Мерзавец
Шрифт:
— Привет, — улыбается.
— Пригласишь?
— Да, проходи, — распахивает дверь шире, пропуская меня. Хочется наброситься на нее, впиться в эти сладкие губы, в родинки на плече, но я сдерживаюсь, держа эту гребаную дистанцию.
Много меня.
Да, меня задело. Пиз*ец как задело, но дистанцироваться совсем не могу. Я запах ее вдыхаю и дурею.
— Чай будешь? — интересуется Анна.
— Буду, — киваю. И тебя тоже буду, но ты, оказывается, жадная девочка.
Проходим на кухню, Анна начинает суетиться, ставя чайник, и прячет взгляд,
Блять! Прикрываю глаза.
— Закончила срочный заказ? — интересуюсь я.
— Да.
— Хорошо. Квартиру нашла?
— Нет пока, в процессе, — открывает шкафчик, достает печенье в вазочке. — У меня варенье есть вишнёвое. Будешь?
— Вишнёвое, — ухмыляюсь. — Буду.
Моя Вишня кивает, облизывая губы, и открывает холодильник, доставая баночку.
— Так в чем проблема? Жилья вроде много.
— Много, но устраивающего меня пока не нашла, — пожимает плечами.
— Есть квартира, почти в центре, хороший район, охраняемая территория, шестой этаж, лифт, с мебелью. Поехали, посмотришь.
— Нет, мне не подходит, — качает головой и заваривает какой-то очень вкусно пахнущий чай в прессе.
— Почему? Реально хорошая квартира.
— Ну ты что? В центре, с охраной и мебелью. Ты представляешь, сколько она стоит?
— Недорого, практически даром, — усмехаюсь. Сажусь за стол, наблюдая, как Аня разливает нам чай.
— Так не бывает. Значит, это аферисты сдают.
— Да ну какие аферисты? Друг мой сдает. Он в Тае сейчас живёт, ему просто надо, чтобы присмотрели за квартирой. Поехали, просто посмотришь, — настаиваю я. Хмурится, сомневаясь. — Вишня моя, собирайся, просто посмотрим, — давлю.
Беру ложечку варенья и с удовольствием съедаю ягоду, подмигивая Ане.
— Собирайся.
— Ладно, тебе невозможно отказать, — качает головой.
— И это замечательно.
Убегает.
Вкусное варенье, пробую еще, запивая чаем на травах.
***
— О, сразу нет, — заявляет Анна, когда мы переезжаем через пост охраны, заезжая во двор жилого комплекса.
— Ты еще ничего не видела.
— Да и не надо, я уже вижу, что в этом комплексе неизвестно кому квартиру не сдадут.
— Да почему неизвестно-то?
— Ты хорошо знаешь человека, который сдает? — с подозрением спрашивает она.
— Как себя, — снова ухмыляюсь.
Выхожу из машины, открываю дверь, подаю Ане руку, вытягивая на улицу.
Проходим в подъезд, в лифт, открываю своими ключами дверь, пропускаю Анну, запираюсь.
Вот она и у меня дома. Хочу ее здесь. Каждый день хочу, но не представляю, как уговорить остаться.
— Что думаешь? — окидываю взглядом прихожую.
— Думаю... — задумчиво осматривается.
Опускаюсь перед ней на корточки.
— Дай ножку, — снимаю ее туфли, попутно целуя колени, и заглядываю под юбку платья. — Белые трусики. Люблю белый
Поднимаюсь, беру за руку и завожу в гостиную.
Анна молча проходится по комнате, рассматривая обстановку, выглядывает в окно.
— И?
— Шикарно. Дизайн необычный, места много, у тебя есть вкус, — улыбается.
— А при чем здесь я?
— Это твоя квартира, — не спрашивает, констатирует.
Какая проницательная Вишенка.
— Моя, — соглашаюсь, кивая.
— Нет, — качает головой.
— Да почему «нет»? Квартира большая. Места много, охрана не пропустит посторонних без твоего согласия. Да и не думаю, что твой муж сунется на мою территорию.
— Матвей... — пытается возразить, но я ее останавливаю, выставляя руки.
— Обещаю, не буду отвлекать тебя от работы.
— Нет, — упрямо качает головой.
— Неприятен сам факт проживания со мной?! — снова психую. Только с ней я такой взрывной. Вишня моментально выводит меня на эмоции.
— Мне все приятно, что связано с тобой.
Подкупает то, что воспринимает мои психи спокойно.
— Тогда в чем проблема?
— Я не готова вступать на твою территорию. Это слишком серьезный шаг. И он нам не нужен.
Пауза, пытаюсь переварить сказанное ей.
— То есть серьёзно и на будущее ты меня не рассматриваешь?
Сам не верю в то, что говорю. Это женская претензия. Обычно девушки хотят серьёзности и рисуют будущее, а мужчины съезжают.
— Матвей, — глубоко вздыхает, идет ко мне и встает вплотную, заглядывая в глаза. — Ну представь, поживём мы вместе: совместный быт, откроются недостатки, начнутся претензии, и все... Это почти брак, только без штампа в паспорте.
— Что «все»?
Чувствую себя идиотом. Потому что реально не понимаю.
— Тебе надоест. Интерес, страсть пройдут, ты захочешь свободы.
— Ммм, классно ты за меня решила! — обхватываю ее талию. — То есть меня много? Со мной можно только трахаться раз в неделю?! — почти рычу, вжимая ее в себя. — Окей, давай потрахаемся и разбежимся! — злюсь. Впиваюсь в ее упрямые губы, всасываю, кусаю, одновременно задирая платье. Анна бьется в моих руках, пытаясь оттолкнуть.
— Матвей... — хватает воздух, потому что я лишаю ее дыхания. — Я так не хочу, — царапает мои плечи, а сама голову откидывает, подставляя мне шею для поцелуев.
— Я же умелая сволочь, и ты уже хочешь, — хриплю, обжигающие волны возбуждения накрывают, сердце ускоряет ритм. Возбуждение в совокупности со злостью – взрывной коктейль, и сейчас нас накроет.
— Матвей, — уже почти стонет, — давай поговорим.
— Ну что ты? Зачем со мной разговаривать? — язвительно усмехаюсь. — Ничего серьёзного, просто секс.
Она еще что-то пытается сказать, но я снова закрываю ее рот поцелуем. Целую уже так, чтобы все забыла, чтобы дышать не могла без меня. Хватаю ее платье, грубо тяну вверх, практически срывая, сам скидываю с себя футболку и, пока Вишня не опомнилась, подталкиваю к креслу, разворачивая к себе спиной.