Месть блондинки

Мэсси Соня

Подумав, что очень кстати вспомнил наставления инструктора, Нед сжал рукоятку «кольта», поднял его и положил палец на спусковой крючок. Надо было выстрелить первым. Немедленно! Но что-то остановило Неда. Убить такую красивую женщину только потому, что ему что-то померещилось?

В глаза ему ударила яркая вспышка выстрела, и едко запахло порохом. Нед охнул, застыл на долю секунды и рухнул на раскаленный асфальт. Перед глазами мелькнул смутный образ Сьюзен и еще не родившегося ребенка, а потом наступила темнота.

Их дом стал совсем другим. Керри почувствовал это, как только переступил порог. Здесь было пусто и даже пахло чем-то нежилым. Керри немного постоял в холле, прислушиваясь к гнетущей тишине, и ощутил тот же страх, который заставил их покинуть родное жилище. Ему даже показалось, что в этом заброшенном доме поселилась враждебная ему сила, но он, отогнав дурные мысли, направился в гостиную, где они с мамой совсем недавно проводили вечер.

Как жаль, что выстрелы в его окно оборвали привычное течение жизни и вынудили их спасаться бегством! Это было самое жуткое событие в его жизни. Керри впервые столкнулся с реальной опасностью, но тогда рядом с ним была мама, а сейчас ее нет, поэтому придется самому заботиться о себе и о своей дальнейшей судьбе. Даже их опустевший дом как бы говорил о том, что хозяйка давно не переступала его порог.

— Ничего, — пробормотал Керри, — мама скоро приедет. Ничего плохого с ней не случится. Пройдет немного времени, и все будет по-прежнему.

Его слова эхом отдались в пустом доме, будто возражая ему. Как он ни старался, они так и не развеяли тоску одиночества. Впрочем, даже тишина пустого дома угнетала Керри не так, как чемодан, который он принес. Его ручка обжигала пальцы и возбуждала непреодолимое желание поскорее избавиться от этого ужасного груза. Керри все чаще размыш лял о том, какую цену ему придется заплатить за содеянное.

Его больше всего тревожила судьба матери. Теперь он не сомневался, что ей грозит смертельная опасность. Керри не знал, как помочь матери. А вдруг с ней произошло что-то ужасное? Как он успокоит свою совесть и чем оправдает свой гнусный поступок?

Заперев дверь на засов, Керри пошел в кухню. Водрузив чемодан на стол, он стал ломать голову над тем, что делать дальше. Решив, что глупо оставлять чемодан на виду, Керри засунул его в плиту. Сев за стол, он написал себе памятку: «Не забыть вынуть его перед тем, как стану разогревать пиццу».

Мысль о любимом лакомстве приободрила его. Только сейчас он сообразил, что давно проголодался. Однако донимали его и другие мысли.

Бойд!

Надо поскорее связаться с Бойдом и сообщить, что он готов встретиться и расплатиться со Стивом.

Но все это необходимо обдумать. Керри уже понял, что импульсивные поступки приводят только к неприятностям. Если бы они с мамой получше пораскинули мозгами, то сейчас жили бы как прежде, а не носились бы из стороны в сторону в поисках мнимой безопасности. На сей раз он хорошенько взвесит каждый свой шаг, чтобы потом не пришлось сожалеть об ошибках.

Немного успокоившись и удовлетворившись разумным, как казалось, решением, Керри направился в ванную

и не заметил, как мигала красная лампочка на автоответчике, приглашая выслушать информацию. Он был слишком занят своими мыслями.

Джейн снова и снова прокручивала в голове захватывающий сюжет о том, как она застрелила полицейского. Однако не проехала она и двадцати миль, как возбуждение исчезло, сменившись будничным настроением. Как ни странно, убийство уже давно перестало волновать ее, щекотать нервы и доставлять ощущение силы и власти над людьми. Прежде было иначе.

Мчась на полной скорости по темной пустыне Аризоны к границе Калифорнии, Джейн невольно вспомнила свое первое убийство, круто изменившее ее жизнь.

Он был одним из многочисленных любовников ее матери, работавшей тогда официанткой в захолустном ресторане. Как же его звали? Билл? Боб? Бак? Ну да ладно, Бог с ним. За давностью лет Джейн не могла вспомнить имя своей первой жертвы. В ту пору ей было всего четырнадцать — в этом Джейн не сомневалась. Этот парень решил позабавиться с ней и пригласил покататься на своей моторной лодке на озере Териоки. Сначала все было нормально, но посреди озера он вдруг заглушил мотор и сказал, что у него кончился бензин.

Озеро Териоки не пользовалось популярностью у местных жителей, а в тот трагический день и вовсе было безлюдным. Билл, или как там его, видимо, решил, что это самое подходящее время для любовных забав с юной дочерью своей любовницы, и, не теряя времени, приступил к выполнению своего гнусного замысла.

Однако маленькая Дороти оказалась крепким орешком. Она действительно была маленькой и на вид совершенно беззащитной, но только на вид. Повидав в жизни уже немало, Дороти была готова отстаивать свое достоинство. Во всяком случае, те времена, когда к ней захаживал дядюшка, канули в прошлое.

Дороти молча выжидала удобный момент для нанесения удара. Когда этот парень поднялся и начал расстегивать молнию, она вдруг бросилась на него, ударила головой под дых и опрокинула за борт. В следующую секунду Дороти завела мотор и несколько раз проехалась по бедолаге, превратив его в кровавое месиво острыми лопастями мотора. Это было ужасное зрелище. Даже все местные газеты написали о том, что на окровавленные останки невозможно было смотреть без содрогания.

Мать до конца жизни не простила ей этого. Эта извращенная женщина не понимала, почему дочь столь жестоко обошлась с человеком, не замышлявшим ничего плохого.

Дороти старалась не замечать косых взглядов матери, но позднее та стала относиться к ней гораздо лучше: выказывала уважение, не наставляла на путь истинный и не лезла в ее личную жизнь. Мать знала, что Дороти погубила ее любовника, но так и не донесла на нее в полицию.

Впрочем, в полиции и без того понимали, кто, как и когда расправился с развратником, но доказательств вины Дороти не нашли.

Два года после этого Дороти преследовали кошмары. Она видела красную от крови воду озера и слышала душераздирающие крики.