Месть колдуна
Шрифт:
– Что? Не внушаем доверия? А ты бы хотел увидеть перед собой мощных воинов, закованных в сталь и увешанных оружием?
– Ну, нечто подобное…, – протянул Кремон. А про себя отметил: «Опытнейший специалист по эмоциям! Надо не забывать о его умении, но в остальном держать себя развязно и нагло». А вслух спросил: – А кто же ещё может предлагать горячее дельце для настоящих воинов? Да ещё и с солидными трофеями!
Другой Эль-Митолан, с тусклыми бесцветными глазами нравоучительно произнёс:
– У каждого свой кусок общей работы. А конечный итог успешного военного похода зависит даже от такой
Затем озабоченный процедурными вопросами клерк зачитал основные требования к наёмнику, его права и обязанности. Напомнил об индивидуальном для каждого вербуемого размере оплаты. И огласил дополнительные требования заказчика:
– Проходить военную подготовку на территории Ледонии.
– Во всём подчиняться командирам-колабам.
– Быть готовым по первому же приказу воевать против любого государства.
– Здесь, в Шиирнадаре, а потом и в Кихоне пройти проверку на лояльность под Сонным Покрывалом.
Казалось, что Кашад Низу нисколько не смутился, услышав первые три требования, но прямо-таки вскипел и раскраснелся лишь при самом упоминания следственного артефакта. Восклицая чуть ли не с праведным гневом:
– А это ещё зачем?!
На что самый младший из колдунов, спросил с ядовитым сарказмом:
– Молодой человек! Уж не думаешь ли ты, что твои мерзкие и неблаговидные поступки в Южных Княжествах нас хоть на медный шлаг интересуют? И что мы выдадим тебя одному противному, заплывшему жиром князьку?
Пришлось с затравленным видом согласно кивнуть головой.
– Вот видишь, понимаешь! Может, есть иной смысл что-то скрывать?
Кашад Низу задумчиво покряхтел и снова не ответил. Лишь пожал плечами.
– Действительно – нечего. Тогда можешь садиться под Покрывало с чистой совестью.
Тут же слово взял специалист по эмоциям. Видимо он любил и умел торговаться:
– Теперь давай предварительно оговорим сумму твоей оплаты.
– Давай! – согласился Кашад с загоревшимися глазами и тут же воскликнул: – Хочу получать триста тысяч золотых шлагов в год!
В ответ все пятеро вербовщиков от души и громко рассмеялись. И лишь немного успокоившись, тусклоглазый добродушно пояснил:
– Понимаешь, таких денег у нас никто не получает. И не получал. Ты слышишь? Ник-то! Ни-ког-да!
– Зато я самый лучший, сильнейший и непобедимый! – гаркнул Кашад Низу, багровея от злости. – И если найдётся хоть один, кто меня победит, готов получать половину его жалования!
– Договорились! – чуть ли не хором воскликнули все Эль-Митоланы и радостно переглянулись. Уж завтра лучшие воины покажут этому новичку свою мощь. – Тогда с утра выходишь на наш внутренний ринг и демонстрируешь своё мастерство.
– Согласен.
Будущий наёмник ответил с некоторой неуверенностью. И четверо вербовщиков приняло это за страх перед завтрашними поединками. Но лишь специалист по эмоциям уловил явное разочарование, идущее от молодого колдуна. И относилось оно к тому, что этой ночью он никак не сможет вернуться в кабак с полученным авансом и продолжить бесшабашную гулянку. Придётся спать на новом месте и копить силы на утренние поединки.
«И то хорошо! – подумал опытный вербовщик с одобрением. – Ответственный парень!
Часть шестая
Так и пришлось заночевать в загородной вилле. Хотя на условия жаловаться не приходилось. Вербовщики не поскупились ни на славный ужин, ни на роскошные и чистые покрывала на широкой постели. Сразу было заметно, что приём подобных гостей у них поставлен на широкую ногу. Не жадничают, пытаются вести себя солидно и с великодушием. Значит, средствами оперируют немалыми. Точнее, очень и очень крупными деньгами они ворочают. Вот бы выяснить, откуда идут эти денежные потоки. И как? И через кого? Ведь не могут сами бароны в своём государстве содержать вербовщиков на свои средства. А может они просто предоставляют Ледонии ссуду? Тогда под какие закладные это делается? Возможно, им пообещали нечто грандиозное в будущем?
Ответов на все вопросы не было. И никто не собирался выкладывать нужные сведения на протянутой ладошке. Бадуш Шиндар не пытался подкупить даже клерков, которые могли бы что-то подслушать в зале заседаний Верховных Баронов. А уж о каком-то влиянии на самих баронов, не могло быть и речи. То есть о связях, договорах и конкретных направлениях сотрудничества между Ледонией и Баронством Радуги, в Энормии могли только догадываться. Бадуш лишь пожаловался Невменяемому, в один из первых дней прибытия в столицу, что основные сведения собирают не разведчики, а представители посольства Энормии. И делают это на самых заурядных и банальных пьянках. Когда упившиеся вусмерть работники канцелярий и министерств выбалтывают всякую всячину. А от разведки почти нет толку. На что Кремон шутя, предложил просто-напросто похитить одного их Верховных и элементарно выпотрошить из него все тайны. Как ни странно резидент с этим согласился, но добавил, что на такое они пойдут только в самом крайнем случае.
На завтрак можно было брать что угодно. Только Невменяемый умерил свой аппетит, резонно опасаясь предстоящих испытаний. Хотелось сразу же и навсегда закрепить за собой звание лучшего и непобедимого. А полный желудок вряд ли поможет такому стремлению.
С самого подъёма все три Эль-Митолана вербовщика не отходили от молодого кандидата ни на шаг. Знакомя с распорядком дня, зачитывая правила и разъясняя систему увольнительных, режим тренировок и основы взаимоотношений между наёмниками. Как ни странно, но Кремону организация жизни на вербовочном пункте весьма понравилась. На первый взгляд, по крайней мере. Чувствовалась продуманность каждого момента, соответствие каждой детали насущной необходимости и просматривалась уверенная рука талантливого организатора.
На внутренний плац колдуны-вербовщики вывели Кремона в разгар начавшихся тренировок с оружием. Не с настоящим конечно, а с точными копиями, изготовленными из утяжелённых пород дерева. Естественно, что без единого намёка на режущие кромки и заострённые наконечники. Вместо них острия мечей заменяли округлые набалдашники.
– У нас весьма строгие указания об избегании травматизма в процессе тренировок.
Кремон, ещё не считавший себя обязанным разговаривать вежливо со старшими в иерархии центра, пошутил: