Мещёра
Шрифт:
— Аглая, накрывайте на стол, — скомандовала Бэлла Геннадьевна.
— Всё готово, стол накрыт, — закивала старушка и посеменила прочь из просторной гостиной мимо большого шкафа светлого дерева на коротких изогнутых ножках, такого же колченогого стола и огромного, до потолка, зеркала в резной лакированной раме.
— Ну, приводите себя в порядок, и прошу к столу, — с профессиональной широкой улыбкой менеджера по продажам проговорила Бэлла Геннадьевна.
Бабушка Аглая снова откуда-то бесшумно вынырнула, раздала ребятам ключи от комнат и опять исчезла.
— Возьми мой
— Ничего, это быстро, — снова широко улыбнулась Бэлла Геннадьевна и открыла неприметную дверь в конце узкого бокового прохода, за которой оказался обычный офисный кабинет с компьютером, принтером, ксероксом и стеллажами. Как будто портал в другой мир — из деревянного терема в старинном стиле прямиком в какой-нибудь бизнес-центр. — Мы специально запрятали этот кабинет подальше, чтобы не нарушать атмосферность, — пояснила Бэлла Геннадьевна, усаживаясь в офисное кресло за столом и порхая длинными окольцованными пальцами по клавиатуре.
Действительно, регистрация заняла всего пару минут, и скоро Ника вошла в общую с Женей комнату. Женя к тому времени успела умыться и переодеться в спортивный костюм с мультяшками и стразами, и теперь стояла у зеркала в ванной, укладывая длинные двуцветные пряди в косу вокруг головы. Всё же странный у неё вкус.
— Ты на меня не обижайся, — сказала Женя, держа во рту шпильки, пока Ника смывала пыль с лица и шеи. — Просто я не люблю, когда кто-то где-то застряёт, и все должны ждать одного.
— Я же не специально, — проговорила Ника, вытираясь мягким махровым полотенцем. Она заставила себя замолчать, хотя очень хотелось свалить всё на Стасю.
— Да я знаю. Это вообще из-за твоей подружки, я всё прекрасно видела. Просто я не могу на неё наезжать, потому что Гордей сразу кинется её защищать, а я буду как злодейка. Оно мне надо? — Женя воткнула очередную шпильку в причёску и теперь проверяла аккуратность косы.
— Зачем он тебе вообще нужен? — решилась спросить Ника, пытаясь уложить свою вихрастую стрижку хоть во что-то мало-мальски приличное.
— А что? Спортивный, симпатичный, родители состоятельные. Ты слышала, он машину недавно разбил? Так ему родители уже через месяц новую купили. И потом — у нас общие интересы, а это вообще редко бывает. Так что, можно сказать, мы друг другу идеально подходим. — И Женя уверенно улыбнулась своему отражению в зеркале, чуть поворачивая голову, чтобы получше рассмотреть причёску. Потом недовольно цыкнула, распустила волосы и собрала их в два пучка.
Такая укладка усиливала в её облике нечто хищное, что раньше читалось не так открыто. С этими двуцветными «ушками», широкими тёмными бровями, зелёными глазами с тёмными ресницами и большим ртом она становилась похожа на кровожадного дикого зверя.
— Но у него есть Стася, — всё-таки проговорила Ника, чтобы хоть как-то поддержать подругу.
Женя прыснула от смеха.
— Она подвинется, поверь мне. А не захочет по-хорошему, так я её заставлю. Можешь так ей и передать. — Улыбка Жени стала
Ника вытянула тёмно-русый вихор надо лбом и отпустила. Волосы тут же снова загнулись в крупную спираль. Когда они уже отрастут.
Да, плотоядная Женя наметила себе знатную добычу. Только вот Гордей — сам тот ещё агрессор. Впрочем, они вполне могут составить хорошую пару. Могли бы. Если бы не Стася, которая только на первый взгляд кажется милашкой-дюймовочкой. А на самом деле её когтям и клыкам ещё некоторые хищники позавидуют.
Интересно, а Женя в курсе, как именно разбилась машина Гордея?
— Ты идёшь? — спросил Женин голос из-за двери.
— Да, я сейчас. — Ника выключила свет и вышла из ванной. Вместе с Женей они вернулись в общую гостиную, где на том же колченогом продолговатом деревянном столе, покрытом расписной скатертью, появился ещё и огромный блестящий самовар с чайником на верхушке.
— Ух ты! — Женя тут же достала смартфон и сфотографировала своё искажённое отражение в выпуклом боку самовара.
— Я уже десять таких фоток в сториз выложила, — скучающе произнесла Стася, пока Женя водила пальцами по экрану своего гаджета.
— Важно не кто быстрее, а у кого больше лайков, — проговорила Женя, бросив острый взгляд на Стасю.
— Ну что, давайте знакомиться, — громко произнесла Бэлла Геннадьевна, по-царски усаживаясь во главе стола. — Как меня зовут, вы уже знаете. Расскажу немного о себе. Я родилась здесь, в Красных Серпах. Когда именно, не буду говорить. — Тут она по-актёрски рассмеялась. Ребята, правда, эффект не оценили, потому что были заняты поглощением яств, что подносила бабушка Аглая. — Потом я уехала учиться, потом работала, имела свой бизнес. Но жить в большом городе мне надоело, и я вернулась на малую родину. Вот, открыла здесь гостевой дом, придумала туристическую программу. Буду развивать сельский туризм.
Тут Бэлла Геннадьевна замолчала, видимо, ожидая реакции, но ответом ей были лишь звуки поедания роскошной выпечки, от которой даже Ника не смогла удержаться. Рискуя не влезть завтра в свой костюм, она уплетала уже третий беляш. Гордей перемалывал блюдо пельменей, Стася загребла все овощи, до которых сумела дотянуться, Женя бросала в свою тарелку всё подряд — картофельное пюре, куриные ножки, колбасу, солёную рыбу с луком.
Поняв, что хозяйка всё ещё ожидает какого-нибудь ответа на свой монолог, Ника попыталась хоть что-то сказать.
— А почему именно такая программа? — спросила Ника с набитым ртом. Невежливо, конечно, но она уже почти полгода не ела никакой выпечки.
— О, это прекрасный вопрос, — оживилась Бэлла Геннадьевна. — Вы ведь знаете предание о Еремее, легендарном нижегородском разбойнике? — Ребята только молча покивали. — Ну да, её все знают. Ещё в семнадцатом веке он создал целый клан, что грабил купеческие суда и торговые караваны. Нижний Новгород ведь уже тогда называли карманом России, здесь и ярмарки, и слияние двух рек, по которым двигались торговые корабли. Деньги здесь водились, и немалые. Словом, было, чем поживиться. Вот Еремей этим и пользовался. Но мало кто знает, что у него была дочь.