Мертвый лед
Шрифт:
– Женщина должна быть замужем. Анита, вот и все.
– Ты же знаешь, что я не согласна с этим.
– В любом случае, ты все равно выходишь замуж, - сказала она так. словно это подтверждало ее мнение.
Я вздохнула и рассмеялась.
– Мы останемся при своих мнениях, но да, я выхожу замуж, как только закончим с деталями.
– Если тебе нужна будет помощь, просто позвони.
– Вы же и так организовываете свадьбу Копии. Этого что, недостаточно?
– Свадьба Консуэлы почти готова.
– Поздравляю вас и ее.
– Gracias, я обошла
– Хорошо, это и правда может быть полезно. Спасибо.
Отдам список Жан-Клоду.
– Мэнни отправит его тебе по е-мэйлу.
– Спасибо, Розита, - это наверно самый длинный разговор с женой Мэнни за все паше
знакомство.
– Надеюсь, ты позволишь мне помочь. Я и забыла, как люблю свадьбы, - сказала она и рассмеялась, и это был се лучший, счастливейший смех, что я слышала. Обычно Розита была строга и бескомпромиссна. Я попыталась представить, как Розита, которую я знаю, больше ста семидесяти сантиметров ростом и под сто пятьдесят килограмм, вот так по-девичьи смеется. Мэнни был ниже нее ростом и стройнее, они выглядели прямо как живая иллюстрация к детскому стишку про ДжэкаСпрэта8. Этот смех принадлежал той молодой девушке, которую Мэнни встретил в Мексике уже очень давно.
(Жирное не ест Джек Спрэт (пер. Надежда Радченко)
Жирное не ест Джек Спрэт,
Постное - его жена.
Оттого они в обед
Подъедают всё до дна.
Кости чисто обглодав,
Джек коту их отдаёт
У супругов добрый нрав
И ужасно тощий кот!)
– И никаких проблем с тем, что я выхожу замуж за вампира?
– спросила я. просто потому что не могла выбросить это из головы.
Она издала резкий звук.
– Я набожная католичка, ты же знаешь.
– Знаю. Церковь провозгласила всех вампиров проклятыми, не имеющими души, поэтому я и решила, что у вас могут быть проблемы с моим женихом.
– А еще они отлучили от церкви тех, кто поднимает мертвых, но наш священник все равно позволяет Мэнни причащаться. Если об этом узнают, у него будут неприятности. Возможно, и твой мужчина хороший, что бы ни говорила церковь.
Розита продемонстрировала такие широкие взгляды, что я не знала, стоит ли мне зааплодировать ей или лучше спросить, какую группу взаимопомощи она посещает? Умнеет, как и я.
– К тому же это не просто какой-то вампир, это Жан-Клод, а он...
– она пыталась подобрать верное слово и наконец нашла его: - hermoso.
Я рассмеялась, потому что это слово означает не просто «красивый», как принято говорить здесь, в Америке. Оно
– Я передам ему эти слова.
– О нет, не делай этого, Анита, - ее голос звучал смущенно. Представить не могу смущенную Розиту.
– Ладненько, не буду. Просто скажу, что вы рады за нас.
– Да, рада. Жду не дождусь свадьбы, достойной такого предложения.
– Как и я.
– ответила я, а в животе вновь свернулся тугой узел и вовсе не по поводу борьбы с преступностью. Предложение задало слишком высокую планку, и теперь вес рассчитывают на грандиозную свадьбу, а ничто не сравнится с режимом Жан-Клода ты-будешь-без-ума-от-меня. Даже сам Жан-Клод.
Мы попрощались, и я вновь осталась в машине наедине с Натаниэлем и шорохом колес по ночной дороге.
– Жена Мэнни сказала, что ждет не дождется свадьбы, достойной такого предложения.
– Да, это было что-то, - очень осторожно сказал Натаниэль, и его серьезный тон заставил меня посмотреть на него внимательнее.
– В чем дело?
– спросила я.
– А в чем дело?
– Этот тон и эта нейтральная фраза.
Он вздохнул и закатил глаза.
– Мы еще не подъезжаем?
– Еще около четырех-пяти миль, и тогда надо будет сбросить скорость - кладбище легко пропустить в темноте. Не меняй тему.
– Ты уже и так расстроена, и это глупости.
– Что за глупости?
– спросила я.
– Я был бы в восторге, если бы кто-то сделал для меня такое же ты-будешь-без-ума предложение, как Жан-Клод для тебя. Но мужчин не принято баловать романтическими поступками, они сами должны их совершать.
Я внимательно изучала его лицо.
– Ты имеешь в виду, что хотел бы эпичного роскошного предложения?
– Я имею в виду, что иногда неплохо побыть девчонкой.
– Ты хозяйничаешь по дому и мечтаешь о ребенке. Думаю, из тебя девчонка лучше, чем из меня.
– Если я девчонка, тогда где мое эпичное роскошное предложение?
– Ты серьезно?
Его взгляд подсказал мне, что он был исключительно серьезен. Черт.
– Романтики ты ждешь только от меня или от нас с Микой?
– От Мики или от тебя, или от вас обоих. Для меня не важно, если ты серьезно.
– В свое время Мика сделал предложение нам обоим. И я бы вышла за вас двоих, если бы могла, я уже говорила об этом.
– Я знаю. Говорил же, что это глупости.
– Значит, если бы Жан-Клод с огромным кольцом подъехал на карете к тебе, тебе бы это понравилось?
Он кивнул.
– Да, но лучше если бы это была бы ты или Мика.
– Ну, черт.
– Это не совсем те романтические чувства, на которые я рассчитывал, Анита.
– Прости, правда. Просто ты огорошил меня.
– Ты же сама сказала: я занимаюсь готовкой, уборкой, хожу по магазинам, и ты не хочешь ребенка от меня. Неужели немного романтики - это слишком много?
– Я маршал Соединенных Штатов Сверхъестественного Отдела. Я не смогу работать, если забеременею. Я не хочу беременеть. В моей жизни нет места ребенку.