Месть колдуна
Шрифт:
– Это потому, что никто ещё не отработал выданных авансов?
– Не только. Мы хотим донести до сознания каждого: никто и никогда не подвергнет жизнь наёмника той опасности, которую можно избежать. Ни один полководец не должен считать своих бойцов расходным материалом войны и посылать их не гибель во имя своих амбиций или для прикрытия своей некомпетентности.
– Ого! Мне нравится такой подход. И кто же проводит в жизнь такие обнадёживающие тенденции?
– С высшим командным составом наёмник знакомится лишь после подписания контракта.
– Логично! Только
Сопровождающие вербовщики сразу поняли замолчавшего кандидата и чуть ли не одновременно вздохнули. Причём вздохнули так многозначительно, что нельзя было разобрать, что их гнетёт больше: недовольство, вожделение, отчаяние или безысходность. Но слюнки стали глотать почти все. Самый старший вербовщик заговорил сухим, официальным тоном:
– Сразу предупреждаю категорически: в корпусе запрещены фривольные отношения в период знакомства.
– Как это? – совершенно растерялся Невменяемый.
– А так. Запрещены подмигивания, свист женщинам вслед и любые скабрезные комментарии. За нарушение – штраф в десять золотых шлагов.
– Ого! За что?! За простое подмаргивание?! Да у вас тут что, пансион придворных девственниц?! – возмутился Кремон.
В корпусах наёмников интимные связи никогда не запрещались. Никогда пары не разделялись, даже в бою. И всегда создавались условия для отработки контракта совместно. По возможности обеспечивали отдельным жильём. Естественно, что услышавший о таких строгостях выходец из небольшого Южного Княжества просто обязан был возмутиться. А уж такой ловелас, гуляка и скандалист, каким себя показал в последнее время Кашад Низу, мог просто развернуться и уйти из вербовочного центра с вполне понятным негодованием.
Теперь уже в объяснения ударился вербовщик с тусклыми и невыразительными глазами:
– Понимаешь, Кашад, наше командование борется за категорическое равноправие полов. Естественно, если тебе понравится кто-то из женщин и ты очень деликатно… Хочу особенно повторить это слово: деликатно!..Дашь ей знать о своих симпатиях – ничего страшного. Всё в порядке вещей. Если тебе ответят взаимностью, делайте что хотите. Но если женщина тебя отторгает и игнорирует твои, опять-таки, деликатные, намёки, ты не имеешь право ни возмущаться, ни мерзко шутить, ни тем более полагаться на свою мужскую силу. И наши женщины этими правилами пользуются в полной мере.
– Каким образом?
– Заметил
– Ещё бы! К ней и слепого потянет! И калека к ней поползёт! Да и вообще: ей место возле королей, баронов и князей.
– Вот именно! – опять вздохнул старший вербовщик. – Признаться, именно по причине её умопомрачительной внешности мы бы предпочли её здесь не видеть. Но у неё такой чёрный послужной список, что любой богатый человек предпочтёт спать в Гиблых Топях, чем с ней. Особенно после знакомства с её характером.
– Да кто она такая?
– Она из Менсалонии. Зовут Золана. Двадцать восемь лет. Молодая, да? Но ещё до того, как прошла обряд Воспламенения убила на гладиаторских аренах сотни бойцов разного пола. А когда стала владеющей тайнами мироздания, ещё больше оставила за собой кровищи. На её счету десятки заказных убийств. Причём весьма громких и скандальных. Даже в Энормии она таких дел натворила, что слабо верится. Но всё-таки смогла уйти от погони и преследования королевской охранки.
– Но она и вначале была такой красавицей? – криво улыбнулся Невменяемый, думая про себя: «Похоже действительно редкостная и ядовитая змея. Жаль, что про таких уголовников, как она, мне дать информацию просто не успели».
– Конечно, внешностью своей она занимается постоянно. Но и боец она просто уникальный. И на достигнутом не останавливается. Постоянно совершенствует своё воинское мастерство. Уже не говоря о магических талантах. Если можно так выразиться, наш командир в ней души не чает.
– А почему «если можно»? Влюбился что ли?
– Кашад, не будь таким любопытным. Всему своё время.
– Понял. И осознал. Что к этой менсалонийке лучше не подкатывать. А не то выгонят из корпуса.
– Да нет, – опять старший вербовщик скорбно улыбнулся. – Вся сложность именно в ней самой. Всех предупреждаем очень строго, но от вашего брата редко добьёшься дисциплины. Так и норовят все руки распустить. Как следствие, у нас тут жуткие скандалы и двое похорон.
Кандидат в наёмники весело стрельнул глазами в сторону тренирующейся красотки и ехидно спросил:
– Что, кто-то умер от любовных переживаний?
– Если бы. А то два простых бойца скончались от её ударов. А потом ещё и Эль-Митолана покалечила изрядно. Еле спасли дурака. Пятьдесят лет живёт, а ума не набрался. Решил её обездвижить да по попке похлопать.
– Вот она какая…! – теперь уже южанин смотрел на менсалонийку с опасливым уважением. А вербовщики перевели разговор непосредственно к испытаниям.
– Пока будем проверять лишь твое воинское мастерство. Для начала и этого хватит. Кто тебя победит, половину жалования того, ты и получишь.
Кашад Низу презрительно улыбнулся:
– Пока мы здесь болтали, я не рассмотрел ни одного порядочного воина.
– Отлично. Тогда выбирай оружие. А мы тебе будем назначать противника.
Парень со снисходительной улыбкой подошёл к пирамиде с деревянным оружием и выбрал два хоста. Крутанул ими в воздухе, проверяя балансировку, и удовлетворённо кивнул. Тем самым, показывая, что готов к бою.