Месть рода
Шрифт:
Алех медленно качнул головой:
— Нет, не скажу. Но если бы ты сразу сказал, что нужна помощь, а не лгал, я бы тебе не отказал.
— Ну-у, — протянул я, усмехнувшись, — тогда ты начал бы расспрашивать, что и зачем, а я бы не смог тебе ответить, и ты бы наверняка отказался.
Алех смущённо хохотнул и почесал затылок.
— Точно, так бы и было.
— Значит мир? — я протянул ему руку.
Алех растерялся, не сколько от предложения, сколько от необычного жеста и словесной формулировки.
— Ну, обиды в прошлом, а мы снова друзья, —
— Да, мир, — широко улыбнулся Алех, с размаху хлопнув по ладони и пожав руку. — Только не забудь про отбор, договорились?
— Не забуду, обещаю, — усмехнулся я.
Занятия пролетели незаметно. Целый день я ждал урока по Шастра-видье и вот, наконец, дождался.
Бал Далия в темно-синей боевой форме, которую обычно носят клановые бойцы, выглядела особенно устрашающе. Крупная женщина с каменным лицом жестом велела нам замолчать, а после начала:
— Как вы все знаете, сегодня мы подведём итоги по метанию ножей и проведем аттестацию! — строго отчеканила она.
Что? Аттестация? Я в ужасе округлил глаза, растеряно глядя на однокурсников. Никто не удивился, не ужаснулся, все ребята восприняли новость спокойно, а значит, все знали. И хоть бы кто-нибудь предупредил!
Черт, я ведь не посетил ни одного занятия, а сегодня уже аттестация. Вот это я влип.
Метал ножи я всего один раз в жизни, в цирке. Мне было лет двенадцать, и наш трюкач по неосторожности оставил без присмотра ножи. Я же, пока никто не видит, возомнив себе невесть что, решил испытать силы. И едва не попал в бегающую у меня под ногами Женьку, за которой я присматривал. К счастью, метатель из меня был паршивый, нож полетел не как положено и ударил Женьку плашмя. Сестренка отделалась легким испугом, но крику-то было. Ну и влетело же мне тогда от матери. В общем, опыт был не удачный и как-то после этого повторить я его не пытался.
— Как я уже предупреждала, — продолжала говорить бал Далия, — аттестация по метанию ножей будет проводиться по движущимся мишеням. Минимальное количество попаданий для сдачи аттестации — пять. У вас будет десять попыток, за каждое дополнительное попадание сверху минимума, дополнительный бал. Напоминаю, использовать шакти строго запрещено на аттестации, увижу, что кто-то хитрит, не засчитаю не единого попадания.
— А пересдать можно будет? — спросил я.
Латифа встревоженно покосилась на меня, кто-то из ребят хихикнул.
— Да, можно через месяц, — бал Далия свысока взглянула на меня, — но на будущее — лучше не пропускать занятий, и тогда не придется пересдавать.
Я злился, но виду не подавал. Хотя негодование было сложно унять. Будто бы бал Далия не знала, что первую половину месяца я провел в ОРМ по приказу Амара Самрата. Конечно, вторую половину отсутствовал по своей вине, и хотя не так уж много я и прогулял, но мне не повезло, потому что именно в эти дни были занятия по Шастра-видье
Я с укором посмотрел на Латифу, она вжала голову в плечи и, извиняясь, улыбнулась, очевидно, признавая свою вину в том,
— Итак, — воскликнула бал Далия, — провести сегодняшнюю аттестацию нам поможет один из лучших иллюзионистов Империи, а также с нынешнего года — педагог Сафф-Сурадж Карим Абакар.
Внезапно куст, который стоял неподалеку от бал Далии, развеялся и перед нами предстал усмехающийся в усы Карим Абакар, заставив однокурсников восхищенно охнуть. Я же насторожился, не нравился мне этот Карим. Я все еще помнил, что он мне устроил на вступительных экзаменах.
— А теперь проследуем на тренировочную площадку! — строго возвестила бал Далия и чеканящим шагом направилась вперед.
— Свамен Карим Абакар, — обратился кто-то из мальчишек, — а мы будем метать прямо по иллюзиям? А как распознать, попал я в нее или нет, она же ненастоящая!
Абакар усмехнулся, и отвечать не спешил. Но я знал, почему он так ухмылялся — Карим Абакар не просто иллюзионист. Он мастер, освоивший свой дар в совершенстве — Повелитель Разума.
— Увидите, — загадочно ответил Абакар мальчишке.
Весь наш курс проследовал на площадку за бал Далией, я всю дорогу ловил на себе взгляд Карима. Неприятный взгляд, липкий, изучающий.
Площадка для метания ножей находилась почти на самой окраине многочисленных полигонов и площадок Сафф-Сурадж, поэтому мы шли к ней довольно долго.
Алех, видя мою мрачную мину, всю дорогу молчал, не решаясь заговорить. Латифа то и дело бросала взгляды, улыбкой пыталась подбодрить, что мол, ничего страшного, сдашь. Едва ли это было так.
Бал Далия вызывала нас по списку. Первым вышел невысокий коренастый мальчишка с безумными вихрями на голове с фамилией Арагос. Он подошёл к стойке, где лежали десять метательных ножей, занял позицию, сосредоточился, занес нож и замер, ожидая команды.
Я старался изучать и запоминать его движения, вряд ли конечно без практики это мне что-то даст, но не делать совсем ничего я не мог. Опозориться перед однокурсниками едва ли хотелось.
Бал Далия кивнула Абакару, и тут же одна из деревянных круглых мишеней, лежащих стопкой на земле, взмыла в воздух. Очень быстро эта мишень преобразовался, превратившись в бойца в черной форме и шлеме, скрывающем лицо. Он двигался и выглядел совсем как живой. Боец казался таким настоящим, что у парнишки с ножом дрогнула рука, и он смазал первый бросок. Видимо парень никогда не убивал, а убедить себя в том, что перед тобой иллюзия, а не живой человек, тоже достаточно сложно.
— Соберись, Арагос, — строго велела бал Далия.
Я не завидовал этому Арагосу, мало того что быть первым всегда сложнее, так он в добавок никак не мог преодолеть психологический барьер и бросить нож в бойца как следует.
Иллюзорный боец двигался неспешно, расхаживал туда-сюда, словно прогуливаясь. Арагос попал в цель только с четвертого раза. Боец изобразил боль, упал на землю, хватаясь за грудь, но через миг он уже снова был на ногах и снова неспешно прогуливался, как ни в чем не бывало.