Месть Клеопатры

Каунитц Вильям Дж.

Справа от того места, где он сейчас стоял, на расстоянии в четыре пирамиды, за коробками и ящиками притаилась деревянная дверь в стене. Заметив ее, Алехандро бросился к ней и, отодвинув несколько ящиков, добрался до самой двери. Это была двойная дверь с полостью между половинами, довольно примитивной конструкции, и она оказалась не заперта. Алехандро открыл ее. Между стеной, крытой линолеумом, и основной кирпичной стеной здесь имелось свободное пространство примерно в четыре фута.

Войдя в это пространство, Алехандро увидел стальную дверь с кодовым замком, который был опечатан. «За эту дверь мне проникнуть

не удастся», — подумал он. Скрючившись в тесном проеме, он достал видеокамеру с телеобъективом на шнуре, включил монитор и принялся заводить провод с объективом под стальную дверь. Он взмок от пота. Вытирая рукой пот со лба, он посмотрел на часы. До взрыва оставалось еще двадцать семь минут.

Юдит Стерн работала у себя в кабинете в «Исторической ассоциации», когда ей позвонил Писсаро. Услышав его сообщение, она сердито бросила трубку на рычажки, открыла сумочку из крокодиловой кожи, чтобы убедиться в том, что автоматический пистолет на месте, и бросилась прочь из офиса, последними словами ругая про себя идиотов латиноамериканцев.

Бурке сидел у себя в кабинете за письменным столом, пытаясь сосредоточиться на рапорте дежурного капитана из Семьдесят восьмого округа, в котором тот сообщал о состоявшейся ранее тем же утром перестрелке между двумя членами одного из его «ударных отрядов» и мелкими бруклинскими бандитами. С чувством нескрываемого удовлетворения он прочитал о том, как, уже после того, как производящие арест офицеры идентифицировали себя, трое бандитов потянулись за пистолетами и были застрелены на месте. «Тремя ублюдками меньше», — подумал он именно в то мгновение, когда к нему в офис ворвался капитан Дэйв Кац.

Верзила Паули уставился на пепельно-серое лицо своего заместителя.

— Дерьмо, — пробормотал он вполголоса. Слишком много раз за все годы службы ему доводилось видеть такие лица у своих подчиненных, чтобы догадаться, что это могло означать. — Кого? — чуть слышно спросил он.

— Сал Элиа попал в засаду у входа в «Уолдорф». Он мертв.

Губы у Бурке задрожали, он обхватил голову руками.

Кац смахнул слезинку с глаз, перевел дух, спросил:

— Вы хотите выехать на место преступления?

Руки Верзилы Паули упали на стол. С неожиданным — и чудовищным — спокойствием он произнес:

— Соедините меня с Романо.

Разинув рот, Алехандро смотрел на то, что представало перед ним на мониторе. Груды денег лежали на полках в потайном помещении за стальной огнеупорной дверью. Алехандро казалось, будто все это ему снится. За все годы, проведенные им в личине глубоко внедренного агента, ему не раз доводилось слышать о легендарных «кассах» наркодельцов, но еще никогда он не видел хотя бы одну из них воочию.

Шевеля проводом под дверью и переходя от одной россыпи сокровищ к другой, он подумал о том, что вся система правосудия в этой стране ни за что не способна противостоять коррумпирующему воздействию такого количества денег.

Поднеся к губам передатчик, Алехандро прошептал:

— В задней части склада хранятся их деньги.

Проталкивая провод глубже под дверь, он внезапно услышал снаружи, как открылась раздвижная дверь. Услышал — и оцепенел. Алехандро бросил быстрый взгляд на часы. Оставалась еще

уйма времени до того момента, когда Сивер должен был выпустить его. Он выдернул провод из-под двери и спрятал видеокамеру в сумку.

— Не врывайтесь, — сказал он Сиверу по передатчику. — Возможно, они зашли всего на пару минут.

— Вздор, — пробормотал Сивер в ответ. Со своей наблюдательной позиции ему было видно, как все новые и новые гангстеры Писсаро выбираются из фургона.

Алехандро скорчился за упаковочными клетями, в руке у него появился девятимиллиметровый ручной пулемет, палец уперся в гашетку. Устанавливая режим стрельбы — очередями по три, — он заметил, что руки у него дрожат. Алехандро закрыл глаза, приказав себе успокоиться, затем провел рукой по лбу, стирая пот, стекающий ему на глаза. Посмотрел на часы: до взрыва оставалось восемнадцать минут. Спрятавшись за одной из пирамид и стараясь ничем не выдать себя, он принялся следить за тем, как в складское помещение вваливаются наркобандиты.

Первым вошел Хуан — парень с конским хвостом на голове и с бриллиантовой серьгой в ухе. Следом за ним появились Фиона и Писсаро, за ними — еще трое гангстеров. Дверь закрылась и захлопнулась; Фиона почувствовала, что у нее подкашиваются ноги и по спине бегают мурашки.

Писсаро подошел к ней. Вид у него сейчас был просто убийственный.

— Ну-ка, объясни мне, почему ты вступила в «Общество Святого Георга» и в объединение «Женперсонал полиции».

Он произнес это ледяным тоном, а затем — совершенно внезапно — ударил ее по лицу. Фиона рухнула на пол, изо рта у нее хлынула кровь.

— Не знаю… — начала было она заплетающимся языком, но Писсаро безжалостным ударом ноги в живот заставил ее скорчиться от невыносимой боли.

Естественным порывом Алехандро было выскочить из укрытия и открыть огонь, но здравый смысл заставил его отказаться от этого намерения. Ему удалось бы уложить Писсаро и двоих, а то и всех остальных, — но не раньше, чем кто-нибудь из них успел бы убить Фиону. Истинно мудрым решением было бы дождаться взрыва. Тогда наркодельцы запаникуют, а он сможет открыть огонь по ним прямо с того места, где находится сейчас. А если учесть, что пулемет у него с глушителем, а вокруг будет треск и грохот, бандиты не смогут обнаружить, откуда идет стрельба.

Выглядывая из своего укрытия, Алехандро увидел, что Фиону еще раз ударили по лицу, и голова ее беспомощно откинулась назад. «Держись, Фиона», — мысленно взмолился он.

Двое бандитов подняли Фиону на ноги. Писсаро взял ее за подбородок.

— Ты ищейка.

— Нет… нет… — залепетала она. Кровь лилась у нее из носа и изо рта. — Я поработала в полиции всего три недели. Меня выгнали, потому что я дала инструктору по яйцам. И я все это рассказала Касуэллу. Разве вам не известно это?

Писсаро ударил ее кулаком в живот.

— Нет, не известно, потому что ты ему ничего подобного не рассказывала.

Он уже было отошел от нее, но внезапно повернулся и ударил ее ногой в пах. Она обмякла, лишь руки двух бандитов не дали ей опять упасть наземь.

— Стяните с нее джинсы, — распорядился Писсаро, достав из кармана газовую зажигалку и пустив пламя. Схватив Фиону за волосы, он поднес горящую зажигалку к ее лицу. — Я спалю тебе целку этой штукой, и тогда ты расскажешь мне все, что нужно.