльрик с друзьями.
– Мы уже готовились к смерти, - промолвила принцесса Шану'а.
– Но теперь мне хотелось бы знать, почему мы оказались здесь все вместе. Что за силы свели нас? Что вы думаете об этом, мастер Пфатт? Способны ли вы узреть длань Судьбы в том, что происходит?
– Это Равновесие, - с уверенностью отозвался ясновидящий.
Эльрик не сказал ничего. Но он твердо знал, что Буреносец не служит Равновесию, а ведь именно благодаря рунному клинку он сам оказался здесь. Однако знал ли меч, что потребуют от него?
Как вдруг чудовищная мысль поразила альбиноса. Что, если он уже исполнил то, ради чего Черный Меч нуждался в нем, и теперь их союз больше не нужен Буреносцу? Это привело
– Вот то, что вы просили, сударыни.
– Он отдавал им оружие, не задавая вопросов ни словом, ни жестом, ни выражением глаз, без колебаний и сомнений. Таково было веление чести.
Принцесса Тайарату сделала шаг вперед и с поклоном приняла клинок в свои маленькие ручки. Мышцы ее напряглись от тяжести меча, но она даже не шелохнулась. Женщина была куда сильнее, чем казалась внешне.
– У нас есть своя руна, - сказала она.
– Всегда была. Еще с тех пор, как народ наш только пришел в этот мир и обосновался здесь. Даже когда ушли драконы, мы не испытывали страха, ибо руна наша, была с нами. Руна Последней Надежды, как некоторые ее называли. Но у нас не было меча. А Руна Последней Надежды должна быть произнесена в ходе особого обряда, в присутствии Магического Предмета. Необходимо, чтобы там был Черный Меч; затем владелец меча должен пропеть руну с нами вместе. И еще надо знать имена сущностей, коих мы желаем призвать. И все это нужно собрать воедино. Таков узор, что мы должны создать. Он станет отражением узора, что уже существует, и их двойственность освободит жизненную силу мироздания. И лишь тогда, если все исполним в точности, мы сумеем пробудить союзников, что помогут нам против Хаоса - и изгонят Машабека, Гейнора и их орды из нашего измерения! Если нам это удастся, принц Эльрик, мы предложим тебе любое из наших сокровищ...
– Она бросила взгляд на Розу.
Но Уэлдрейк не дал ей договорить, восторженно декламируя:
Поискам долгим положен конец!
Найден из черного древа ларец
И розы цветущей весенний венец.
Остались лишь три вересковых кольца
Чтобы пленить Ледяного Отца.
– Именно, - подтвердила принцесса Мишигуйя, чуть приподняв брови, словно недоумевая, как могла столь сокровенная тайна сделаться достоянием менестрелей.
– У него хорошая память на стихи.
– Черион Пфатт, кажется, стало неловко за своего суженого.
– Да, - вскинулся Уэлдрейк, уязвленный тем, что он счел за высокомерие. Особенно на свои собственные. Осуждайте меня, если угодно. Я отдаюсь во власть рифм и ритмов...
– И он принялся бормотать себе под нос какие-то строки.
Принцесса Мишигуйя улыбнулась с извиняющимся видом. Роза поспешила заступиться за поэта:
– Без помощи мастера Уэлдрейка мы так никогда и не нашли бы друг друга. Его таланты были для нас неоценимы.
– Если все окончится удачно, - сказал Эльрик, - я приму тот дар, что вы мне обещали. Ибо, признаюсь, моя собственная судьба во многом зависит от одного из тех предметов, что были у вас...
– Мы не могли знать, какой из трех ты согласишься взять. Мы не ведали даже, что ты нам родня - хотя, конечно, давно должны были догадаться. Увы нам, но этих даров больше нет...
– Не может быть!
– воскликнула Роза взволнованно.
– Мы же спрятали их от Гейнора...
– Тебе удалось спасти нас самих, - вздохнула принцесса Тайарату, - но не наши сокровища. Гейнор похитил их и укрылся с ними на Корабле Былого. Так что все они уже в руках Хаоса. Я Думала, ты знаешь об этом.