Мертвый лед
Шрифт:
– Ты никогда не говорил мне об этом.
– Я не хотел, чтобы ты зазналась или слишком многою требовала от себя, как от новичка. Я знал, что однажды ты выяснишь, насколько сильна.
– На это потребовалось время, но да, полагаю, я все же выяснила.
– Анита, не могла бы ты подойти, - позвал Домино.
Тон его голоса заставил меня обернуться и посмотреть на него, Никки и зомби, стоящего у могилы. Уоррингтон все еще казался милым и спокойным, но что-то напугало Домино и заставило Никки собраться, словно он был готов воспользоваться пистолетом.
Я
– Зачем тебе большие пушки?
– спросил Мэнни.
– Не знаю точно, но доверяю парням.
Я перекинула ремень винтовки через плечо, взяла в каждую руку по дробовику и направилась к ним. Мэнни шел за мной, неся соль и лезвие, которые нужны, чтобы упокоить зомби, но прямо сейчас пушки были мне нужнее.
Я слышала бормотание Уоррингтона:
– Я так голоден, так голоден.
Один из дробовиков я передала Домино, второй оставила себе, винтовку кинула Никки. Он поймал ее и немного отступил от могилы. Я бы предпочла, чтобы он был со мной в ближнем бою, но Никки обращался с винтовкой лучше Домино, а с дробовиками они оба были одинаково хороши. Если честно, из нас троих, возможно, я лучший стрелок из винтовки, но я не могла уйти от могилы и бросить их двоих в ближнем бою. Эго был мой зомби, я не могу позволить им принять больший риск.
Я уперла приклад в свое плечо и прицелилась в колено зомби. Да, выстрел голову лишит его возможности вгрызаться, но у меня был опыт, когда крупные мужчины бежали на меня, одной только своей мощью нанося урон. Лиши его одной ноги, и он сможет только ползти до нас. А это даст нам время, чтобы прицелиться.
– Насколько вы голодны, мистер Уоррингтон?
– спросила я очень, очень спокойным голосом, словно мы с Домино вовсе и не держали его под прицелами дробовиков.
– Умираю с голоду, - ответил он.
– Так же, как гой зимой в горах?
– спросила я.
Домино никак не отреагировал на вопрос, который для него вероятно вообще не имел смысла. Он просто держал позицию и следил за своей целью, делал именно то, что я и хотела. Мне не нужно было оглядываться, чтобы знать, что и Никки выполняет свою роль. Я доверяла ему прикрывать наши спины, безоговорочно.
– И да, и нет, - ответил Уоррингтон. Его лицо не было столь человеческим, как раньше. Плоть, казалось, истончилась, и можно было увидеть проступающий череп на его лице, словно он умирал с голоду прямо на наших глазах. Его тело поглощало собственную плоть, так что кожа начала обтягивать скелет. Я никогда не видела ничего подобного, но он с самого начала был сюрпризом.
– Объясните, что вы имеете в виду, Уоррингтон. Как может быть одновременно и да, и нет?
– спросила я и вдруг поняла, что отвела взгляд от своего прицела на его колене, чтобы взглянуть на его спокойное лицо, когда он говорил. Я вернула внимание к своей цели, но было тяжело не отводить взгляд.
– Я не чувствую голод, но я смотрю на ваших двоих мужчин так же, как смотрел на Чарли, когда он умер.
– Вы смотрите на них, как на мясо, - подсказала я, нацелив дробовик ему
– Да, они мясо, но на вас я так не смотрю. Почему вы для меня все еще выглядите женщиной, о которой я должен заботиться, которой должен помочь выйти из экипажа? Мужчины же для меня теперь хуже любого врага на поле боя.
– Хотите сказать, что стали их ненавидеть?
– Нет, но я не вижу в них себя, не вижу людей. Они просто нечто, что я хочу разорвать и сожрать. Я никогда раньше не смотрел на корову с такими ужасными мыслями, я представлял хороший стейк, но это что-то хуже, мисс Блейк, гораздо чудовищней, чем забить теленка.
– Я понимаю, - мягко сказала я.
– Понимаете? Тогда, пожалуйста, объясните мне, я озадачен, как могу я смотреть на другого человека и думать о чем-то столь ужасном, охваченный чудовищными желаниями.
Он взглянул на меня завертевшимися в глазницах глазными яблоками. Ему становилось все труднее контролировать мышцы, поскольку плоть, что удерживала их на месте, истончилась.
– Вы обращаетесь в плотоядного зомби, мистер Уоррингтон.
– Я так счастлив, что вы забрали меня от Джастин прежде, чем она увидела меня таким. Спасибо вам за это, мисс Блейк.
А я была счастлива, что они не остались с ней наедине, когда он начал меняться, потому что, судя по увиденному сейчас, он разорвал бы ее горло, пока она звала бы на помощь. Я видела и раньше, как это случалось с зомби, просто никогда не разговаривала с ними в то время, как они теряли остатки своего разума и обращались в хищного зверя.
– Позвольте мне вернуть вас в могилу, мистер Уоррингтон.
– Прошу вас, мисс Блейк, и поторопитесь, пока я не поддался этим страшным видениям в моей голове.
– Вы о видениях того, что хотите с нами сделать?
– спросил Никки.
– Да.
– Эго ваши мысли или кто-то другой вложил их вам в голову?
– Не знаю, но даже разговаривая с вами сейчас, я словно выслушиваю дерзость своего ужина из свинины. Думаю, я обезумел, но я все еще хочу есть.
– То есть меня съесть?
– уточни Никки.
– Да, очень сильно, - с каждым словом он все сильнее по-южному растягивал слова, можно подумать, что к тому моменту, как он бросится на нас, он заговорит как Скарлетт О'Хара.
– Это интересно, Никки, но завязывай, - велела я.
– Позже мы порасспрашивать его не сможем.
Он был прав, конечно, но только социопат мог стоять так близко, наблюдать за всем и задавать вопросы, ответы на которые помогли бы нам понять, что происходит. Хорошо, что Никки с нами, потому что мне настолько страшно, что во рту пересохло.
– Мэнни, - позвала я.
– Я здесь, - раздалось позади нас. Его голос прозвучал гораздо дальше, чем Никки. Мэнни в конце концов не был вооружен, так что я ничего против не имею, но сейчас он мне нужен.