Месть Клеопатры
Шрифт:
Фиона брыкалась, мешая бандитам стянуть с нее джинсы.
Дверь вновь открылась, и появились Чи-Чи Моралес и Жасмин в сопровождении четырех охранников.
— Что все это значит? — спросил Чи-Чи, увидев бьющуюся в руках у бандитов девушку.
— Она ищейка, — сказал Писсаро.
— Я не ищейка! — завопила Фиона, в отчаянии глядя на своих мучителей.
Чи-Чи подошел к ней и посмотрел ей в глаза.
— Может быть, она и не врет.
Писсаро покачал головой,
— Чи-Чи, они уничтожили все касающиеся ее записи, но забыли о членстве в религиозной и в самаритянской организациях полицейских.
— Да, наверное, мои записи там гуляют с одного письменного стола на другой, — закричала Фиона.
— Может быть, так, а может, и не так, — произнес Чи-Чи, наблюдая за тем, как Хуан спускает с нее джинсы, — но рисковать я не буду.
Он жестом приказал Писсаро продолжить допрос с пристрастием.
— Трусики тоже? — поинтересовался Хуан.
— Да нет, пусть останутся. Они не помешают. Завалите ее на спину и раздвиньте ноги.
Алехандро больше не имел права ждать. Он пристроил пулемет на край одного из неровно лежащих ящиков и начал целиться в спину Писсаро, пока тот медленно подносил горящую зажигалку к раздвинутым ногам Фионы.
— Не делай этого!
В складском помещении внезапно появилась Юдит. Она захлопнула за собой боковую дверь и заперла ее.
— С чего это ты вдруг раскомандовалась? — заорал на нее Писсаро.
Юдит меж тем подошла поближе.
— Я твоя начальница, Гектор. Убей ее, если надо, но не вздумай вытворять ничего в таком роде.
Ледяной тон, которым Юдит произнесла эти слова, не оставлял сомнений в том, что у нее не дрогнет рука убить Писсаро, если тот ее ослушается.
Разинув рот, Писсаро в недоумении уставился на Чи-Чи. Вот кто был его истинным начальником.
Чи-Чи посмотрел на Писсаро, улыбка у него на губах выдавала, что он испытывает определенное удовольствие от всего этого спектакля.
— Делай, как сказала Юдит. У нас с ней свои дела.
Писсаро сразу же утихомирился.
— Как будет угодно.
Алехандро отполз поглубже в свое укрытие, держа ручной пулемет на сгибах локтей и чувствуя, как бешено колотится у него сердце, а с висков на глаза накатывают струи пота. «Держись, Фиона, держись», — вновь взмолился он.
Юдит подошла к Фионе.
— Дайте ей одеться.
Она подала Фионе джинсы.
— Спасибо.
Фиона взяла джинсы и, повернувшись спиной к наркодельцам, надела их.
— Дерьмо такое, — сказал Романо, вешая трубку. Он только что услышал от дежурного на входе о том, что начальник отдела по борьбе с наркотиками
И тут же дверь широко распахнулась; Верзила Паули занял, казалось, весь дверной проем; судя по побагровевшему лицу и набухшим на висках жилам, он был вне себя от ярости. Романо никогда прежде не видел Бурке в таком состоянии; невольный страх заставил его медленно подняться из-за стола и упавшим голосом спросить:
— Что стряслось?
— Чи-Чи только что ликвидировал Сала Элиа у ворот «Уолдорф Астории». Еще один из моих парней отправился на тот свет из-за твоего поганого вранья!
Романо старался взять себя в руки.
— Что за чушь ты несешь?
— Я говорю об Алехандро Монэхене. — Бурке наконец захлопнул за собой дверь и устремился к письменному столу. — Он или на тебя работает, или на Чи-Чи. И ты немедленно скажешь мне, на кого из вас двоих!
— Мне очень жаль Элиа, но каким образом это может быть связано с Алехандро?
— Элиа «пас» Фиону Ли, когда его убили.
— Ну а кто такая Фиона Ли? — заорал Романо.
— Мой внедренный агент. Она водит те самолеты, с которых на парашюте сбрасывают героин. На нужды нашего города! — проорал в ответ Бурке.
Романо рухнул в кресло, едва не откусив свой язык.
— Убийство Сала Элиа означает, что ее «легенда» раскрыта. И если мы не примем немедленно меры, то ее убьют тоже. А я не хочу терять еще одного из моих людей, Джой.
— Паули…
— Хватит трепаться, Джой. Свяжись со своими шпиками и выясни, где сейчас моя Фиона. А если ты этого не сделаешь, то я запущу такую дезинформацию, что она взорвет весь этот чертов город. Я сообщу, что у нас якобы существуют ударные отряды нью-йоркской полиции. Ударно-истребительные! Либералы поднимут такой вой, что вся твоя работа полетит к чертям собачьим.
— Ты этого не сделаешь, — неуверенно произнес Романо.
— Давай попробуем!
Энди Сивер нервно жевал конец уже десятой за нынешний день манильской сигары и смотрел на мониторы, установленные на консоли, когда по спецсвязи до него донеслось:
— Контроль вызывает платформу номер 1.
— Платформа номер 1, прием, — ответил Сивер.
— Что там у вас происходит? — осведомился Бандюга Джой.
Сивер доложил, что Писсаро, а вслед за ним и остальные наркодельцы вошли в складское помещение.
— А женщина с ними была? — поинтересовался Бандюга Джой и кратко описал внешность Фионы.
— Совершенно определенно, она прибыла вместе с Писсаро.
— Она агент отдела по борьбе с наркотиками. И ее «легенда» рухнула.