Месть прошлого

Гичко Екатерина

– Нет, – растерянно отозвалась Майяри. После услышанного она больше склонялась к тому, что ошиблась. – Но неужели никак нельзя посмотреть его записи?

– Только если убедить хайнеса, что они нам действительно нужны, – ответил харен.

– Тогда нам нужно немедленно к нему!

– Нет, сегодня мы едем в гости.

– В гости? – Майяри растерянно моргнула.

Глава 37. Секрет музыкальной шкатулки

– К чему такая секретность? – очень тихо и совершенно серьёзно спросила Майяри, осматривая

трёхэтажный особняк, скрытый за затейливой чугунной оградой и высокими разлапистыми елями.

– У нас вчера неприятность была, – ответил за Ранхаша Шидай, – когда мы эту игрушечку встречали. Нас чуть-чуть не подорвали.

Сердце Майяри сжалось, и она испуганно посмотрела на невозмутимого харена.

– Успели выпрыгнуть.

Девушка аж холодным потом покрылась, представив, что они могли не успеть.

– Не пугай её, – прохладно попросил Ранхаш отца. – Взрыв был несильный. Даже экипаж не развалился.

– Только днище слегка обуглилось. Всё же марать руки в крови отпрыска Вотого они опасаются.

– А артефакт? – нервно поинтересовалась Майяри.

Шидай возмущённо взглянул на неё.

– Ты за кого переживаешь? За него или за нас?

– И за него, и за вас, – с достоинством ответила девушка. – Если артефакт исчезнет или пострадает сильнее, чем уже пострадал, то одни боги знают, сколько мы с этим делом провозимся. А что это за женщина?

Девушка удивлённо посмотрела в окно экипажа на очень высокую, крепкого телосложения госпожу, встречающую их у ворот. Необычайно рослая, с мужеподобным лицом, ярко накрашенными губами и высоко забранными чёрными волосами, она была похожа на неуловимую ата-ран Эргейл – разбойницу гор, сказания о которой обожал Ёрдел. Прям как с картинки сошла. Только настоящая ата-ран носила чёрные штаны и куртку, а эта была в длинном закрытом платье, но, как и положено ата-ран, чёрном.

– А это, моя дорогая, домоправительница Особняка С Елями, достопочтенная госпожа Пандар, – господин Шидай улыбнулся. – Даже не спрашивай, где мы её нашли. Сами не знаем.

Приехавших господ домоправительница встретила совсем нелюбезно, Майяри бы даже сказала, что взгляд, которым их окинули, был пренебрежительным. Госпожа Пандар поднесла к губам трубку с очень длинным мундштуком и, выпустив дым, наконец изрекла приветствие:

– Совсем истощал мальчишка. Старый паршивец, ты за ним не следишь?

– Глаз моих на него не хватает, – весело ответил Шидай и покорно позволил себя не только обмять в могучих объятиях, но и страстно поцеловать в губы.

Брови Майяри от изумления на лоб полезли. Госпожа Пандар с чмоком оторвалась от лекаря – губы того выглядели так, словно он кого-то загрыз, – и женщина добродушно потрепала харена по голове. И тот невозмутимо это стерпел. И после этого невозможно синие, почти чёрные глаза домоправительницы уставились на Майяри. Та ощутила дрожь. Ещё никогда в жизни ей не доводилось видеть таких женщин! В росте и ширине плеч она ничуть не уступала господину Шидаю, а грудь выпирала вперёд бастионом и выглядела так же нерушимо, как горная гряда. Рядом с ней Майяри почувствовала себя заборной штакетиной.

–

Вот это дохлость, – госпожа Пандар сокрушённо покачала головой и немного презрительно искривила губы. – И это в неё влюбился щенок? – она указала на Майяри трубкой, едва ли не вытряхивая пепел на её голову. – Сам тощ, как угорь, и такую же угрицу нашёл. Какие детки у вас народятся, чахлости?

Первое изумление прошло, и Майяри пришла в себя.

– Госпожа, прошу придержать язык, – холодновато попросила она. – Я не невеста господина Ранхаша, поэтому оставьте свои мечты при себе. Думаю, вы прекрасно знаете, зачем мы приехали, так что будьте добры не задерживать нас.

Домоправительница окинула её более заинтересованным взглядом, а вот господин Шидай и господин Ранхаш взглянули заинтригованно. Выступать против Пандар отваживались немногие. Та медленно обошла Майяри, уже куда тщательнее осматривая её, и даже хотела ткнуть в бок мундштуком, но тот неожиданно переломился. Майяри недовольно нахмурилась, и домоправительница почувствовала, как напряжённо зашевелился воздух.

– Норов крепче, чем тело, – одобрительно протянула женщина. – Ну ничего, подкуём.

И, наклонившись, крепко поцеловала Майяри в губы. Ту словно обухом по затылку огрели, и она едва устояла на ногах, благо харен поддержал.

– Госпожа, – предостерегающе произнёс мужчина, когда домоправительница потянулась к нему.

– Какой же ты неласковый мальчишка, – женщина махнула на него рукой и величественно зашагала к дому.

– Майяри, соберись с духом, – посмеиваясь, господин Шидай обтёр губы девушки своим платком. – Это приветственная традиция тех мест, откуда госпожа Пандар родом.

Кошмар какой! Майяри так и хотелось схватиться за сердце. Если целуя Род, она почти ничего не ощутила, то сейчас успела почувствовать десятки оттенков ужаса. В первое мгновение даже показалось, что её съедят.

– А подковывать меня зачем? – зашипела девушка. – Я что, лошадь? Или это ещё одна традиция?

– Она скорее всего имела ввиду «закалить». Южносалейский ей неродной, она сама с северо-востока. Да не пугайся, ты ей явно понравилась. Если познакомишься с ней ближе, то поймёшь, что у неё уйма достоинств. Например, в этот дом никогда не прилетит госпожа Менвиа, – глаза лекаря ностальгически затуманились. – Она была тут всего один раз и поклялась, что больше и тени её пера здесь не будет.

Что ж, это существенное достоинство. Но Майяри в чём-то немного понимала госпожу Менвиа.

Домоправительница провела их на задний двор к двери, ведущей в подвальные помещения, и ушла, громко сетуя на нелюбезных детёнышей.

– Был бы помоложе, женился бы, – Шидай с восхищением посмотрел ей вслед.

Ошеломительная женщина. Это Майяри признавала.

Они спустились вниз по крепкой деревянной лестнице, прошли через обитую железом дверь, спустились ещё ниже уже по каменным ступеням, и мужчины с некоторым усилием отворили тяжеленную железную дверь. Майяри запустила внутрь целое облако желтоватых светляков, и небольшое каменное помещение словно солнце осветило.